Два цвета радуги - Сергей Кичигин

— В этом тоже мало приятного. Слышал, что сталось с беднягой Кукушей?

— Не-а, не слышал.

— Только и разговоров у наших! Сам виноват. Чего ему не хватало? Работа — не бей лежачего, не сравнить с нашей, знай летай себе над кварталами бедняков да отгоняй с их крыш всякие глупости: надежды, мечты, цветные сны. Совсем обнаглели эти обезьяны! По мне, так я бы и черно-белые сны отменил…

— Ну так что с ним стряслось?

— Да было у него местечко во дворце, в приемной королевы. Что-то вроде тайника он себе облюбовал. Им давно никто не пользовался, ну и Кукуша хранил там бутылочку-другую рома. Это, конечно, не положено, да ведь и умысла никакого… Эх, жизнь наша привиденческая, собачья! Так вот, понадобился королеве этот тайник — спрятала она в нем какие-то красные косынки. Кукуша, понятно, не знал… Ну и попался, упокой, господи, его душу! Что тут поднялось! Срочно прибежал наш шеф Рассори и эта противная старуха — Кривая Ложь. Она-то особенно негодовала. Не для того, дескать, рисковала, чтобы остаться без таких уникальных трофеев, как эти… вспомнил! Она назвала их галстуками! Во-во, галстуки! Теперь-то они надежно спрятаны лично в кабинете у старой карги. Только приятеля Кукушу больше никто не видел. Поделом пьянице!

— Ишь ты, а я и не знал. Ох, и осторожным надо быть! Впрочем, от такой жизни запьешь горькую.

— Ладно, не нагоняй тоску. Пошли, что ли… Скажем, что прочесали весь западный сектор. Парнишка, как ты думаешь, успел убежать?

— Кто его знает…

И тени исчезли в утренней дымке.

Ребята облегченно вздохнули.

— Ты поняла, о чем они говорили?

— Еще бы! О наших галстуках. Теперь-то я все вспомнила: их забрала с собой стрекоза-волшебница. Значит…

— А говоришь, что догадалась! Ну конечно же! Помнишь ту старуху в кабинете Толлара? Ее голос еще показался нам знакомым. Это она, Кривая Ложь, обманула нас, ловко провела, но мы тоже хороши — отдать галстуки первой встречной колдунье!

— Да… влипли мы с тобой, Ростька. Ладно, потом разберемся. Сейчас — бегом во дворец, оживим нашу няньку и спать! Надо отдохнуть, а то начнут допытываться, почему милые деточки такие бледненькие.

Наташа смутно помнила, как пробирались они по узкому ходу, как поднялись через открытый люк в бывшую кладовую, как очутились в коридоре и перевели дыхание.

— Пока все тихо… Кажется, обошлось! — радовался Ростик.

— Да… Есть робот — значит, можно спокойно ложиться спать.

При их приближении автоматические двери распахнулись, бесшумно впустив ночных путешественников в гостиную.

В рассветной мгле металлический корпус робота блестел как-то особенно тоскливо и производил жуткое впечатление: сейчас эти винтики-блоки оживут, начнут задавать вопросы, вмешиваться в их дела.

— Тебе не кажется, что робот изменил позу? — неуверенно спросила Наташа.

— Вроде нет. Я точно помню: правая рука — на уровне глаза, а левая отведена за корпус. Когда я отсоединял контакты — немного испугался, увидев руку так близко от четвертого блока. Но потом рука замерла и больше не двигалась.

— Да ты приглядись, Ростик! Левый манипулятор опущен вдоль корпуса. Какой ужас!

Только сейчас мальчик обратил внимание, что у Наташи дрожали руки и заплетался язык.

— Ты лучше не жди меня, иди и ложись спать. Я сам разбужу робота. Один твой вид может вызвать подозрение. Да, не забудь надеть браслет и принеси мой, пока я вожусь с контактами.

Надев браслет безопасности и отослав Наташу, Ростик задумался. Что произошло за время их отсутствия? Никто не мог подсказать ему ответ, приходилось в который раз рисковать. На этот раз Ростик превзошел самого себя: он не только обошелся без Наткиной помощи, но и проделал все так ловко и быстро, что очнувшийся робот никого не обнаружил в гостиной.

С бешено колотящимся сердцем слышал мальчик через неплотно закрытую дверь комнаты, как робот обошел несколько раз вокруг стола и остановился у двери.

«Сейчас он зайдет и спросит, где мы были и…» — лихорадочно пронеслось в голове Ростика.

Но нет, робот постоял мгновение у приоткрытой двери, наблюдая в щель за мальчиком, и тихо отошел в свой угол.

…Первой проснулась Наташа. Электронный будильник — парусник, в середине штурвала которого находился крошечный циферблат, — показывал половину двенадцатого.

