Красная галактика (СИ) - Деев Денис

Но с доставкой фетуция на базу вышел казус. Фонил найденный полумесяц и вправду очень сильно. Поэтому не только бортовая электроника, но и движок машины работать в его присутствии отказывался.

– Да что сегодня за день-то такой?! – горестно вздыхал Егор, взваливая полумесяц на спину.

– Мы полетим вперед, чтобы рассказать о нашей находке! – заявил Мишаня.

– Давай, – махнул рукой Егор, понимая, что мелкие тирряне ему помочь в транспортировке груза не могли.

Глава 15

Опытным путем было выяснено, что полумесяц лучше было ближе, чем на пятьдесят метров к базе не подносить. Иначе излучение от фетуция наглухо вырубало системы. Фетуций зарыли в песке и рядом с бугорком Семенович оставил караул из четырех тиррян. Вроде бы и воровать бесценную штуку на планете было некому. Но и оставлять ее без присмотра было против всех принципов Григория. Ценность? Ценность. Значит требуется охрана!

– Ну что, заседание РевСовета предлагаю считать открытым! – объявил Семенович. Он, Егор и Мишаня собрались за столом в жилом отсеке базы, – у нас сегодня на повестке…

– Слушай, давай без официоза, – оборвал его на полуслове Егор.

– Без официоза нельзя. Мы как-никак правительство целой звездной системы. Вместе с официозом приходит и ответственность. Итак, у нас на повестке два вопроса – откуда у нас взялся фетуций и что теперь с ним делать?

Мишаня, как культурный товарищ, которого Семенович ознакомил с правилами проведения собраний, поднял лапку. Гриша кивнул – говори, мол.

– Фетуций продать! Получим деньги…

– И нам кранты, – не стал дослушивать его Семенович.

– Почему?!

– Потому, что ты паря, «Капитал» не читал! Как связь с Землей наладим – сразу же себе несколько томиков выпишем. Умнейшая книга. И знаешь чему она учит? Что в капиталистическом обществе справедливое распределение ресурсов невозможно. Всегда найдется мироед, желающий лапу наложить на что-то очень ценное. А у нас с вами что?

– Что? – Мишаня слушал Семеновича как бога.

– Оборона из фанеры, вот что! А за фанеркой злато-серебро не спрячешь. И знаешь, что будет, когда на биржу или к гиканину даже самый мелкий кусочек фетуция попадет?

– Нет, – признался Миша.

– У нас тут сразу станет непривычно оживленно! Короче – пока у нас не будет по одному крейсеру на каждый кубический километр пространства, про фетуций даже заикаться нельзя!

– А без больших денег у нас не может быть большого флота, м-да. Дилемма. Не было горя, так нашли фетуций, – вторил другу Егор.

– То есть мы его продавать не будем?!

– Будем. Но осторожно. Пока все добытые полумесяцы будем складировать. Как нащупаем надежный канал сбыта потихоньку начнем приторговывать. Но нам надо понять – откуда это счастье вообще свалилось на наши головы?

– Тут как раз секретов особо нет, – Егор и Михаил уже успели обмозговать теорию чудесного появления на планете редчайшего элемента во всей вселенной, – до выброса фетуция не было. После – появился. Значит что?

– Значит его принесло с волной. Один кусок? Или несколько? Как искать будем?

У Егора уже был готов ответ.

– Учитывая, как полумесяц активно излучает, проблем с поиском осколков не должно быть. Причем нам даже колесить по поверхности не придется. Мы засечем их при облете из космоса.

– Отличные новости!

– Но… если черная дыра пульсирующая, то почему мы не нашли осколков от прошлых выбросов? – задал вопрос Миша.

– Блин, а это вопрос вопросов! Все-таки геологов надо с разведчиком запускать как можно скорее. Миша?

– Будет сделано, отправлю их сейчас же.

Выводы геологическая партия сделала неутешительные и неоднозначные. Во-первых, система землянам досталась действительно с сюрпризом. Черна дыра появлялась примерно с периодом в три-четыре года. То есть местное светило будет регулярно бомбить колонию людей и тиррян. А еще всплывал вопрос вот какого характера – куда делся фетуций? Почему Егор с Григорием его не обнаружили при первом сканировании? Тревожные мысли подтвердил и второй самородок фетуция обнаруженный одной из «Нив» с орбиты. Значит первый был не случайностью. Но кто же вычищает планету после выброса? Или этот выброс был уникальным и до этого самородки улетали в открытый космос?

