Печальный Ангел или девять жизней принца Кристиана - Алексей Фирсов

— Вы знаете…

— Да, да, Лорас такой сплетник!

Филипп побагровел.

— Этот старикан меня бесит!

— Тем не менее, Филипп, что если нам взяться за закатный континент?

Ваши корабли, мои армии. Мы завоюем его и поделим пополам! Леса, земли, залежи железа и золота! Все станет нашим! На восходном материке все уже поделено и герцогства с королевствами связаны статьями Священного договора. А там земли дикарей и никто не будет протестовать, когда мы их возьмем под нашу руку. Миссионеры святого престола принесут дикарям свет истинной веры и превратят их в наших подданных. Что скажете, Филипп?

— Перспективы заманчивы, но звучит уж очень волшебно. Я бывал у тех берегов. Дремучие леса кишат опасными зверями и существами. Шаманы дикарей имеют доступ к чуждой магии…

— С нами будет двуединый, и он поможет нам!

«А еще человеческая жадность…»

Филипп поклонился.

— Я ценю вашу щедрость и вашу мудрость, Кристиан. Все следует обдумать и взвесить. Позвольте мне вас покинуть, я не хотел бы оставлять Хайди одну в ее положении.

— Да, да, ступайте.

Кристиан посмотрел в спину удаляющемуся герцогу.

«Я его испугал или озадачил? Во всяком случае, я его удивил».

На пиру то и дело произносились здравницы в честь истинного наследника Семиречья принца Кристиана. Знатные гости хмелели, и тосты все чаще страдали однообразием.

Принц скучал до полуночи на почетном месте рядом с графом Горном.

Лорас появился в поместье Данвига на следующий день.

— Вы должны поспешить занять крепость Урвалу, пока узурпатор Дарси не послал туда своих латников.

— Идти в поход на Семиречье с одной ротой Вилея? Вы с ума сошли, дорогой хранитель!

— Вы забываете про меня. Я буду рядом и своей магией расчищу вам путь.

— Магией и золотом? Сколько запросил барон Людор за открытые ворота?

— Кто вам об этом рассказал? — Лорас не мог скрыть удивления.

— Вы омолодили меня, но мой жизненный опыт остался со мной! — засмеялся Кристиан. — А еще у меня есть дар…

Лорас вздрогнул и впился взглядом в глаза принца.

— Каков ваш дар, мой принц?

— Дар предвидения, мой дорогой хранитель! И он мне говорит, что я не тронусь с места, пока не поговорю с кем–то из ваших боссов. Они там все маги десятого уровня, как мой отец Воракс?

Лорас на некоторое время потерял дар речи.

— Мой принц, вам опять было озарение?

— Еще какое, дорогой хранитель! Идите, проинформируйте боссов вашей мафии. Никакого похода в Семиречье, пока я с ними не встречусь и не получу надлежащие гарантии.

Торжественный, важный Лорас появился ближе к закату.

— Мой принц, маг–хранитель десятого уровня Гофрейд примет вас сегодня.

— Я должен плясать от счастья? — принц уже принял полбутылки портвейна и был настроен по–боевому. Махнул рукой.

— Давайте, открывайте свой портал!

Лорас времени не терял и, шагнув в овальную дыру портала, Кристиан оказался где–то в горах. От перемены давления слегка закружилась голова, боль в ушах и дыхание затруднилось. Стало не хватать воздуха.

Сглотнув слюну, принц прошел вперед по каменному грубому полу к колоннам с высокими стрельчатыми арками. Вдали на фоне голубого безоблачного неба торчали заснеженные вершины.

Несмотря на ледяные струи ветра, проникающего между колонн в зал, на пестром ковре в позе лотоса находился меднокожий мужчина, в набедренной повязке.

Трудно было определить его возраст. Тренированное тело спортсмена, ни капли жира, ни волосинки на голове. Даже бровей нет.

«Медитирующий йог?»

Принц обернулся. Портал исчез вместе с Лорасом. Уж не ловушка ли это?

Попытался вспомнить, где на восходнем материке такие горы. Где–то на юге, на границе известных земель?

Когда до медитирующего йога осталось всего пара шагов, Кристиан остановился.

Йог открыл глаза. Обычные человеческие, карие.

— Принц Кристиан.

Принц кивнул.

— А вы маг Гофрейд?

— Вы хотели видеть меня.

— Вот еще! — хмыкнул Кристиан. — Это вы хотели меня видеть. Я и без вас прекрасно жил себе в своем мире, со своими делами и проблемами.

Это я вам потребовался. Извольте изложить зачем. В противном случае моей ноги в драгоценном для вас Айбенхорте не будет никогда.

— Вы смелы.

— Если б вам нужна была только моя кровь–могли просто выкрасть, привезти в нужное место и прирезать как барана. Но вы не можете и не, потому что так человеколюбивы.

Я вам нужен в Айбенхорте. Зачем? Что такого устроил мой отец-Воракс, что вам все эти годы не получилось распутать?

— Вы любознательны.

— У меня есть много всяких качеств. Может быть, перестанете их перечислять и изложите то, что вы хотите от меня?

Лицо мага десятого уровня оставалось неподвижным и маловыразительным. Даже губы не шевелились, но бесцветный монотонный голос Кристиан слышал ушами.

— Я все вам расскажу, Кристиан сын Воракса, но как только вернетесь обратно, вы все забудете….

В следующий миг Кристиан уже сидел в удобном кресле возле камина в поместье Данвига и на столе та самая недопитая бутылка портвейна.

Маг–хранитель Лорас стоял у окна смотрел во двор.

— Вот как?

— Да, именно так, мой принц. — Ответил маг, не оборачиваясь. — Вы сделаете то, что я вам скажу, иначе Хайди умрет.

Кристиан не поверил своим ушам.

— Хайди?

— Она самый дорогой для вас человек в Мире и в случае вашего неповиновения страдать будет она.

— Шантаж? Мерзкое занятие. — Процедил сквозь зубы Кристиан. — Вы ее маг–хранитель и вы угрожаете ее смертью?

— Увы, вы не оставили нам выбора!

Военный лагерь на горном склоне просыпался с первыми лучами солнца. Проведший беспокойную ночь на удобном походном ложе, Кристиан вышел из шатра, застегивая на ходу камзол. Тянуло зевать, так что скулы болели от усилий, чтобы сдержатся.

Телохранители у входа отсалютовали протазанами с золотыми кистями.

Баронесса Лайза Соранс, которую он прихватил из Плимутрока в поход, еще спала, выставив из–под одеяла атласное белоснежное бедро.

В походе с женщиной комфортнее, но и напряжнее. Волей не волей приходится слушать ее болтовню и удовлетворять капризы. Блондинка с синими глазами, восемнадцати лет — чего ж еще ждать? Впрочем, баронесса оказалась веселой и воспитанной девочкой. С молчаливой букой было бы куда неприятнее делить шатер и постель.

Неподалеку суетились с завтраком слуги принца и служанки баронессы.

На углях, на громоздком мангале скворчало уже масло в чугунных сковородках. В мире тоже на завтрак употребляли яичницу, только не с беконом, а с пряными травами.

Экипаж Лайзы стоял неподалеку, рядом с коновязью синих плащей.

Зевающие у коновязи адьютанты–вестовые, увидев господина, подтянулись и поклонились.