«Почти полдень! — подхватилась девочка. — Что могут подумать? Скорее будить Ростика! Но… это же — идти мимо робота! Ладно, проскочу…»

И она отважно ринулась в каюту друга. Робот, казалось, не заметил ее — он отдавал какие-то приказания роботам-официантам, накрывающим на стол. Противные роботы-обезьянки уже ждали сигнала няньки, чтобы в очередной раз наброситься на ребят со своей помощью.

Ростик только открыл глаза и сладко потягивался, когда в комнату влетела перепуганная Наташа.

— Что случилось?

— Да ничего, если не считать, что скоро полдень, а ты еще в постели. «Обезьяны» нас заждались, да и завтрак стынет.

Мальчик все понял и мгновенно поднялся.

Наташа ушла к себе в каюту, чтобы в очередной раз испытать мучительную и унизительную процедуру утреннего туалета.

За завтраком все молчали. О чем думал электронный мозг робота, представить было нелегко, а Ростика и Наташу беспокоило, как скоро обнаружится пропажа и будет ли связан побег разноцветных ребят с их ночным приключением, если робот доложит о своих странных ночных «недомоганиях».

— Что-то мы давно не заказывали на обед ничего интересненького, — прервала затянувшееся молчание девочка. Глазами она успокаивала друга: «Так надо!»

И Ростик подумал, что Натка, пожалуй, права — все равно рано или поздно исчезновение ребят из подземелья станет известным. Так что лучше отвести от себя подозрения.

— Чем мы сегодня будем заниматься? — отважилась наконец-то спросить Наташа у молчавшего все утро робота.

— Ты что, не слышишь, когда тебя спрашивают? — с беспокойством переспросил Ростик.

«Может, я его неправильно подсоединил, и теперь он не слышит?» — подумал мальчик и, чтобы проверить, встал из-за стола и попытался приблизиться к машине. Но робот остановил его на полпути словами:

— Не подходите ко мне! Я на вас обиделся. Слова эти были настолько человеческими и так не подходили бесстрастной машине, что Ростик не выдержал и громко рассмеялся.

— Разве ты можешь обижаться? — в голосе мальчика, правда, появились неуверенные нотки — он понял, что странное поведение робота связано с ночным приключением.

— Я много раз обращался к мальчику и девочке с просьбой не вредить моей хрупкой и чувствительной электронной системе, но вы, как я убедился, — непослушные и очень жестокие дети! Из-за вас я постоянно чувствую себя не в порядке, особенно по вечерам, когда начинаются ваши проказы. Или вы думаете, что я не заметил, как зло вы подшучиваете надо мной, задавая дурацкие вопросы? Думаете, я не догадываюсь, зачем вы это делаете?

— Зачем? — упавшим голосом тихо спросила Натка.

— А затем, чтобы я не мог получать положительные заряды! Только я возьмусь за свои любимые электронные платы — вы тут как тут с вашими неприличными вопросами! И это вся благодарность за заботу и опеку?! Неужели так приятно мучить машину? Для этого есть люди! Я не какая-то обезьяна-манипулятор, чтобы так по-варварски обращаться со мной! Сколько я буду сносить издевательства каких-то… каких-то…

Видимо, в программу общения с ребятами не были заложены те слова, которыми хотела воспользоваться машина.

— Ладно, ладно! Разворчался… — попытался успокоить робота Ростик. Видя, что робот продолжает молчать, мальчик подошел к нему и сказал уже более мягко:

— Прости нас, пож… — тут он вспомнил, что слово «пожалуйста» действует на робота не менее отрицательно, чем запретные вопросы. — Мы стали действительно много баловаться и проказничать, пользуясь твоей добротой. Но это же не со зла, а по глупости! Так что сердиться на нас не логично.

— То-то же! — более милостиво ответил робот.

— Тогда мир! — обрадовалась Наташа. — И все-таки, что мы будем делать?

— Не знаю, — как-то растерянно ответил робот. — Я не получал на этот счет никаких указаний. Будем ждать представителей из совета и школы-интерната.

«Ну почему так казенно? — подумала девочка. — Неужели нельзя просто так, без представителей?»

И ей вспомнились голубокожие ребята, по очереди посещавшие их в первые дни. И анемичный Ремаз, и нахальный Пулиози, и впечатлительный Ремиз. «Скорее бы удалось освободить Великую Правду! Как это все интересно и таинственно. Кто бы мог подумать, что мы с Ростиком можем участвовать в таких событиях!»

— Где же мой механический котенок? — нарочито капризно спросила она у робота. — Я ничем не могу себя занять!

Пока искали котенка, сама девочка успела шепнуть своему другу несколько слов. Мальчик через силу улыбнулся, но остался таким же серьезным и сосредоточенным.