КОМ-7 (Казачий Особый Механизированный, часть 7) - Ольга Войлошникова

Карлук, — продиктовал номер. В трубке хрустнуло, несколько раз прогудело, и батин голос произнёс, — Слушаю!

— Алло, Алексей Аркадьевич?

Батя сразу напрягся и спросил весьма официально:

— Ваша светлость?

— А как же! Узнаёте завсегдатаев, — я подозревал, что кто-нибудь из местных приказчиков меня обязательно слушает, и надеялся, что батя поймёт. — А вопросец у меня к вам такой. Нам бы трёх девиц в заведение выслать. Порыжее.

— Айко, я так понимаю?

— Да-да, и тех двоих, помоложе, тоже. Попрошу срочно, князья ждут. Адрес запишите, — надиктовал. — И попрошу их одеться как на прием к императору!

— Будет исполнено в лучшем виде! — подыграл мне батя и трубку положил.

Ну всё, живём! Когда надо, батяня может исполнять вещи с чисто казацкой боевой скоростью.

Я вернулся в зал, сопровождаемый Аграфеной. Два раза чуть не сбился. Понастроят же катакомб! За нашим столиком всё было мирно, все сидели-общались и выпивали-закусывали. И ничего эта Огонь и нестрашная. Правильно я бармену сказал.

— Ну что, не скучали?

— Не-е, мы тут поспорили, — ухмыльнулся Петя, — что твоя провожатая всё-таки вынудит тебя облик принять. А ну как прижмёт любя, обычной мужеской силой и не вырвешься… Я бы точно не вырвался!

— Балабол ты, В… Стрелок! — Чуть по фамилии Витгенштейна не назвал. — Господа… и дама, — я чуть склонил голову, — к нам приближается кавалерия. Прям такая кавалерия, что у-ух! Такие дамочки…

Я глянул на Сокола, и он понимающе наклонил голову.

— Князья, а жёны ваши знают о дамочках этих? — язвительно осведомилась Огонь. Вот же не можно жить-то без того, чтоб норов стервозный показать, да? Или это извечная женская солидарность играет?

— О-о-о, это, как правильно сказал Герцог, такие специальные дамочки… — протянул Сокол. — И, кстати, наши жёны с ними отлично знакомы!

— Может быть, может быть… — не осталась в долгу Огонь. — Поверим на слово. А вот, кстати, и монголы.

В зал вошло пятеро здоровенных батыров. Круглые лица, толстенные шеи, национальные халаты. И во всём этом великолепии совершенно терялся сухонький дедушка, от которого тянуло ветреной стынью.

— Почуял что, Коршун? — Серго понял моё состояние первым.

— Дед. Вон тот дедок — главный, — негромко обозначил я, не поворачиваясь к монголам. Незачем им интерес наш выказывать. — И как бы не к двадцатке по силе близко. Очень силён. Можем не справиться.

— Тогда ждем кавалерию, — резюмировал Пётр. Потом помолчал и добавил: — А знаете, господа, я так рад, что с вами поехал. Таким живым себя чувствую!

— Главное, чтоб по итогам поездки мёртвым не чувствовать, — поддел Серго.

— Ах, этот незатейливый солдатский юморок! — не остался в долгу Витгенштейн.

СЫГРАЕМ ПОМАЛЕНЬКУ

— А вот и Уэльс, — негромко сказала Огонь.

Я поднял бокал и поверх стекла увидел стремительно входящую в зал фигуру Смита. Всё-таки родова у Эдварда как под копирку, на одно лицо делана.

— Ждём второго или с этим будем работать? — обманчиво лениво спросил Серго.

— Не-е. Ждём второго. Чтоб полный комплект был. — Я успокаивающе положил руки на стол. — Госпожа Огонь, а по вашим наблюдениям в этом вертепе вообще нормальные люди-то есть? А то щас раззудись плечо, размахнись рука — и куча цивильных трупов. Нехорошо будет.

Госпожа Огонь помолчала.

— Обслуживающий персонал кухни и бара почти все — просто наёмные работники. Но если задуматься, здесь все виновны в недоносительстве. Все знают, как и на что здесь играют. При мне проиграли три состояния. А вон тот, — она совершенно не стесняясь ткнула пальчиком в седого дяденьку, в аккуратных очочках в стальной оправе, по виду — доктора, — проигрался настолько, что поставил на кон дочку. Правда, в тот раз ему повезло, и он смог отыграть ставку. Вот опять ищет удачи…

— М-да. Господа, на этой мажорной ноте, а не сыграть ли нам тоже? Раз уж мы ждём кавалерию? — Сокол встал и пошёл к столам со словами: — Пока вист не составился, почему бы и с покера не начать?

— А давай! — Витгенштейн поднялся тоже, галантно поцеловал ручку госпоже Огонь и проследовал за Иваном.

— А я пока посижу… — протянул Серго. — Коньяк у них просто песня как хорош. Правда, не хуже, чем у меня дома. Умеют мерзавцы…

— А я тогда с Соколом. — Я коротко поклонился нашей даме и пошёл к столу, который выбрал Иван. Кроме нас с Соколом и Витгенштейном за столом уже сидели трое игроков.

Карты пахнут.

Да?

Да. Но не все.

О, как! Жульничаем, значит. Мало того, что играем на деньги, так ещё и краплёными картами. А кто из?..

Крупье и тот, кто справа от нас.

Принял.

— Господа, для начала по полтиннику? Или сразу сотенную?

— Поддерживаю полтинник…

Вообще играть в карты (вернее, как тут — в покер) я не люблю. А уж тем более на деньги. Вот совершенно меня это не увлекает. Я меланхолично смотрел в свои карты, спокойно прикидывал шансы… И вскоре мой кошелёк пополнился пятьюстами рублями. Гигантская сумма, если задуматься. Тут можно предположить два варианта: или меня «вели», или реально везло.

— Ладно, пора и честь знать! — Я сгрёб выигрыш и встал из-за стола.

— А как же дать отыграться? — взвился тот, кого Зверь мне определил как жулика.

— А никак. На сегодня я — всё!

— Но тут так не принято! — А господинчик-то всё больше нервничает. — Здесь принято играть до конца!

— Тогда играй. А я — не буду. Ясно, или повторить?

Значит, таки «вели» меня. Дали немного выиграть и теперь собирались раскрутить по полной. А тут такой облом. Я подошёл к «нашему» столику.

— Что не удалось выиграть? Или денег мало взял? — улыбнулся мне Багратион.

— Почему ты так решил, Волчок? Я в плюсе, причём немалом. И, по-моему, господам за столом это не понравилось.

— Будут неприятности? — подобрался Серго. Обрадовался уже, гляжу!

— Не знаю. Прямо тут трясти меня? Хлопотно это, так скажем.

— А вы чрезмерно уверены в себе! — сердито фыркнула Дашкова. — И если вы надеетесь на помощь ваших друзей, то зря. Как они будут выглядеть, если поддержат дебош иностранного подданного, вы не подумали?

— Иностранного подданного? — признаться, в первый момент