Сбежавшая жена. Летающая аптека Эдельвеи - Ирина Манаева

горланя что-то. Перекрикиваются. Несколько даже устраивают потасовку прямо перед моим окном. Хлеба и зрелищ, что ни говори. В центре жить всегда лучше. Правда, не в моём случае. Потому что я просто жду часа суда.

Удивительно, но вчера ночь меня страшила. Теперь же, выбирая меж двух зол, понимаю, что лучше летающие пузырьки и стулья, чем толпа орков. Голоса стихают, и Аверн погружается в сон. Я же решаю осторожно осмотреться, чтобы понимать, куда можно спрятаться в случае опасности.

Конечно, следовало бы это сделать днём, только в любую минуту сюда могли ворваться мордовороты, и кто знает, успею ли я что-то предпринять. Сейчас более спокойно, но есть угроза выдать себя светом от свечи. Потому продвигаюсь при помощи зрения дракона, изредка используя дар огня, когда понимаю, что с улицы меня точно не заметить. Но и так всё видно довольно неплохо. Даже завидую Эдель, имеющей такое тело.

- Зря ты подумала плохо о Генри, - решаю завести разговор. – Если бы он предал – здесь бы давно был Локк.

«Может, они намерены усыпить нашу бдительность», - она понимает, что это невозможно. Сидеть и ждать у моря погоды – это не про орков. Но что-то же она должна говорить.

- Может, всё будет, как он сказал. Они будут искать, но не найдут.

«Или найдут», - Эдель сегодня за упадническое настроение. Ну да, понятно, в любом споре должен быть антагонист. У меня личный, внутри, чтоб далеко не ходить.

Открываю несколько шкафов, познакомиться с содержимым. Делаю это бережно и осторожно, и дом позволяет. По крайней мере не пытается меня убить стульями или кочергой. Кстати, здесь довольно тепло. Потому что погода в Аверне пока похожа на нашу золотую осень. Но в скором времени придётся отапливать помещение. Хотя, что я думаю об этом, мне не стоит настолько забегать вперёд. Моя жизнь теперь здесь и сейчас.

Перебираю многочисленные пузырьки и баночки, и Эдель заставляет нюхать содержимое, чтобы разыскать нужные ингредиенты.

«Они должны быть здесь», - верит в чудо. Хотя, кому они должны? Здесь столько веков никто не занимался лекарственными препаратами, что у них давно вышел срок годности. Уже как лет 397. Но её я расстраивать пока не хочу. Она настолько поглощена поисками, что перестала думать о смерти.

Через несколько часов иду по коридору, который по ощущениям спускается куда-то вниз. Странное чувство. Деревянные панели повсюду, и скольжу рукой по стене, нащупывая какие-то двери. Сразу не заметны, лишь при осязании.

Нащупываю горошинки ручек. Наверное, какой-то потайной шкаф, и с трудом распахиваю створки, когда в нос бьёт неприятный запах старости и чего-то знакомого. Всматриваюсь в темноту, но даже драконье зрение не помогает, и потому я зажигаю огонь в ладони, чтобы подсветить.

Крик застревает у меня в горле от того, что я вижу, и не могу пошевелиться. Кажется, теперь я понимаю, почему все боятся этого дома.

А вы догадались, что обнаружила Эдельвея?

Глава 36

Не знаю, кем при жизни был труп, но он успел мумифицироваться. Никогда не занималась подобным, только знаю, что при естественной мумификации нужен сухой воздух, хорошее проветривание и высокая температура. Только кажется, тут нет подобных условий.

Обследую дверь, понимая, что бедняга пытался выбраться, потому что она вся в царапинах от ногтей. Удивительно, что он не смог её выломать, потому что, судя по всему, это мужчина лет тридцати.

Не орк, больше похож на человека. Не могу даже предположить, как попал сюда и почему не смог выбраться.

Внезапно ручка входной двери приходит в движение, и замираю в темноте, боясь пошевелиться.

- Гор, даже не думай соваться в эту аптеку, - слышится негромкий крик кого-то. – Забыл про Луска, которого нашли утром с перерезанным горлом?

Прижимаю руки ко рту, пытаясь подавить испуг. К такому Генри меня не готовил. Аптека убивает неугодных! Тот, кого я нашла, пришёл сюда, по всей видимости, не более полугода назад. Могу ошибаться, но это точно не аптекарь, который пропал несколько веков назад.

- Не пугай, пуганные, - отвечает кто-то, и тут же поддевает закрытую дверь, выбивая замок, а я пытаюсь понять, что делать теперь? Вижу двоих орков, застывших в проёме, которых подсвечивает луна. Элиана наверху. Я могу спрятаться и ждать до последнего или же бежать и спасать ребёнка, если орки отправятся наверх. Подвигаюсь к трупу ближе. Конечно же имела дела с умершими, и у меня нет истерики. Только всё равно жутко, потому что понимаю: дом живой.

Слышу звон разбитой склянки и шипение орка.

- Чтоб тебя! – рычит один из них. – Порезался.

- Говорю тебе, Гор. Уходим!

- Тоже мне трус, - усмехается второй, и слышу его шаги на лестнице.

Он обязательно найдёт ребёнка!

«Наконец-то мы избавимся от неё», - изрекает Эдель, и я понимаю, что орк почти на втором этаже.

Бежать за ним или отвлечь? При последнем будет шанс спрятаться.

Быстро соображаю, что именно сделать, а Эдель умоляет перестать вести себя, как идиотка, но я тут же делаю несколько шагов, громко топая, а потом убегаю назад, ожидая, что будет.

- Внизу кто-то есть, - слышу голос того, кто обращался к Гору, и быстрые шаги вниз.

«Молодец. Дальше что?» - ненавидит меня Эдельвея, и я даже чувствую её гнев.

Забегаю за дверь и прикрываю ей так, чтобы осталась щель. Рядом молчаливо сидит мумия, и мне не по себе находиться в тёмном тесном шкафу, когда по дому бродят орки.

- Кто здесь? – рычит Гор, пытаясь найти меня.

- Говорю тебе, надо убираться! Думаешь, Луск единственный? Многие рассказывают про то, что…

- Заткнись, - бурчит бесстрашный Гор, и слышу, как открывает соседние двери. Шаги всё ближе, он быстро найдёт меня, если не закрыть дверцу. Её я нащупала с трудом, а большие грубые ладони орка могут и вовсе не понять, что здесь что-то спрятано. Только всё же следует её закрыть.

Чувствуя себя в ловушке, прижимаю к себе дверцу, и тут же раздаётся щелчок.

«Идиотка! Ты похоронила нас! Будем умирать долго и мучительно. Мне не хватает воздуха!»

Эдельвея права в одном: воздуха здесь действительно не хватает, будто дверь настолько герметично закрыта, что мы оказались в вакууме. Мгновенно становится жарко, и я расстегиваю верхние пуговицы, прислушиваясь к шагам снаружи.

Сидеть в