Змея за терновым троном (СИ) - marykonva

Все магические существа чувствуют и Разломы, и Тропы, потому что по ощущениям они напоминают Места силы. Люди же видеть их не могут, но способны, если фэйри снимет Вуаль. Справка: это незаконно. Благодаря тому, что во мне течёт кровь волшебного народа, я могу разглядеть сплетения самостоятельно. И всё-таки свою жизнь я ценю достаточно, чтобы туда не лезть. Не хотелось бы заблудиться в местных лесах и быть съеденной неведомой зверушкой или стать чей-то прислугой.

Так что не переживайте, что в процессе утренней пробежки вы случайно завернёте не туда и станете десертом для сирен на той стороне. Шучу-шучу! Вас скорее сожрут келпи, а сирены просто радостно утопят.

Почему же появляются Тропы и Разломы? В последние десятилетия их число значительно увеличилось, словно они — болезнь. Первопричина подобных явления до сих пор не изучена. Одни сводят всё к багу системы из-за выливания морока, другие называет естественным процессом — эволюция и скрещивание видов. Третьи верят, что эти явления– рана на теле огромного живого организма, сотканного из магии. И последнее наводит на мысль, что Разломы и Тропы — скорее негативное последствие использования магии, чем благодать. Так было, сколько жизнь себя помнит. Тексты же сохранили времена, когда фэйри умели свободно перемещаться, пока последний из них не погиб, унеся с собой все секреты. И хоть проходы нельзя открыть силой, их вполне возможно зафиксировать.

В Волшебном сообществе Закон действуют лишь во Дворах, но не в Царствах, населённых дикими обитателями. Если вы попадёте туда, то маловероятно, что вашу задницу отправятся спасать, сколь очаровательно она бы ни выглядела. Впрочем, случается и такое, что твари проникают и к нам. В подразделении Гончих есть фэйри-охотники. Они выслеживают потеряшек и отправляют назад, параллельно затирая следы чарами Забвения. Слышали про Лох-Несское чудовище и Йети? Так вот, это вовсе не байки. Всегда были и будут утечки, которые позднее и превращаются в мире людей в легенды. Стереть память всем и вся попросту невозможно.

Я отправляю пост в свой блог, разминаю пальцы и выхожу вместе с Аваро из такси. В парке, как и обычно, гуляет много людей. Нам же это совершенно неважно. Разлом скрыт под сильнейшей Вуалью, а ближайшую территорию покрывает Завеса. Такие чары не купить в торговом квартале и за бесценок. Они столь туго сплетены, что иногда и мне нужно приложить усилие, чтоб разглядеть сквозь них.

Мы выходим на газон большого зелёного поля. Кайден несёт в руках мою сумку с вещами, которую я успела захватить из дома.

— Будет неприятно.

— Прости, что? — выпрыгиваю я из внутренних тревог.

— В первый раз, проходя через Разлом, могут быть неприятные ощущения. Просто предупреждаю.

— И на что это похоже?

Он задумывается.

— На погружение в воду.

— Звучит не так страшно, — лгу я самой себе.

— Так оно и есть, — косится на меня Кайден и хмурится, видя, как я тереблю кулон.

Никогда не думала, что смогу однажды побывать в Волшебном мире. Смирилась с этой мыслью и убрала её в ящик с пометкой «не ворошить». В детстве я часто мечтала перенестись туда хотя бы на денёк, и только ужас неизвестности и невозможности вернуться меня останавливали. Прошло немало лет, а внутри я осталась всё той же маленькой пугливой девочкой. Всё это слишком походит на безумный сон. Будто заглядываю в глубокий и тёмный колодец, а мне говорят: «Прыгай! Всё будет хорошо». Сколько ни всматривайся, колодец не превратится в привычную дверь с ручкой. А страхи продолжат выстраиваться в голове как бравые солдатики и громко маршировать: подстерегающая опасность, перспектива провалить дело и подвести отца, насмешки чистой знати. А во главе всего мрачный генерал — боязнь подвести саму себя.

Что меня ждёт впереди? В учебных материалах не так много информации о Дворах. В основном там собраны рисунки, краткое описание иерархии и уклада, немного архитектуры и щепотка исторических фактов. Фэйри неинтересно составлять пособия, а полукровкам, кто не прочь изучить их мир, там не рады.

