Я больше тебе не верю - Чарли Ви

я могу только трындеть о ерунде. Но сейчас предоставилась возможность обойти его. И я не могла просто бросить и распрощаться с этой мыслью.

Вызвала такси и поехала к маме.

*** ***

(Саша)

Просто трахаемся!

Я знал, что Алиса частенько была прямолинейна, но всё же не ожидал, что меня так разозлит её высказывание. А чтобы не наделать глупостей и не наговорить ещё больших гадостей, ушёл в комнату. Нам надо было остыть. Слишком много эмоций в одной комнате никогда не приводили ни к чему хорошему.

Через полчаса я остыл, решил проверить, как дела обстоят у Алисы и не нашёл её.

Обошёл квартиру — её нигде не было. Сбежала. Трусиха. Поняла, что неправа и испугалась.

Пусть подумает. Главное, чтобы со психа глупостей не наделала. Вот как с ней разговаривать? Она как пороховая бочка, никогда не знаешь, когда рванёт. Дался ей этот бывший. Я давно уже наблюдал за его махинациями. Алиса была права — неспроста он полез в бумаги по закупке. Да и не дал бы ему никто там копаться просто так. Значит, не он один в этой схеме участвует. А интервью ему необходимо, как манёвр. Заодно и Алису подставить. Одним действием сразу два дела: устранение неугодного и отвлечение внимания. Вот только я ещё не всех причастных вычислил. Действовать надо было быстро. И попробуй рассказать Алисе об этом, она же как рупор начнёт всем вещать, не думая о последствиях. Иногда мне хотелось её придушить за вредность или замучить. Ещё пока не решил.

Я готов был броситься за ней следом, но вовремя остановил себя, иначе я скоро превращусь в хныкающего мальчишку, который будет умолять, чтобы его не бросали. Должен же я помнить про своё мужское достоинство. Пусть побесится. Надо выждать паузу.

А завтра уже заеду за ней и потом посмотрим, кто там просто трахается.

От этой мысли довольная улыбка подняла уголки губки. Я вздохнул. Представил, что я завтра сделаю с Алисой. Существует множество способов, заставить человека жалеть о собственных словах, похоже, к Алисе применителен только один: пристегнуть к кровати, чтобы не сбежала и заклеить рот скотчем, чтобы она, наконец, дала всё объяснить.

Зазвонил телефон. На экране высветилась имя Светы. Вот как раз про это Алисе тоже надо рассказать, но, зная её характер, она же не простит. Подумает, что обманул.

Телефон продолжал вибрировать. Надо было ответить, чтобы, наконец, закрыть этот вопрос.

— Да, привет!

— Саша, ты ещё долго собираешься меня избегать?

— Что за детский сад?

— Ну а как ещё объяснить твоё молчание? Ты уехал месяц назад и больше от тебя ни слуху ни духу. Ты решил меня кинуть?

— Давай завтра поговорим. Приезжай к двенадцати в мой офис.

— ДАже так? Я думала, ты меня на свидание пригласишь…или к себе.

Я молчал. Ненавижу чувствовать себя дерьмом, но сейчас я действительно поступаю как чмо.

— СВета, давай завтра поговорим.

Глава 39

Сашины слова и обида клокотали во мне всю ночь и не давали спать. Мама лишь головой покачала, но я закрылась в комнате, и полночи переписывалась со старым знакомым, который тоже работал в этой фирме. Раньше Слава с ним хорошо общался, даже однажды Новый год встречали в одной компании, но потом Слава перешёл в другой отдел, и общение прекратилось. Во всяком случае именно так он объяснил. Гриша работал специалистом по тендерам, занимался обработкой документов, подачей заявок, участием в торгах. Между делом я поспрашивала немного про фирму, чтобы он не догадался, для чего мне это надо. А утром у меня была назначена встреча с бывшим работником, который работал со Славой. Теперь мне необходимо было во всём разобраться ещё больше. Хотелось прийти к Саше со всеми данными и показать, что я справилась сама.

— Опять не смогла промолчать? — спросила мама за завтраком.

— О чём ты? — я подняла удивлённо бровь.

— Алиса, я ведь хорошо тебя знаю. Каждый раз, когда ты возвращаешься домой, это означает только одно, ты была прямолинейна и высказала человеку всё, что ты о нём думаешь.

— Да с чего ты взяла мама? У меня всё хорошо.

— А у твоего будущего мужа?

Я поперхнулась, закашлялась. Мама несколько раз стукнула мне по спине.

— С чего у тебя вообще такие мысли? — прохрипела я. Горло до сих пор сдавливал спазм.

— Так, он ведь сам так представился. Забыла?

— Угу.

Я тщательно пережёвывала пищу, будто от этого зависела моя жизнь.

— Солнце, надо быть хитрее. Я ведь не раз тебе говорила, женщина должна скрывать свой ум, мужчинам не нравится, когда девушка умнее или богаче. А ты вечно с флагом на баррикадах кого-нибудь защищаешь. Так и останешься одна.

— Лучше быть одной, чем с кем попало, — вспомнила я популярный статус, строчку из стихов Омар Хайяма.

— Вроде Саша показался мне неплохим, — мама посмотрела в окно.

Я любила свою маму за её умение не давить на меня. Она с малолетства общалась со мной на равных, рассказывала обо всём, что я спрашивала. И всегда давала место для собственного решения. Наверно, поэтому я выросла такой своевольной.

— Мама, он не даёт мне заниматься делом, — я всё-таки решила, как и раньше поделиться с ней.

— Может, он не из вредности это делает, а от любви. Зная, тебя, ты, скорее всего, опять пытаешься добиться правды. А в наше время это опасно.

— Да, там есть вероятность, — я вздохнула и посмотрела маме в глаза. — Мам, но если не я, то кто? Слава даже после развода вряд ли оставит меня в покое.

— Значит, в этом замешан Слава?

— Да, он предложил одну тему, но, мне кажется, он хочет меня подставить. А я хочу его переиграть. Понимаешь?

Мама кивнула и опёрлась подбородком о ладонь.

— А Саша против. Говорит, сам разберётся.

— Так, значит, Саша молодец. Тебе такой и нужен, чтобы сдерживал твою огненную натуру.

— Ну вот. Здрасте, приехали. Мам…

— Алиса, ты уже давно не ребёнок. И принимать решения предстоит только тебе. Но я всё же выскажу своё мнение. Если ты хочешь отомстить, хотя ты знаешь, я всегда была и буду против мести. Вселенная сама знает, кого наказать, а кого наградить. Надо искать союзников, которые помогут тебе победить со стопроцентной уверенностью. Саша, хороший мужчина, он переживает за тебя, а это одна из самых важных качеств человека, с которым можно строить своё будущее. Почему бы тебе не довериться ему? И хоть раз попробовать сделать не так, как ты хочешь, а как тебе