Опасные хитрости - Барбара Хазард

Клэр был огорчен. Он не мог предположить до сих пор, что мать регулярно угнетает его сестру. Ведь Эмили не рабыня! Он сказал ей, что обязательно еще раз поговорит с матерью на эту тему.

– Только не сейчас, Уильям, – попросила Эмили. – В городе мне всегда лучше. Здесь столько развлечений! – И неожиданно спросила: – Какие новости о мисс Трэвис?

Брат сразу нахмурился.

– Ты была права, Эм. Мисс Трэвис уже обручена с Роджером Мэйтлэндом. Я узнал об этом еще в Клэр-Корте. Просто не говорил тебе, потому что ты была совершенно вымотана.

– Мне очень жаль слышать такие известия, дорогой. Кто тебе сообщил это?

– Как кто? Корнелия. Неплохо меня проучили, а? Надменный герцог Клэр наконец-то получил увесистую оплеуху.

Он горько засмеялся, а потом поспешил сменить тему. Эмили слушала его, кивая головой. Конечно, новости ее расстроили, потому что она любила мисс Трэвис. Эта девушка очень подходила ее брату и была бы ему хорошей женой.

Единственное, на что Эмили еще надеялась, что он по-прежнему будет избегать эту красавицу Корнелию.

Но герцог даже и не старался этого делать. В конце концов, сказал он себе, если он не может жениться на Диане, то какая разница вообще – на ком жениться?

А Корнелия очень красива и выглядит как герцогиня. Фактически он был уверен в успехе, потому что она сама страстно того желала. И даже если она холодная, – а так оно и есть на самом деле, – что ж, для него это не имеет значения. Даже наоборот, он предпочитал, чтобы так и было. Потому что он знал, что никогда не сможет жениться на девушке, которая обожала бы его и хотела взамен ответной любви. У него не осталось любви для кого-нибудь еще. Всю свою любовь он отдал Диане.

Однако он по-прежнему не произнес еще главных слов, хотя Корнелия и весь Лондон ждали, когда он это сделает. Что-то его удерживало. Он упорно молчал, когда ситуация позволяла вроде бы сказать, заставляя Корнелию снова и снова изобретать во множестве эти ситуации.

Герцог продолжал наблюдать за Дианой. Она же вовсю флиртовала со своими кавалерами. Он цинично думал, что если бы он был на месте Роджера Мэйтлэнда, то в одну секунду отправил бы всех этих красавчиков подальше от города, а Диане прочитал бы лекцию, как ей следует вести себя впредь.

Как-то вечером он катался с Корнелией по Гайд-Парку и случайно заметил Диану, прогуливающуюся с одним из братьев Фоллеттов. Он холодно кивнул, когда карета проезжала мимо них. Корнелия улыбнулась и помахала рукой.

– Меня удивляет, почему Мэйтлэнд позволяет Диане встречаться с другими мужчинами, – заметил он довольно свирепо.

– А что в этом страшного, Клэр? – спросила его Корнелия, широко раскрыв свои карие глаза. – Уверена, что ей ничто не грозит. Эти братья Фоллетты еще совсем мальчишки. Кроме того – безопасность в количестве, вы знаете.

– Но вчера, например, она дважды танцевала с Перси Ноттингемом.

Леди Корнелия не могла удержаться от вздоха. Клэр все еще думал о Диане. Требовались немедленные и эффективные действия. Она нежно погладила его по руке.

– Мой дорогой Клэр, – пробормотала она, – не считайте меня слишком смелой, но я хотела просить вас об одной вещи… Не могли бы мы остаться наедине? У меня есть кое-что… я имею в виду, я должна вам сказать… пожалуйста, милый Клэр!

– Мы уже сейчас наедине, – сказал он, кланяясь леди Джерси и ее компании.

Корнелия обиженно замолчала. Тогда он повернулся с улыбкой к ней.

– Когда весь Лондон на нас смотрит! Нет, я имею в виду действительно наедине, – проговорила она.

Она сжала его руку, и Клэр едва успел сдержать горячую упряжку.

– Спокойно, Корнелия, – предупредил он. – Эти лошади еще не привыкли к городу и могут понести.

Грум за ними скривил губы в презрительной усмешке, возмущенный женской глупостью.

Клэр сделал полный круг по парку. Дианы нигде не было видно. И тогда он решился и остановил упряжку. Грум сразу подошел к лошадям.

– Хорошо, Корнелия, давайте пройдемся, и вы мне скажете, что у вас на уме. Попридержи их, Том.

Грум кивнул и поправил свою кепку, усмехаясь про себя. Даже дурак бы понял, что у этой леди на уме!

Корнелия поспешно увела герцога на тихую аллею. Надо было выждать удобный момент. Она оглянулась. Вокруг никого не было. Тогда она сделала вид, что споткнулась. Она тут же схватилась за руку герцога, притворяясь, что вот-вот упадет. Клэр обнял ее крепко, а она повернулась и прижалась плотно к нему. Она подняла свое красивое лицо, приоткрыла губы и сказала:

– О Клэр!

Герцог чуть не рассмеялся над ее тактикой. Но глядя сверху вниз на божественное лицо Корнелии, на ее мягкие сочные губы и чуть прикрытые глаза, он решил, что время пришло. Он наклонился и поцеловал ее.

Волна триумфа охватила Корнелию, и она открыла свои губы, имитируя дикую страсть. Его сильные руки гладили ее бедра и спину.

Корнелии поцелуй показался бесконечным, но она заставила себя не только вытерпеть, но и отвечать ему с такой же страстью.

Когда герцог наконец оторвался от ее губ, она тяжело вздохнула. Но не от избытка любви, а от отвращения.

– Вы удивляете меня, Корнелия, – произнес он. Клэр действительно не ожидал найти в ней столько пламенной страсти. Он продолжал ласкать ее, а она желала оттолкнуть его. Но она полностью контролировала свои эмоции.

– Мой дорогой, я так ждала этого поцелуя! – воскликнула она. – Прижми же меня крепче! От прикосновения твоих рук я вся дрожу и таю.

Она закрыла глаза, потому что у нее не было сил смотреть на этого отвратительного мужчину, который щупал ее своими лапами.

– Будь моей женой! – приказал Клэр хриплым голосом.

При этих словах она сразу открыла широко глаза и кивнула.

– Конечно, дорогой, я об этом только и мечтаю.

Ее голос звенел как ручеек. Но затем она запрокинула голову и рассмеялась громким торжествующим смехом. И тут герцог увидел Диану. Она стояла со своим спутником совсем не далеко и наблюдала за ними. Было ясно, что она видела все, что произошло. Когда он посмотрел на нее, она резко повернулась и пошла прочь, а следом за ней мистер Фоллетт.

Клэр неожиданно захотел крикнуть Диане, чтобы она остановилась. Он намеревался позвать ее и все объяснить. Затем он опомнился, а в следующую секунду она уже ушла. Корнелия даже не подозревала, что их кто-то видел, так быстро все это случилось.

Лицо Клэра дернулось от злости. Он притянул к себе Корнелию и снова стал ее целовать. «Почему, – думал он, – почему я увидел Диану именно в этот момент? Может, это было для того, чтобы я вспомнил ее поцелуи?» Диана была застенчивой, но страстной, и ее губы так сладко вздрагивали, когда он к ним прикасался своими губами.