Мир по ту сторону. Начало - Антон Агафонов

-Ага, - коротко ответил отец, достав из сундука какую-то железяку и напряженно глядя на неё, словно пытаясь что-то вспомнить.

- А я могу поехать с вами? - поинтересовался я. Хотя сейчас вопрос о вылазке в крупный населенный пункт стоял уже не так остро, как месяц назад. Читать я все равно не научился, да и стал постепенно свыкаться с той жизнью, которую вел. А ведь первый месяц я вообще пистолет под подушкой хранил, прямо как шпион какой-то. А потом как-то перестал, даже вибронож часто стал дома забывать.

Кстати, Лита и Ригор были в курсе его возможностей. Однажды я имел неосторожность его использовать для того, чтобы разрезать заржавевшую железяку. Их глаза надо было видеть. Ригор все уши мне прожужжал, называя вибронож "зачарованным кинжалом", а Лита... ох... она, наверное, неделю пыталась у меня его по-тихому умыкнуть. Я не сомневался, что она поиграется и вернет, но это было опасно. А если она решит попробовать его на остроту пальчиком? Одно неловкое движение и пальца не станет. Это же резонирующее лезвие, для него все равно, что резать: булыжник или листок бумаги. Этой штукой можно танк обезвредить, разумеется, если он будет без экипажа.

Решил я данный конфликт с ней довольно просто. Вывел во двор, дал пару деревяшек и пару железных деталей, которые Ригор собирался потом отправить на переплавку, и дал ей порезать их под моим пристальным присмотром. И ведь чуяло сердце, что она попробует его пальцем потрогать, хорошо, вовремя остановил. А так, она очень хорошо провела время, веселясь как ребенок.

- Конечно, - ответила она. - Не оставаться же тебе тут одному.

- Я не против, больше компания - веселее дорога, - как-то монотонно сказал Ригор, в итоге выкинув ту странную деталь в сторону. Судя по всему, он отказался от идеи её продажи, так что ей прямая дорога на переплавку.

Я оставил этих двоих и вернулся в "свой уголок". Стоило решить, что мне с собой брать из моих вещей. Было очень сильное желание взять с собой БТБ, но я его пересилил. Я бы взял, если бы не проблема с тем, что придется её с собой таскать, а случись чего, сомневаюсь что у меня будет время её надеть.

Насчет того что её кто то украдет я не боялся, броня напрямую соединена с КПК, и если что он укажет где та будет. К тому же нейроинтерфейс это не просто облегчение активации возможностей брони, это и одновременно система защиты от нелегального использования. При первом облачении с владельца снимается отпечаток нервной системы, и никто другой не сможет его использовать. В теории конечно эту систему можно обнулить, но лишь в теории. Насколько мне известно, для этого нужно специальное оборудование и особые коды обнуления. В этом мире такое не провернуть, поэтому я не опасался его оставлять.

Почесав затылок с минуту, я пришел к выводу, что нет смысла брать и "Калаш": он громоздкий и вызывает вопросы. Даже если я его возьму, все равно не смогу носить с собой.

Что остается? Да, собственно, выбор не богат. Ограничусь пистолетом и ножом. Безоружным я не поеду, это однозначно. Но, это так, перестраховка. Лита и Ригор живут тут спокойно, деревня вот даже частоколом не обнесена, так что зря я волнуюсь. Но... береженного бог бережет.

Следующим этапом нашей подготовки были лошади. У Ригора не было своих лошадей, впрочем, как и у большей части деревни. Лошадь - довольно таки расточительное удовольствие, когда огород позволяет кормить только себя. Поэтому конюшня была общая, почти как поля, и лошадей использовали по мере необходимости. Сено для коней заготавливали "всем селом", и ухаживали за ними тоже. Правда, если с коня слетит подкова во время "твоего" пользования, подковывать его придется за свой счет, к тому же в этом случаи кузнец задирал цену на подкову раза в 1.5. Как я подозреваю, это была идея Ригора, иначе прибыль с этого дела была бы мизерная.

Договариваться о конях честь выпала мне, так как Ригор ссылался на кучу дел, в частности, надо было взять в наем у Фердинда телегу. Лита же сказала, что староста Телман, увидев такую красоту (это она про свой наряд), начнет приставать. Все это мне подсказывало, что не все так просто с этими конями.

Придя к Теллману, я понял, почему это дело спихнули на меня. Он оказался таким жмотом, что ему бы позавидовали наши завхозы. Чтобы выпросить у него двух коней, мне пришлось потратить более часа на пустые споры. Мы оба понимали, что коней я все равно получу, но Теллман не намеревался отдать их так легко. Староста то говорил, что кони могут понадобиться, то боялся, что мы их потеряем, ведь нас по идее не будет как минимум полторы декады. В итоге ему все равно пришлось сдаться.

Выезжать мы решили после обеда. За это время надо было многое сделать. Во-первых, собрать вещи в дорогу, а во-вторых, надо было с кем-то договориться об уходе за огородом в случае, если дождя долго не будет. Этим уже занималась Лита, с её обаянием добиться желаемого было не так уж и трудно.

Незадолго до отъезда прибежал Тео и хотел напроситься с нами. Но Ригор смог его отговорить, ссылаясь на то, что старой бабе Бридоне будет одной тяжело, и оставлять её на полторы декады будет неправильно. Разумеется, малец поник, но понимал, что Ригор дело говорит. Лита, чтобы немного его приободрить, пообещала привезти ему какой-нибудь гостинец.

Собственно, солнце уже перевалило за полдень, а мы так и не собрались. Возникали то одни неотложные дела, то другие. В итоге выехали мы довольно поздно, и Лита потом всю дорогу причитала, что надо было ехать утром, ведь через пару часов придется останавливаться на ночевку. Ригор на эти слова просто отмахивался и бормотал себе под нос что-то неразборчивое.

Ну а я старался наслаждаться дорогой и гадал, что меня ждет в Авине.

***

Акха'л'аша сидела на камне, подставив тело под теплые лучи солнца. Ветер приятно обдувал лицо и колыхал длинные волосы. Она ощущала себя цветком, который раскрывается на встречу ласковому солнцу. Но счастье быть единой с природой, по-настоящему единой, у неё отняли и заперли в этом месте, в этой слабой оболочке. И то, что было доступно ей сейчас, было подобно легкому дуновению свежего ветерка в жаркий день: он приносит радость и облегчение, но лишь временное.

Сейчас, закрыв глаза, она ощущала каждый кустик, каждое деревце как часть себя. Она ощущала каждую птицу и каждое животное в своем лесу. Все жизненные потоки её владений, соединялись с ней и были частью богини.Хозяйка леса знала, как страдает старый тысячелетний дуб от того, что его погрызли мерзкие черви. Ощущала возбуждение между двумя маленькими зверьками, которые сошлись в брачном танце. Все это было словно её телом.

Она обхватила себя за плечи и издала огорченный вздох. Но не успела она насладиться минуткой единения, как из транса её вывела боль в области локтя. Она посмотрела на недавно отросшую руку, и её милое до этого лицо исказила гримаса злобы. Потеря конечности оказалась достаточно болезненной, и пусть прошло уже немало времени, рука по-прежнему давала о себе знать.