– Нам нужна самая продвинутая система маскировки на «Бестию», какую только мы можем себе позволить!

– А позволить мы себе пока ничего не можем, – подвел неутешительный итог Егор, – выход один – надо впахивать. Все что добудем – загоним гиканину.

– За копейки?

– Угу. Но добудем мы много. Будем брать объемами!

Слова Егора с действиями не расходились. Как только на складах накопилось достаточно ресурсов, в производство запустили две «Нивы», кабины которых были приспособлены для людей. У тиррян случился еще один культурный шок – уважаемые товарищи, члены самого РевСовета, бурили астероиды наравне со всеми. Ну как наравне – по результатам дневной нормы Семенович вошел в пятерку, а Егор так и вообще в тройку лучших! Два часа отдыха и «ветераны труда» снова отправились на штурм астероидов.

Работенка прилично выматывала. Хоть землянам и не приходилось кайлом махать, но надо было вплотную подлететь к астероиду, полностью уровнять с ним линейные и угловые скорости. На не особо поворотливой «Ниве» сделать это было не так-то просто. У Егора уже на третий час кисти отваливались от активного манипулирования джойстиками управления. Потом, удерживая положение относительно космического булыжника, надо было проводить сканирование, выявлявшее полезные ископаемые на его поверхности и внутри. Лучи сканера бегали по его поверхности минут пять и выдавали полную карту залежей. В дело вступал мощный лазерный резак – Егор пластал лучом астероид, а четыре гравиловушки в автоматическом режиме собирали обломки. По всеобщему корабельному индексу «Нива» обозначалась как R2G1. Ранг второй – маломерные грузовые и добывающие суда. Поколение первое, что означало, что «Нивы» по сути были самыми примитивными из всех возможных вариаций. Однако, на взгляд Егора, комбайн был по сути своей очень высокотехнологичной штукой. Добытая порода внутри измельчалась в пыль. Более-менее ценные ресурсы спрессовывались в прямоугольные брикеты и складировались внутри бункеров. Те же элементы, на очистку и обработку которых в Преобразователе надо было затратить слишком много энергии, выбрасывались наружу. За каждой «Нивой» тянулся многокилометровый шлейф пыли.

После очередной разгрузки на орбитальных складах «Виктории-1», Егор услышал благословленную сирену, означавшую окончание рабочей смены. Отстояв очередь возле гравиколодца, он не стал вести «Ниву» к ангарам, а посадил комбайн прямо возле базы землян. Пришлось от базы до комбайна тянуть кабель, но это было лучше, чем тащиться от тиррян на вездеходе. Тем более, что через пару минут приземлился и Семенович, который и помог поставить на «зарядку» оба корабля.

– Может хватит? – пройдя шлюз Семенович согнулся, разминая затекшую от долгого сидения спину, – завтра устроим выходной? Или хотя бы одну смену оттарабаним? А пока вызовем гиканина. Пусть товар забирает.

– Его вызовем только после того, как забьем все склады на орбите. И даже трюмы «Крузенштерна».

– Эээ, к чему такая спешка?

– Это не спешка. Я вот о чем подумал – в планету угодила лишь малая часть фетуция. Его взрывом по всей системе раскидало. В тех же астероидах надо внимательнее покопаться. Так это я к чему – нам надо свести к минимуму посещения системы посторонними. Не дай бог сканер гиканина что-то засечет.

– Верная идея, – согласился с доводами друга Семенович.

Наскоро перекусив и посетив душевую, друзья завались спать как подкошенные. Чтобы в пять тридцать подпрыгнуть, позавтракать и попрыгать по кабинам «Нив».

– И снова в бой, соколы, покой нам только снится! – напутствовал Семенович массовый вылет тиррян.

В режиме от станку к станку, ГССР прожил ровно десять суток. А на одиннадцатые в систему прибыл торговец – все складские модули и трюмы на «Крузенштерне» были забиты под завязку.