Стихотворения. Книга стихов - Ирина Ратушинская

«Господи, я гражданин мира...»

Господи, я гражданин мира —Как Ты когда-то велел.В доказательство предъявляю дыры —Оцени прогресс —Не от стрел!А от пуль со смещённым центром,От жаканов и разрывных.Мой экзамен — Твоя оценка,Палачи в стороне: не до них!Меж границ сегодняшних стран —Бьюсь об стены, Господи!Окровавленной рванью беру на таран,Продираюсь лоскутом.Ох и тяжко Твоё наследство,Сын Человеческий!Только б выдержать Твоё следствие,Ну а там — приговор к вечности.Тридцать три. Слабеют колена,Но в отверстых глазницах — свет.Ты уж Сам разбирайся с тленом:Быть ему или нет.

1987 Рива Тригозо

«Кипарисы, как лошади, стоя спят...»

Кипарисы, как лошади, стоя спят,Голубому свету воля дана,А душе — покой, на все времена:Что сегодня, что сотню смертей назад.Мы кормили с рук облака небес,Нам подземным пламенем губы жгло,Нас моря носили и прятал лес,Отдавала дорожная пыль тепло,Осыпал ночными звёздами Юг,Север в ноги стлал горностай снегов —И никто не верил, что нас убьют:Ни один изо всех друзей и врагов.Нас крестили белым крыла побед,Красным в травы тёк проигранный бой.Но опять и опять к нам нисходит свет,Что превыше земных забот — голубой.

1987 Сериати

«Подошед, сентябрь перевесил звёзды пониже...»

Подошед, сентябрь перевесил звёзды пониже —И в шторма до них рыбы доплескивают плавниками.Огрубевшие волны ночами шлифуют камень,И дома берегов затаились, и молча слышат.

Лепесток пространства свернулся и лёг заливом,Горы встали, как псы, и тихо щетинят шкуры.Человек сидит и чертит в песке фигуры.В пару тысяч лет он откроет, как быть счастливым.

1987 Рива Тригозо

«У вулканов зловеще дымили кратеры...»

У вулканов зловеще дымили кратеры.Стерегли границы — и днём, и ночью.Популярные римские императорыУменьшали плату своим доносчикам:Вдвое, втрое — в меру гражданской совести.Все дороги вели неизменно к Риму.Вдоль дорог распинали. Из римских офисовШли приказы. Последствия были зримыНа крестах. Не надо валить на гуннов!Пропылённым когортам светила слава.Безнадёжная цезарская фортунаУлыбалась двусмысленно и лукаво,Зная: каждый сей олимпийцам равен,А по всем законам земли и неба —Облечённый властью никак не вправеОтказать доносчику в пайке хлеба.

1987 Чикаго

ПИСЬМО ДОМОЙ

Есть на свете края, что вбирают глаза,Есть такие до грусти красивые страны!И вечерние горы — на все голоса,И открытые всем скоростям автострады.Сладок яблочный запах иных языков,И доверчивы реки, где пляшут форели.Далеко-далекоОт родных и враговПо нерусским домам нас друзья отогрели.К нам чужбина добра, да не в ней нам лежать:Нам другую судьбу пригвоздили к ладони.И дорожную обувьШнуруем опять,Хоть и знаем, что больше не будет погони.Только как позабыть свою землю в беде,Раз по-русски крестили, когда провожали?Мы когда-нибудь скажемНа Страшном Суде,Что исполнили всё, в чём клялись на вокзале.Мы с другого плацдарма — всё в том же бою,Мы тут губы кровяним о ту же свободу!Пусть не мы отмеряем дорогу свою —Дай нам Боже успеть —От заката к восходу.