Ребёнком я представляла дворцы в виде замков, парящих в облаках из волшебной пыли. Их жизнь виделась полной чудесных изобретений, пышных балов и безмерно счастливых жителей. Представьте разочарование, когда сталкиваешься с реальностью: Тёмный Двор — с их кровавыми интригами и лицемерием; Светлый — с пиршествами, развратом и неспешностью, граничащей с нездоровой ленью.

Пока мои мысли окутаны воспоминаниями, я не замечаю, что мы подходим к нужному месту. Перед нами возвышается высокое дерево со стволом, который я бы не смогла обхватить даже обеими руками. Изнутри него пробивается Разлом. Размер его сопоставим с обычной книгой и походит на трещину в стене старого дома. Из него льётся приятный белый свет, и, чем ближе я наклоняюсь, тем отчётливее слышится треск, сравнимый с тлеющими углями в костре. Мурашки бегут по моей спине, откликаясь на колебания магии. Я и раньше видела, как чистые переходят в Волшебный мир, но прежде никогда так близко.

Принц подносит руку к Разлому и погружает её в свет, как в масло. Тот мгновенно откликается всплеском и расширяется. Треск усиливается. Люди продолжают заниматься своими делами: пожилая пара сидит недалеко от нас на скамейке и активно жестикулирует; женщина потягивает напиток через трубочку, прогуливаясь с коляской вдоль газона; молодой человек в наушниках улыбается своему псу, бегущему с ним рядом. Никто не обращает внимания на полукровку и принца Двора Теней, будто мы и вовсе не существуем. Возможно, так оно и есть. Или же нет? Кот Шрёдингера по-фэйрийски.

— Буду жать тебя на той стороне, — уверенным тоном заявляет Кайден, не глядя, и скрывается в ярком свете.

Я прикрываю глаза от мощной вспышки, а когда яркость снижается, набираю в лёгкие воздуха и неспешно выдыхаю.

— Давай, Фэй. Ты справишься, — бубню себе под нос, как заклинание. — А если нет, то попадёшь-таки на первую полосу позора. Мечты сбываются.

Разлом постепенно сужается, но как только я касаюсь его, увеличивается вновь и издаёт лёгкую вибрацию. Чувствую сопротивление, как при погружении в вязкую жидкость, а затем ощущение… ничего. Совсем. На короткий миг из глубин сознания поднимается мелодия колыбельной песни. Она нарастает и резко схлопывается. Ни тепла, ни холода. Лишь медленно нарастающее приятное покалывание. Я осмеливаюсь погрузить руку до локтя. Шёпот сотни голосов обрушивается на меня, чуть ли не сбивая с ног, и сливается в хор предков. Зов проникает под кожу и расходится нитями магии, откликаясь в каждой клеточке тела. Будто внутри взрываются фейерверки.

Вот что это за треск!

На той стороне что-то слегка тянет меня, но чувства искажаются. Я неосознанно упираюсь пятками в землю и нащупываю свободной рукой кулон под футболкой. Страх почти отступает и сменяется решимостью. Сжав ладонь, я зажмуриваюсь и делаю шаг. Дыхание перехватывает, как только кожа лица соприкасается с магическими потоками. Похоже на вязкое тесто, но без неприятной липкости после. Как в детстве, когда мы с мамой готовили выпечку. Мне нравилось макать палец в тесто и пробовать будущий шедевр на вкус.

Ещё шаг в темноте, и подошва ботинок ступает на твёрдую поверхность. Шёпот удалятся и пропадает. Я открываю глаза и вижу перед собой Кайдена. Он отпускает меня и отходит.

— Добро пожаловать в Распутье душ.

Пара секунд, и мы в самой настоящей пещере! Сотни свечей, расставленных на выступах, подчёркивают неровности камня. Тени от пламени подрагивают от ветра и замирают вновь, подсказывая, что рядом выход. Потоки прохладного воздуха наполняют лёгкие и дарят приятную свежесть леса. Я прислушиваюсь. Где-то из глубин пещерных вен доносится звук журчащей воды. В народе это место зовётся «Ничья земля» и служит границей между двумя Дворами.

Гора пронизана природными пещерами подобно капиллярной сети. В её глубине притаилось Шепчущее озеро, которое скрывает в себе огромные концентрации Мест силы. Вокруг горы простираются опасные густые леса и дикие просторы.