Пират - Джин Вулф

Слова Новии порадовали меня, поскольку мне казалось, что лицо и губы у нее слишком тонкие.

— Нет, не боюсь, — сказал я. — Но вдруг утром я проиграю? Что мы с тобой тогда будем делать, Эстрелита?

— Мы покинем корабль в шлюпке, как остальные. Если нам не дадут шлюпку, мы возьмем ее силой.

Я восхитился отвагой Новии и не переставал восхищаться с тех пор. Я видел целые судовые команды, уступающие в силе духа этой маленькой хрупкой девушке, которую я мог легко поднять и подбросить в воздух.

На следующее утро я собрал команду на палубе, как и планировал. Я спросил, хочет ли кто стать капитаном, и Янси вскочил на ноги. Я сказал, что он должен объяснить присутствующим, почему он лучше всех подходит для этой работы, а потом сел и стал слушать.

Янси говорил долго, главным образом об обстоятельствах своей прошлой жизни: чем он занимался во Франции, почему приехал сюда и так далее. В конце концов ему велели заткнуться и сесть.

Я снова встал и спросил, есть ли еще претенденты на должность капитана. Таких не оказалось, и потому я сказал:

— Ладно, вам уже надоело слушать, поэтому буду краток. Я исполнял капитанские обязанности с момента, когда ранили Мелина. Вы знаете, какой из меня выйдет капитан. Мы все хотим вернуться во Францию.

Я не лгал. Я никогда не был во Франции и полагал, что побывать там было бы интересно.

— Но мы не хотим возвращаться туда нищими. Во всяком случае, я не хочу. Я хочу разбогатеть. Может, кто-нибудь из вас полагает, что люди, отправляющиеся в Вест-Индию с целью нажить состояние, возвращаются на родину с пустыми Руками? Так встаньте и говорите, хотелось бы послушать.

Никто не промолвил ни слова.

— Отлично. Мы все думаем одинаково. Испанцы сильно задолжали нам.

Многие выразили согласие, иные довольно громко.

— Если все выйдет по-моему, мы вернем себе то, что нам задолжали. Я был пиратом. Некоторые из вас уже знают это и знают, что я сведущ в пиратском промысле. Я собираюсь снова заняться им, если вы выберете меня. Испанский король снова услышит о нас… — Здесь мне пришлось повысить голос до крика. — И он будет проклинать тот день, когда впервые о нас услышал!

За Янси проголосовали трое, включая его самого. Все остальные проголосовали за меня. Примерно через час он потребовал решить спор поединком. Он был здоровенным, крепким парнем и явно рассчитывал убить меня.

В свое время Джексон на «Уилде» объяснил мне, что́ пираты делают в таких случаях, и именно так мы с Янси поступили. Я думал, мы будем драться на мушкетах, но, видимо, кто-то рассказал парню про Ганье, и он отказался стреляться. Я сделал вид, будто страшно расстроился, но в конце концов сдался.

— Ладно, — сказал я, — абордажные сабли.

Затем нам предстояло найти остров, где нам никто не помешает. На поиски ушло два дня, и таким образом я получил время вспомнить все, что рассказывал мне отец о ножевых драках. (На самом деле абордажная сабля представляет собой просто длинный тяжелый нож с большой гардой.) Я нашел немного денег в капитанской каюте, золото оставил Новии, а все остальное — медь и серебро — положил в карман.

Мы вместе сели в баркас, Янси на носу, я на корме, и гребная команда подвезла нас к берегу крохотного необитаемого островка.

Следуя моим указаниям, старшина-рулевой поставил нас на расстоянии десяти длинных шагов друг от друга.

— Когда мы отойдем от берега, парни, вы должны выяснить отношения. Только один из вас вернется на корабль. Мы будем оставаться в пределах слышимости. Когда победитель призовет нас криком, мы вернемся за ним.

Я кивнул, показывая, что все понял. Возможно, Янси тоже кивнул. Я не знаю.

Когда они оттолкнули баркас от берега и запрыгнули в него, я сказал:

— Слушай, Янси, я твой капитан, нравится тебе это или нет. Ты отличный боец, и мне не хотелось бы потерять тебя. Как ты смотришь на то, чтобы решить дело миром прямо сейчас? — Левой рукой я доставал деньги из кармана, пока говорил.

Гребная команда принялась табанить правыми веслами и загребать левыми, разворачивая баркас, и Янси бросился на меня. Я швырнул ему в лицо горсть монет и вонзил абордажную саблю в грудь. Во время захвата «Магдалены» я видел, как испанский офицер наносит такой удар мечом, сделав длинный выпад вперед правой ногой. У меня получилось не так здорово, как у него, но достаточно хорошо, и левой рукой я схватил Янси за кисть.

К моменту, когда баркас развернулся носом к кораблю и гребцы оказались лицом ко мне, Янси лежал мертвый на песке у моих ног. Я крикнул парням оставаться на месте: я дойду до баркаса вброд.

Вероятно, мне следовало помолиться о Янси той ночью, поскольку именно я убил его. Я собирался, но отвлекся на другие дела — поцелуи, шутливую возню и все такое прочее — и не помолился. Однако впоследствии я не раз молился о нем и сегодня отслужу обедню за упокой его души.

Он был примерно моего роста и фунтов на сотню тяжелее меня. Возможно, он действительно был хорошим бойцом — по крайней мере, считал себя хорошим. В своей жизни я участвовал во многих поединках, но не считаю себя по-настоящему хорошим бойцом — всего лишь неплохим. Тем не менее я на собственном опыте узнал две важные вещи, касающиеся поединков. Первое: если бросаешься на противника, ты должен делать это наверняка. Атаковать лучше всего в момент, когда противник не ожидает этого. Если он готов к твоей атаке, тебе лучше придумать что-нибудь другое.

Второе даже более важно. Если ты имеешь репутацию хорошего бойца, тебе не приходится драться часто. Парни, которые постоянно ищут поводы для драки, не любят проигрывать. А значит, каждая твоя схватка имеет больше значения, чем кажется. Ты хочешь победить и хочешь разорвать противника на куски, чтобы все знали, кто победил, и не питали никаких сомнений на сей счет. Никогда не слушайте парней, которые болтают о честной драке. Половину времени они просто пытаются заломить тебе руку за спину. Если ты боксируешь, дуешься в карты или мечешь кости, играть надо честно. Это всё игры. Но драка — не игра.

Время уже позднее, мне пора запирать Молодежный центр и возвращаться в приходской дом, поэтому я просто скажу, что говорил мне отец о ножевой драке. Побеждает тот, кто ловко применяет предмет, зажатый в другой руке. Это может быть практически все, что угодно: связка ключей, которые он швыряет в противника, как я швырнул горсть монет, или камень, или палка. Куртка. Все, что угодно. Он использует подручное средство, чтобы отвлечь внимание противника буквально на четверть секунды. Если ты умеешь наносить длинные удары ножом так, чтобы тебя самого не зацепило, ты победишь. Если умеешь глубоко вонзать нож, не ломая лезвия, — то же самое.