Тэтчер: неизвестная Мэгги - Дмитрий Медведев

Любимый, но опасный

Дэнис был не единственным мужчиной, способным оказывать влияние на свою амбициозную и властную жену. Семья Маргарет знает еще одного человека, обладающего, возможно, даже большей властью, чем ее скромный и тактичный муж. Его имя – Марк Тэтчер.

Причем, в отличие от Дэниса, влияние которого на «железную леди» стало возможно благодаря его личности, секрет влияния Марка находился в самой Маргарет. Именно она разрешила ему оказывать на себя давление. Буквально с первых минут рождения Марку была отведена доминирующая роль.

– Я всегда чувствовала, что появилась на свет второй, – признается Кэрол в 1996 году.[270]

Марка больше любили, больше баловали, больше уделяли внимания и, как следствие, о нем больше беспокоились.

– Я постоянно переживала за здоровье своего сынишки, – признается премьер-министр. – В то время мне казалось, что он способен подхватить любую инфекцию. Одним из самых страшных дней в моей жизни стал тот, когда у него случился приступ аппендицита и я повезла его в близлежащую больницу.[271]

Сын Тэтчер всегда был первоочередной заботой для своей матери.

– Она постоянно баловала его, потакая каждому желанию, – замечает дочь близкого друга семьи Пенни Джунор. – Что бы он ни делал, Мэгги очень редко поправляла или одергивала его.[272]

Даже когда Марку исполнилось восемнадцать лет, министр Ее Величества Маргарет Тэтчер не ленилась подниматься наверх, лично принося ему завтрак прямо в постель.

В подобном отношении нет ничего удивительного. Маргарет хорошо запомнила ту благожелательность, которую испытывал ее отец в отношении наследников мужского пола. Однажды к Альфреду Робертсу пришел один из местных прихожан и стал ругать своего сына, который шлялся по кабакам и пропивал семейные деньги. Было ясно видно, что из парня ничего не получится.

– Лучше ему сразу показать на дверь! – воскликнул бедный прихожанин.

Однако Альфред придерживался иного мнения:

– Сын всегда остается сыном, и с ним нужно обращаться со всей теплотой и любовью, независимо от того, куда его повернет.[273]

Подобная реплика не окажет на расстроенного отца особого воздействия, зато глубоко врежется в память мисс Робертс. Маргарет воспримет данные слова слишком буквально. Ее чрезмерная забота о Марке станет тем редким примером, когда добро может принести не пользу, а вред. Чего добилась Тэтчер, поощряя малейшие прихоти своего сына? Марк вырос большим эгоистом, считающим, что весь мир вращается вокруг него, а любой из окружающих только и создан для того, чтобы потакать его слабостям и удовлетворять его прихоти.

– Марк был очень самоуверенным, нахальным и хвастливым ребенком, он вел себя так, словно знал все лучше других, – вспоминает один из соседей Тэтчера в подростковом возрасте, Джеймс Монтагю. – Никогда не забуду, как, сидя на заднем сиденье нашего автомобиля, он стал указывать моей матери, как вести машину.[274]

Не смогло изменить ситуацию и начало образования. В 1961 году Марка отдали в учебное заведение Бельмонт, специализирующееся на подготовке своих подопечных к поступлению в известную школу Милл Хилл, где в свое время азы образования постигал Дэнис Тэтчер. Несмотря на надежды своего отца, в Милл Хилл Марк так и не поступил. Маргарет считала, что ее сыну необходимо более престижное заведение, и отдала его в легендарную школу Хэрроу, ведущую свое начало с 1572 года и на протяжении нескольких веков гордившуюся списком своих выпускников. Среди последних были и лорд Байрон, и восемь премьер-министров, включая Уинстона Черчилля.

Несмотря на высокую репутацию, жизнь в Хэрроу была далека от идеала. Полагая, что, прежде чем начать управлять, воспитанники должны побыть в шкуре подчиненных, администрация школы разработала так называемую фаг-систему, согласно которой каждый из учеников меньших классов являлся слугой своего более старшего товарища.

Принято считать, что подобный подход одинаков для всех, однако это не так. Если за учеником стоят деньги, а не вереница именитых предков, он обречен на прохладное отношение со стороны своих более аристократичных приятелей. Именно это и случилось с Марком Тэтчером.

– Когда он прибыл в школу, ему было очень тяжело, – вспоминает один из его одноклассников, Джон Пирсон. – У окружающих парней сложилось впечатление, что он чудак.[275]

Марк превратился в белую ворону. Против него было использовано главное оружие британской аристократии – манера говорить. Акцент Тэтчера подвергся жестоким насмешкам, а его имя принялись называть, как кому заблагорассудится. То он становился Мавк Фэтчер, то Морк Скрэтчер.

Вместо того чтобы попытаться самому преодолеть возникшие трудности, Марк принялся искать спасение извне, обратясь к достижениям своей матери. В июне 1970 года Маргарет была назначена министром образования.

– Когда она впервые попала в кабинет министров, это реально стало оказывать влияние на мою жизнь, – вспоминает он. – Я начал быстро расти и понимать что к чему.[276]

В результате Тэтчер стал еще более заносчивым и нетерпимым.

– Марк ведет себя настолько вызывающе, как будто его мать уже заняла место премьер-министра! – возмущались однокласники.[277]

Главная проблема Марка заключалась в его неспособности найти общий язык с другими воспитанниками Хэрроу. Как в свое время и его мать в Кественской школе или Оксфорде, он воспринимался другими учениками как аутсайдер. Но если у Маргарет была цель и железная воля, то у Марка – лишь капризы и внутренняя незащищенность.

– Он был одиночкой, что полностью не соответствовало методике воспитания в британских привилегированных частных школах, – комментирует один из его одноклассников, Эндрю Блейми.

С ним соглашается и другой одноклассник Марка, Робин Уард:

– У него были самонадеянные и наглые манеры, как правило, совершенно неуместные. Тэтчер был совершенно не из тех парней, кого вы хотели бы увидеть в частной школе.[278]

В июле 1971 года обучение в Хэрроу подошло к концу. Покинув стены альма-матер, Марк записал в свой актив лишь невысокие достижения на академическом поприще, страсть к спорту, презрение к аристократии и желание жить красиво.

– Я ему сказал, – вспоминает Дэнис, – если хочешь иметь несколько домов и водить дорогие машины, есть только один способ – иди зарабатывай.[279]

Об этом Марк и мечтал. Он не особенно-то и стремился продолжать обучение. В те годы он считал, что ему гораздо больше подходит бизнес, попадание в который не обошлось без деловых связей и помощи Дэниса Тэтчера.