Я еще князь. Книга XX - Сириус Дрейк

— твердо сказал военный, пытаясь понять, что у этого человека в голове. — Да и вам бы не советовал.

— Выпей, — он продолжал держать флягу на вытянутой руке. — Поверь, мальчик, это никогда не бывает лишним. Тем более у тебя нервы шалят.

Мальчик? Он назвал майора валахийской армии мальчиком?

— Простите. Попрошу больше меня так не называть, — все же у Григора было достоинство.

— Обиделся? Зря, — пожал он плечами, но продолжил держать фляжку. — Просто давно не общался с нормальными людьми. Все напыщенные дамы да богатенькие сынки…

Григор что-то странное ощутил в его словах, поэтому взял фляжку. Сделав глоток, он выпучил глаза от крепости напитка.

— Дыши, дыши, — слегка улыбнулся Лермонтов. — Используй энергию.

Постепенно жжение в горле начало пропадать.

— Ну вот, и дергаться перестал, — невозмутимо продолжил Михаил Юрьевич.

И вправду. Пропала дрожь в руках. Да и нога перестала дрыгаться. Хотя оно и не удивительно. Все ресурсы организма направлены на то, чтобы минимизировать урон от крепкого алкоголя.

— У тебя есть жена? Дети? — продолжил имперский маг.

— Двое. Девочка и старший сын. Сейчас они на границе. Жена не хочет уезжать, пока ее родителей не найдут.

— И как?

— Они сейчас в Дарнице. Оба вампиры. Нам даже удалось с ними связаться.

— С вампирами? — удивился Лермонтов.

— Да! Это и удивительно. Они сказали, что не стоит за ними ехать. Боятся, что могут сорваться и погубить людей.

Григор сделал еще один глоток.

— Первый раз встречаю таких вампиров…

Григор вернул флягу Лермонтову, тот сделал пару глотков, и они некоторое время молчали.

Майору почему-то стало комфортно с этим человеком. Бывает так, что с малознакомым можно поговорить гораздо душевнее, чем с близким. И помолчать тоже.

— А я думал, некромантов перебили еще полвека назад, — нарушил тишину Григор.

— Да, знаю. Это я всех убил… — безэмоционально ответил Лермонтов. — А потом уехал в Северную империю…

— Но зачем? Разве это… Как бы так поконкретнее сказать, не твои браться по предрасположенности? — удивился Григор.

— Хех, предрасположенность… А знаешь, это понятие очень размыто… Помню нашего командира. Для него не было ничего невозможного. Он мог использовать ту же магию, что и я, Роза, Сережа, Ольга… Все. Просто у него были любимые заклинания, а были не любимые. Я же так не умел… — он сделал глоток. — А по поводу некромантов. В моей магии очень легко стать злодеем. Все же чем больше вокруг тебя смертей, тем ты сильнее. Большинство этим пользовались, постепенно погружаясь все глубже во мрак.

— А вы?

— А я? Хм… а знаешь, я тебе расскажу. Ты человек честный. Мои способности выходят далеко за пределы простого воскрешения мертвых. Про меня даже сказки писали. Может, слышал?

— То есть вы Кощей Бессмертный? Серьезно? — улыбнулся Григор. — Вы думаете, я вам поверю?

— Эх, не любил я эту кличку. Как-то Володя ляпнул, она и прижилась. А наш музыкант уже это раскрутил, — улыбнулся Лермонтов.

— И про иголку в яйце тоже правда? — все же Григор не верил в байки. Может, Лермонтов его разводит? Это, как говорят его дочки, пранк?

— Правда.

— Не верю… Вот хоть убейте, не верю.

Лермонтов многозначительно посмотрел на майора.

— А, ну да… — осекся Григор. — Ну в общем, не верю.

Михаил Юревич укутался в плащ и откинулся на стенку палатки.

Так бы они и просидели молча, если бы к ним не ворвался Кутузов. Весь взъерошенный, с выпученными глазами, но, судя по его довольному лицу, новости он принес хорошие.

— Тут весть пришла с родины. Оказывается, у Кузнецова есть эксперт. Один довольно сильный персонаж, который может нам помочь с вампирским вопросом.

Григор даже подскочил от удивления.

— Отлично! Значит, у нас будет еще один сильный боец!

Лермонтов отнесся к этому скептически. Он посмотрел на Сергея Михайловича, потом перевел взгляд на майора.

— А чего он сам не приехал? Я про Кузнецова. Вроде, парень смышленый.

— У него другое задание. Связанное с хаосом, — пояснил Кутузов. — Так что даже не знаю, кому больше повезло, нам или ему. Судя по информации, все же нам.

Григор не до конца понимал, о чем они говорят. Но знакомую фамилию узнал.

— Погодите. Кузнецов… Который победил в мировой Универсиаде?

Оба мужчины кивнули.

— Но ведь он еще дитя! Не старше моего сына! — воскликнул он. — Что он может сделать?

Кутузов многозначительно посмотрел на Лермонтова, и тот кивнул. Пусть лучше генерал расскажет.

— Друг мой, ты недооцениваешь этого парня. Ты еще не знаешь, но можно сказать, он предотвратил войну с Османами. В одну калитку! — генерал подошел к Лермонтову и взял фляжку.

Сделав пару глотков, он поморщился, занюхал рукавом и вернул напиток обратно.

— Черт, неплохо! Надо Нахимову показать… В общем, Григор, приедет человек от этого парня, а зная его… окружение, скажем так, любого кого он пошлет, будет очень большим подспорьем в решении вашего государственного вопроса.

— Сережа, я, конечно, все понимаю, но как? Я прожил довольно долгую жизнь. Даже Михаил Юрьевич, — он повернулся к нему. — Не в обиду вам, но и он не особо смог помочь, а он некромант! Между прочим!

— Ну… — протянул Лермонтов. — Вообще-то я освободил два города…

Кутузову скоро это надоело. В итоге, он хлопнул по столу рукой.

— Хватит пустых разговоров! Пошли встречать. Машина сопровождения подъезжает. Я еще ни разу не усомнился в решениях этого молодого баро… Ох, все забываю, что он уже князь…

Троица вышла из палатки. Вокруг ходили солдаты, проезжала техника, кто-то нес боеприпасы — военный лагерь жил своей жизнью и готовился к следующей операции по освобождению. Чуть левее от командной палатки высился белоснежный шатер с родовым гербом Чехова. Там сейчас отдыхали его бойцы. После изнурительного дня им необходимо восстановить силы, и они принимали специальные препараты на основе красных кристаллов.

Военная колонна с новоприбывшим заехала на территорию лагеря и остановилась на небольшой площади. Многие уже были в курсе, что приедет специалист из столицы, и хотели посмотреть на него. Еще больше интерес подогревал тот факт, что все подписали соглашения о неразглашении личности гостя.

Постепенно к площади подтянулся весь лагерь. Даже маги Чехова из любопытства высунулись из белого шатра.

Большой бронированный камаз сделал круг