Невинная. Тройной соблазн (СИ) - Лаут Шана

— Первый ответ: мы ещё пытаемся обуздать ту силу, что открылась нам, едва мы прошли с тобой Единение. Но у нас есть мысль, что всё дело в магии, пропитавшую весь наш мир, всю его суть. Она решила, что тебе стоит оказаться там именно сегодня и именно так.

— Поверь нам, не будь это так, тем волкам очень бы не поздоровилось, — у меня и мысли не возникло, чтобы засомневаться в этих словах — слишком уж кровожадно сверкнули глаза Радира.

— Второй ответ, — продолжил Эд, усмехаясь вместе с Яном над словами среднего, — как я и сказал: магия пропитывает всё в этом мире. Наш дом — не исключение, а, практически, показательный пример. Он создан нашими предками, одними из первых, кто полностью обуздал своё пламя. Они хотели, чтобы их женщины и дети жили в крепости, что защитит их не хуже сил родителей, и просто пропитали этой силой всё вокруг: землю, растения, камень, из которого всё построено. И дом чувствует хозяев, заботиться о них и самом дорогом для них — любимых членах семьи, особенно о женщинах.

В подтверждение его словам между диваном и креслом появился столик, заставленных разными блюдами и напитком, очень похожим на мой любимый чай. Про саму еду и говорить не стоило — каждый вариант состоял из того, что и как я больше всего предпочитала.

— Кажется, он посчитал, что ты голодна и пора хорошенько подкрепиться, — посмеялся над случившемся чудом Янир, а вот мне было очень приятна такая забота, ведь действительно начала чувствовать голод.

— На счёт третьего ответа… лучше сначала поешь, вдруг аппетит пропадёт, когда ты узнаешь, как выглядят вампиры и как питаются, — Радион быстренько стал выбирать самые вкусные, на его взгляд, кусочки и набирать их на одну тарелку, что сразу же подал мне.

Только её перехватил Эд и стал кормить меня, подцепляя то один, то другой.

— Неужели… всё… настолько ужасно? — с полным ртом говорить было не очень удобно, но интерес во мне рос всё сильнее.

— Такие тощие, что кожа да кости. Бледные до синевы. Ноги и руки вытянуты, а рты словно разорваны и полны острых, иглоподобных клыков. На пальцах огромные острые как бритва когти. Глаза и вовсе словно чёрные провалы, в которых нет ничего, кроме тьмы и голода, — описал вампиров Ян. — Если вспомнить ближайший вариант в мифах Земли, то я бы сказал, что на них очень похож ваш Слендер. Только я бы сказал, то он у вас более милая и мягкая версия. А вот питание — кровь, только в небольшом количестве, им хватает на месяц пары глотков, ну и части тел едят, как гули или вурдалаки.

Постаралась не представлять то, как он описал этих существ, но живое воображение сработало само. От картинки перед глазами по спине пополз холодок, а всё тело покрыли мурашки.

— Ян! — рыкнул на младшего Радир.

— Исе всё равно нужно будет знать всех представителей нашего мира, да и с нами, тем более в нашем доме, она будет под самой крепкой защитой, — предоставил аргумент в свою защиту он, сверкнув краснотой глаз. — Верно? — это он уже спросил куда-то в пустоту, и дом ему ответил: в комнате стало теплее, и это тепло поползло по моему телу, согревая и прогоняя страх. Было так приятно, что я не удержала вздоха облегчения и улыбки. — Видите.

— Да, здесь самое безопасное место, — кивнул Эдир, и всё же младшего укорил: — но знаниям лучше найти другое время. Не всё и сразу.

— Тогда чем займёмся? — перешёл к делу Рад. — Исе бы отдохнуть после всего случившегося, пока мы будем решать накопившиеся дела.

— Не хочу её оставлять, — надулся Ян, скрестив руки на груди.

— Я могу отдохнуть там, где работаете вы, либо вы можете перенести дела сюда, — предложила выход я.

— Боюсь, такое не перенесёшь, — губы старшего мужа прижались к моему виску, — и взять тебя с собой будет опасно. Разве что кто-то из нас останется с тобой? — и переглянулся с братьями, взглядом спрашивая их, кто из них будет со мной.

— Думаю, лучше остаться мне, — с места поднялся Радир, чтобы забрать меня с колен старшего, удобно устроив на своих руках. — Покажу наш дом и познакомлю с его жителями.

— Не думаю, что это хорошая идея сейчас, — начал было Эд, но его за руку схватил Ян, и они буквально растворились в воздухе с его:

— Жди к ночи, сладкая!

