Охотники на героев - Никита Сахно

Навната, горделиво закинувшего голову. Он, конечно, красив, но волшебного в нем было мало, поэтому Имва просто покачал головой. Девушка переключила внимание на него, разглядывая как какую-то диковинку. Он старался не смотреть в ответ, делая вид, что ему очень нравится рассматривать худосочные деревья вдалеке.

– Двигаться будем быстро, так что не отставайте. Если повезет, скоро найдем кузнеца, а пока приглядывай за ней.

Делать этого совсем не хотелось. Девушка и так сверлила в нем дырку, а Имва предпочел держаться от нее подальше. Она, конечно, милая, даже очень, но вчера внутри нее он почувствовал трещину, оттуда лилось нечто мерзкое и липкое. Такое, чему нельзя найти название. Не говоря о том, что он растерялся, пришлось соврать. Выходило скверно, но мужчина, видно, не заметил. Решил, что Имва владеет магией, а он даже сам не понял, как у него вчера это получилось. От страха, наверное. Маг из него выходил жалкий, о чем ему всегда напоминали даже наставники. Имва взялся за кулон с зубом и, чтобы как-то отвлечься, спросил:

– Ты не назовешь имя?

– Это так важно? – спросил в ответ незнакомец.

– У нас говорят, что имя – способ познать друг друга.

– Все потому, что вы их сами выбираете, – мужчина повернулся к ним спиной, взгромоздившись на лошадь. Она была крупной, от толстых ног исходила мощь, а в воздухе держался стойкий аромат лошадиного крупа, от которого начали слезиться глаза.

– Да ну? Сами выбираете имена? – оживилась девушка.

– И какое бы имя ты взял себе? – спросил Имва. – Мы… я… Надо знать, как тебя звать.

– Мэлви. Зови меня так.

– Хорошо, – Имва не сказал, что имя совсем мужчине не подходит. Какой же это Мэлви? Так звали бы мелкого гоблина, а его имя… оно должно внушать страх, как и выражение лица.

Мужчина, сейчас сопровождающий их разговор молчаливым взглядом, по размерам не сильно отличался от тех, кого уже приходилось видеть. Вот только было что-то в глазах и манере держаться такое, от чего хотелось сделать пару шагов назад.

– А меня зовут Имва. Это Навнат.

– Шик! Ты петуху даже имя дал? – улыбнулась девушка. Сейчас она выглядела не очень опасной.

– Он мой друг. У друзей должны быть имена.

– Эй, вы! Заткнитесь! Я же сказал не говорить.

Имва поспешно опустил взгляд, прижимая к себе Навната. Тот укоризненно взглянул на него, но ничего не сказал.

«Ничего страшного, смирение – одно из качеств настоящего героя. И скоро я встречу одного из них».

Имва на это надеялся. Герой расскажет о своих подвигах и научит быть таким же. Правда, темная фигура в широкой шляпе стала внушать Имве еще меньше доверия, чем вчера. Правильно ли он поступил, договорившись с ним? Но Корни судьбы привели его сюда, свели с этими странными людьми, а значит, в этом был какой-то смысл. Имва не мог поверить, что встреча с девушкой, которая может менять форму мира вокруг, случайность. Наставники говорили, что люди давным-давно потеряли способность менять форму. Даже ту захудалую, что у них была. А эта Вики не уступала в силе ни одному амевану. А мрачный Мэлви утверждал, что знал героев. Без Корней судьбы здесь точно не обошлось.

Их маленькая группа двигалась не очень быстро: что бы ни говорил этот Мэлви, ему приходилось все время притормаживать лошадь. С одной стороны, это радовало – за последние дни Имва чувствовал себя, как сухой лист: еще чуть-чуть – и раскрошится. Но вот где-то по округе рыскали люди, бегущие за ним. А еще те, что преследовали его новых знакомых.

Мэлви выглядел угрожающе, но вряд ли даже с двумя топорами он мог справиться с толпой вооруженных врагов. Топоры были самой жуткой его частью. Ни один амеван не взялся бы за топор, ибо они созданы для того, чтобы рубить деревья, губить жизнь. Мэлви наверняка не испытывал проблем с этим. Его рука была обмотана кровавой тряпкой. Кто-то уже успел его ранить. Ясное дело, ведь Мэлви не герой, тот еще мог бы найти выход.

Но мир не торопился набрасываться на него. Похоже, приготовил впереди очередную пакость. Имва наблюдал за широкими полями, окружавшими их со всех сторон. Деревья были слишком далеко, а мир вокруг слишком пустым. Он поежился, хотя вышло солнце и стало куда теплее, чем в последние дни. Навнат не разделял его страхов: он извивался, желая оказаться на свободе.

– Подожди, друг. А то потеряешься.

Петух перестал брыкаться, но не сводил с него своего яркого желтого глаза.

– Имва, эй! – послышался шепот. Девушка подошла чуть ближе, коварно улыбаясь. – Ты маг, да?

Во рту пересохло. Что ей сказать? Что он стал для нее надсмотрщиком и с магией он управляется чуть лучше Навната? Пришлось коротко кивнуть.

– Шик! А от этих штук избавиться можешь?

Она дернула связанными руками. Имва посмотрел на спину Мэлви и сглотнул.

– Нельзя.

– А если нападет кто? Да меня сразу укокошат, и пикнуть не успею!

– Мы тебя защитим. Не бойся.

– Ага, а от вас меня кто защитит?

Девушка скорчила гримасу и отвернулась. Имва ощутил, как к щекам приливает кровь, царапина начала зудеть еще сильнее. Он шел, не зная, как справиться с румянцем. Не потому, что девушка его боялась, а потому, что он боялся. Не хотелось злить угрожающего Мэлви. Но больше он боялся ее. С девушками он общаться не умел, тем более с теми, что могут убить. То, что она шла молча, приободрило: можно было хоть немного расслабиться.

Мимо проплывали поля, вдалеке виднелись деревни, от которых Имва всегда держался подальше. Он невольно сжал петуха сильнее, и тот недовольно цокнул. Пришлось опустить его на землю. Не таскать же все время на руках?

Из-за высокого дерева с жухлой листвой донеслись крики. Мэлви остановил кобылу и огляделся по сторонам. Потом повернулся к ним.

– Съезжать в поля будет странно. Идем быстро. Ни с кем не говорите.

Мэлви сверкнул глазами и добавил:

– Не вздумай выкинуть глупость, девчонка.

Та лишь хмыкнула. Кобыла двинулась быстрее, и Имве пришлось подхватить Навната. Сердце начало быстро колотиться. Что это за крики? Битва? Кому-то нужна помощь? Он вспомнил недавний случай о том, как незадачливо вмешался в дела людей. В племени бы все попадали с ног со смеху. Как обычно. Имва поневоле взглянул на девушку, но та не выглядела напуганной, скорее, любопытной.

– А я тебе говорю, что это чушь!

– Ха! Ты даже говорить не умеешь! И че мне слушать?

– Точно-точно! Довольно болтовни!

Под широким каштаном, на котором уже почти не осталось листьев, стояли двое