1987 Милан

ГОВОРИТ ВЕТЕР

Доигрался, князь, до рабской клячи,И, по чести, так тебе и надо!Если бы не то, что Фрося плачет —Я б тебе, бессмысленное чадо,Облаками не темнил побега,Травы б не разнеживал дождями:Тешься с половчанкой под телегой,Заедай обиду лебедями!Ну да ладно: свищут за рекою,Кони ждут; хлебни Донца по-волчьи!И не бойся: смелым хватит боя,А погони — это дело сволочи.Ты уйдёшь, противника не встретя,Ты бобром рубец утрёшь кровавый.А тобой положенные кметиПрорастут травой во княжью славу.Но твои наследники в РоссииВосходя на крепостные стеныПрежде вспомнят бабку Евфросинью,А уж там — бежавшего из плена.

1987 Чикаго

КРЕЩЕНИЕ РУСИ

Обыскали всю нашу планету,Чтоб счастье найти за холмами.Путь отметили городами,Но счастливых находок нету,И уже не вернуться к маме.Не уткнуться в тёплый передник,На вопросы прося ответа.Только в детстве нам дан посредникМежду нами и белым светом.А потом нам под сирым ветромСерым камнем мостить дорогу.Всё изведать и всё отвергнуть,Но, быть может, вернуться к Богу.Безо всех счастливых открытий,Сбивши ноги о серый щебень...Не устань, Владимир-креститель,Крест держать меж нами и небом!

1987 Роттердам

ПОБЕДИТЕЛЬ ДРАКОНА

— Выноси меня, белый конь,Выноси с перебитой жилой;Отдыхать не судьба: мы живыПосле всех боёв и погонь.Пролетай небеса, и воды,И снега — из последних сил:Кто однажды глотнул свободы —Не вернётся во тьму могил.Выноси! Оживи ветрамиИ травой, что кроет холмы,Дай увидеть Того — над нами,И Того, кто мудрей, чем мы!Выноси!И последним вздохом —Помоги мне сладить с мечом,Разделив «хорошо» и «плохо» —Красной струйкой. Ты ни при чём,Белый конь!Тебя не пятнаетЭта грань — уходи, белейВсех кто знает и кто не знаетСей черты,И плач матерей —Да не метит пути, и звёзды —Да не властны над бегом влёт!Выноси!Да ещё не поздно —Всех друзей простить наперёд.

1987 Чикаго

«Пастушья звезда...»

Пастушья звезда —Как по-учёному звать —Я не знаю.Святая водаПала росою, и ранняя стая —Над головой, и зелёное небо —Над стаей,И мной, и коровами.Плакать нелепо.Пальцы примёрзли к ладам.Час до рассвета.Господи, хочешь — отдамДудку — за это?

1987 Чикаго

ОТЦАМ

Видишь, папа, мальчик образумился:Он старается у верстака.Всё точнее тонкая рука.Он способный. Трудится до сумерек:Видно, чувствует свою вину.Ох уж этот переходный возраст!Ты простишь его ребячий возглас:— Мой Отец — во храме!И женуТы простишь за бредни, что внушала:Ведь сама девчонка, хоть и мать.Что с неё возьмёшь —Она не знала,Как легко ребёнка потерять!Ты забудешь знойный пыльный город,Где, сбиваясь с ног, искал мальца.А припомнишь так ещё не скоро!Мальчику двенадцать.До конца —Больше двадцати. Ещё наукуПревзойдёт нехитрую твоюДо того, как плотницкую руку —Нецелованную —В крест вобьют.

1987 Чикаго

«Гавриил печален с иконы...»

Гавриил печален с иконы,Очи чёрным обведены.Сколько лет ему слышны стоныИ упрёки моей страны!Не светите ему лампаду,Чтобы горе было видней!Ничего объяснять не надо.Посмотрите: ему больней.Мы любви ещё не умеем,Только страх сильны превозмочь.Это с нашим лукавым змеемВсей бессонницей бьётся ночь.Но рассветным холстом суровымСвят решёточный переплёт.Сколько лет нам терзаться словом —Тем, что ищем век напролёт?

1987 Чикаго

«Идёт человек по снегу...»