— Ну что? Готова увидеть свой новый дом? — Рад понёс меня к выходу из комнаты, но нас опередили.

В дверь зашёл высокий мужчина чем-то очень похожий на моих мужчин, особенно той аурой, что чувствовалась мной, буквально, каждой клеточкой кожи.

— Вот почему дом в таком возбуждении, — заметив меня на руках Рада, мужчина понимающе улыбнулся. — А я уж подумал, что вы снова решили что-то натворить, что придётся мир спасать. Но могли и предупредить, что женились, сорванцы! — от этой мнимой злости его глаза налились чернотой тёмного пламени. — Я уже думал поднимать армию вам наперерез! Благо, сам решил узнать, что происходит. И кто это у нас? — теперь его внимание полностью перешло на меня.

Удивительно, но я его не испугалась. Его магия и сила не внушали страх, наоборот, успокаивали и словно говорили, что его гнев сейчас только для защиты.

— Наша жена, дядя. И что бы ты ни говорил, мы не откажемся от неё! Она наша, мы только её! Единение прошло и неизменно! — а вот Радир воспринял слова родственника как угрозу. Всё его тело напряглось и мелко завибрировало, от накапливаемой для удара или побега силы.

— Единение? — то, как прорычал это его дядя, точно не предвещало ничего хорошего… для братьев.

Мгновение — и я уже сидела на руках нового знакомого, когда как его сила огромной ручищей придавливала среднего племянника к потолку.

— Да как вы посмели подвергать её такой опасности! Вы хоть понимаете, что могло произойти, пойди ритуал не так? — следом в потолок были впечатаны и двое других братьев, появившихся из неоткуда и рванувших на врага.

Мужья рычали, принимая тот свой вид, что я уже видела во время нашей близости, и пытались вырваться из магического захвата. В какой-то момент мне показалось, что у них получиться преодолеть препятствие, но родственник увеличил напор, полностью лишая их появившегося шанса.

— Вы ещё не обуздали силу, — сделал он свой вывод, наблюдая за трепыханиями пригвождённых.

Дом и вовсе затих, только его тепло очень нежно и осторожно касалось меня, чтобы успокоить и показать, что всё не так страшно, как может показаться. Вот только я не чувствовала страха, мне было на удивление хорошо в этих сильных руках, словно я вновь стала ребёнком, которого обнял и успокоил отец. Даже слёзы на глазах невольно выступили.

Мужья, заметив их или почувствовав, зарычали громче и задёргались сильнее, сверкая глазами, полными ярости. Их дядя же как-то растерялся, посмотрев на причину их новой попытки выйти из-под контроля.

— Не бойся меня, девочка, — мягко отозвался он, прижимая меня к себе сильнее.

— Мне не страшно, — честно призналась. Врать или как-то увиливать даже не подумала.

— Вот и хорошо, — мужчина подошёл к кровати и усадил меня на неё, чтобы полностью взяться за нашкодивших, по его мнению, мальчишек. — Ещё раз спрашиваю, как вы посмели действовать так неосмотрительно?

И пока он это говорил, его голос грубел и становился полным рычания, а тело преобразовывалось. Оно словно наливалось силой, будто сам дом напитывал. Оно чуть увеличилось в росте, ширине, кожа потемнела дочерна, волосы ёжика выросли по поясницу и их кончики загорелись чёрным пламенем. То, что происходило с его лицом, я даже представить не могла, потому что видела только спину.

А вот мои мужья замерли, внимательно всматриваясь в старшего родственника. Мне даже показалось, что они как-то сгруппировались, напрягаясь, чтобы приготовиться к удару. И тот последовал незамедлительно: вторая волна чёрного пламени ударила по ним, полностью скрывая собой от моих глаз.

— Это было так опасно? — спросила я в никуда, скорее даже себя, но дядя услышал и ответил:

— Ты могла умереть. Они бы погибли следом, сгорая в своей силе. Либо сгорели бы первыми, а тебя оставили едва ли живой: телом без души. Ритуал Единения очень древний и опасный способ магического брака, когда души и сила становиться едины. Такие прецеденты нередки в истории семьи, поэтому к этому подходят более осознанно и чаще всего уже после того, как прижились, появились дели. А бывает и вовсе не прибегают всю жизнь, опасаясь худшего. Одними из последних сгоревших были мои старшие братья и их жена. И я бы сгорел, пробудись моё пламя раньше, но я был ещё слишком молод, примерно, как они сейчас, и моя сила не приняла ту женщину… — по тому, как он тяжело вздохнул, ему нелегко было вспоминать подобное. — А когда беда настигла родителей этих идиотов. Кто ж знал, что самоуверенность кузена передастся и им.