Под знаком феникса - Герман Иванович Романов

заронив в голову чуждые мысли. А сам понимаешь — человек на его посту великий вред принести может, «способствуя» выдвижению «агентов влияния США», как в этом послании «ясновидец» выразился. Не верить ему я уже не могу — пока все, о чем он заранее сообщил, сбылось.

Брежнев замолчал, крепко задумавшись. Цвигун сидел, выпрямившись на стуле, прекрасно понимая, что сейчас последуют указания. Причем понятно, какие они будут, исходя из ситуации.

— Мне нужен «ясновидец», Семен, и он не должен погибнуть при задержании, должен осознавать, что такое возможно. Тебе поможет Щелоков — я говорил вчера с Николаем, он выделит самых лучших сыщиков. Нужно его найти, живым и здоровым, и чтобы не один волос с его головы не упал! Да, учти, из всех членов Политбюро, как «ясновидец» оговорился, он знает Романова, встречался с ним в восемьдесят седьмом году. У тебя хоть какие-то результаты по поиску есть?

— Ищем, Леонид Ильич, страна у нас большая, а «ясновидец» отнюдь не москвич или ленинградец. Я сейчас просто сопоставил, прочитав эти бумаги, где он привел о себе данные. Раз он работал в КПК с 1984 года, а являлся сотрудником КГБ с 1982 года, причем с 1991 года в звании капитана и командира спецгруппы «Ф», то сейчас ему около 18–20 лет, никак не больше. Теперь искать станет намного проще — он в своем прошлом доктор исторических наук, а потому либо поступит, или уже учится на историческом факультете одного из университетов или институтов.

— Так что одаренного студента ты найдешь, вот и направь на поиски исключительно только своих сотрудников, никого не привлекая. Тебе поможет Пельше — везде на местах имеется партийный контроль, куда доступа для КГБ пока еще нет, — усмехнулся Брежнев. В этот момент Цвигун понял, что Леонид Ильич давно все проанализировал сам, с его умом, закаленным во внутрипартийной борьбе, он не мог этого не сделать самостоятельно. А генеральный секретарь подытожил:

— Андропову об этом знать не нужно — найдешь сам! И помни — чтобы ни один волос не упал с головы «ясновидца»!

Глава 34

— Нарвская крепость единственная в Прибалтике, что не сдалась русским войскам царя Петра. Хотя осада длилась долго, так как осадная артиллерия была задействована при штурме Дерпта, нынешнего Тарту. Но установив на батареях стеноломные пушки и мортиры 30 июля, удалось развалить левый фас бастиона Гонор, то есть «Честь» уже 6 августа, а вместе с ним центральный угол бастиона «Виктория», по которому стреляли с противоположного берега Наровы.

Альберт Генрихович историю Нарвы любил, мог говорить часами, все же тесть его до войны был одним из ведущих архитекторов буржуазной Эстонии. Да и сам долгое время занимался восстановлением города и крепости, совершенно разрушенных в 1944 году.

— Так вот, к чему я клоню — штурм последовал 9 августа, силы гарнизона были подорваны десятидневным обстрелом, к тому же во время «машкерадного боя» попал в плен полковник Маркварт, погубивший лучшую часть гарнизонной пехоты и потеряв всех драгун. Комендант крепости генерал-майор Горн категорически отказался сдавать крепость, ведь она недаром считалась самой мощной в Прибалтике. Да сами посудите — с восточной стороны прикрывали самые мощные бастионы — «Глория», «Фама», «Триумф и «Фортуна». Обстреливать их пробовали в семисотом году, но безрезультатно. И сейчас Петр выбрал для штурма северные бастионы «Гонор» и «Викторию», хотя они и были утыканы пушками в два ряда казематов. Но зато не прикрывались такими отличными равелинами, как восточные бастионы. И потому штурм прошел как нельзя удачнее — всего час, и русские ворвались на «Гонор», а затем на куртину между «Паксом» и «Викторией» — там совсем невысокая стена и пологий земляной скат с дорогой.

Альберт Генрихович остановился, закурил сигарету, Эльза налила ему кофе. И после короткой паузы продолжил:

— Шведы подорвали мину, взрыв погубил десятки русских гвардейцев, досталось и солдатам Упсальского полка. Но остановить разъяренных русских гренадеров было невозможно — они ворвались на бастионные валы, перекололи канониров. В казематах шла самая настоящая бойня — шведы оттуда через пороховые погреба стали отходить подземными ходами за внутренние земляные стены, в которых были выходы.

— А они сохранились сейчас?

— Кое-где да, есть погреб в куртине между «Гонором» и «Викторией», вот из него подземный ход идет прямо на ратушу. Но он заилен по самый свод, а ползать там смертельно опасно — может обрушиться в любую секунду. Погреба же имели крепкую кладку — так пять лет тому назад стали строить стоматологическую поликлинику на «Глории», так сваи проломили свод — ход в погреб был засыпан немцами, а там были боеприпасы для эсэсовцев, что держали позиции по западному берегу Наровы.

— А подземные ходы есть?

— Имеются, крепость после штурма восстановили. Вот только беда была в том, что в подземельях были проведены подрывы с помощью пороха, так что многие ходы засыпаны. А те, которые остались, были замурованы в полвека тому назад — люди лезли в поисках сокровищ и гибли. Последний такой случай три года назад случился — нашел один токарь с мебельной фабрики лаз у типографии, залез — первый раз удачно. Вынес шведскую шпагу и несколько золотых монет с пряжкой, но когда пошел во второй раз, то сгинул с концами — думаю, там его и засыпало.

— А что, сокровища имелись?

— Да в каждом старом доме в подвале тайники имелись — Нарва богатый торговый город, а бюргеры отнюдь не бедняки. Я сам находил клады, когда на месте старых фундаментов новые дома возводили — приняли тогда решение заново построить новые, современные здания, а старинные постройки можно по пальцам пересчитать — десятка домов не будет, да ратуша.

— Это понятно, сам не раз по городу ходил, на бастионах еще имеются, и более нигде, везде послевоенные дома стоят. Но ты про майора Розена тогда сказал, он то тут каким боком?

— Дело в том, что его не нашли ни среди убитых, не среди пленных. Русские ведь внутреннюю стену взяли легко, земляной вал, его останки есть у ратуши, то есть Дворца Пионеров. И устроили самую настоящую резню, ведь во время штурма ярость солдат неимоверная. Часть шведов бросилась в замок, по улицам, в поисках спасения. Часть попыталась уйти туда по подземным ходам — везде были ожесточенные схватки. Досталось горожанам крепко — их грабили, женщин насиловали, многих убили. Царь Петр впал в ярость, сам убил двух своих солдат — заколол их шпагой. Порядок не сразу удалось восстановить, в горячке даже закололи барабанщиков, что выбивали «сдачу». Да