Исповедь Цирцеи (СИ) - Дарья Кожевникова

— По обстоятельствам, — так же тихо ответил Гена. — Выходить на ринг ей нельзя. Против нее сегодня выставили Ракдая. Если его стимульнуть, шансов у нее не будет. Ни одного.

Представив себе красивого и крупного тибетского мастифа, Аглая согласно кивнула. Борис, наверное, специально выбирал для своих экспериментов таких мощных собак, которым в обычных условиях лишь их спокойный нрав не позволял стать убийцами. Но если таких псов разозлить, то у их противников шансов на спасение не останется никаких.

— Если не смогу ничего сделать, то просто собью Афродитку с ног по пути к рингу, — сказал тем временем Гена. — Придется хорошенько ее толкнуть, чтоб неделю потом хромала. Но ничего, зато не сможет выступить и будет жива.

— У тебя из-за этого могут возникнуть проблемы, — Аглае не слишком понравился этот вариант. — Да и не заподозрили бы они чего-нибудь…

— Если ничего другого не останется, придется так.

— Ты же Афродитку покалечить можешь нечаянно. А вдруг Борюся сегодня вовсе и не собирается вмешиваться в бой?

— А ты готова рискнуть и это проверить?

Аглая молча покачала головой.

— Вот и я не готов, — вздохнул Гена. Его окликнули, и он исчез за дверью. А Аглая, застегнув на шее ненавистный «ошейник», стала причесываться. Судя по звукам, доносящимся из зала, ставки на первую участницу, Персефону, уже делались. Потом она вышла на ринг, и Аглая привычно стала прислушиваться, пытаясь представить себе картину боя. Удивительно, но если перед своим первым боем Аглая вообще ничего не замечала вокруг и думала, что у нее сердце выскочит от волнения из груди и на ринге она не сможет сделать ни шагу, то теперь этот риск стал для нее рутиной. Да, было по-прежнему страшно перед каждым боем, но Аглая приучилась машинально сжимать свои нервы в тугой комок, и отключаться от всего, что могло дополнительно взволновать ее в неподходящий момент. Вот и своим напарницам она сопереживала, так сказать, технически: не будучи к ним безразличной, но в то же время и не вкладывая в это слишком много эмоций. После окончания боя привычно выглянула в коридор узнать, все ли благополучно закончилось. Гена увел Персефону (или же просто Светку) в ее каморку. Судя по всему, она серьезно не пострадала, лишь бок был исчерчен широкими багровыми полосами от тупых собачьих когтей. Вернувшись к себе, Аглая стала прислушиваться к тому, как делаются ставки теперь уже на нее. О том, что Цепню она должна будет проиграть, Аглая помнила. Повела плечами, отгоняя притаившийся за спиной холод: ближайшие минуты будут не из приятных.

— Айка… — это Гена снова к ней заглянул.

— Что, уже?

— Фактически да. Но я не за этим, — он шагнул к Аглае и сообщил шепотом: — Я заметил шприц. Высмотрел его у Дениса в кармане.

— Значит, все-таки да, — несмотря на то, что все знала, Аглая была потрясена. Не так-то просто наблюдать за тем, как у тебя на глазах готовятся убить человека.

— Я вот что решил, Айка: я попытаюсь вытащить этот шприц. Вряд ли у них с собой есть второй, так что если того не будет, то колоть им окажется нечего.

— А ты уверен, что он уже не пустой?

— Уверен. Они не станут делать укол заранее, ведь тогда уже в зале будет заметно, что с собакой неладно. Нет, укол должен подействовать только тогда, когда Ракдай выйдет на ринг. Да и не стал бы Денис таскать пустой шприц в кармане.

— Ген… а если тебя на этом поймают?! Что тогда будет?!

— Постараюсь, чтобы не поймали. На зоне ко мне мужики-карманники хорошо относились, ну и научили меня забавы ради некоторым штучкам. Так что самое трудное — это подойти к Денису на близкое расстояние. Если удастся, дальше все станет делом техники.

— Ну, хорошо, — прежде чем идти, Аглая ненадолго задержалась возле Гены. — Только прошу тебя, будь осторожнее.

А потом она привычно отбросила от себя все проблемы, настроившись исключительно на предстоящий бой. Правда, когда в ярком свете увидела с ринга сидящего за столиком Бориса, то и Дениса невольно поискала глазами. Тот сидел не за хозяйским столом, а чуть поодаль и полуобернувшись к залу. И хотя имел возможность видеть бой, но и то, что происходило вокруг, тоже не упускал из вида. Да, поняла Аглая, Гена был прав, когда говорил, что самым трудным будет подойти к недремлющему стражу поближе. Удастся ли это вообще? Но тут совсем близко, у самого заграждения засопел приведенный Цепень, заставив ее окончательно забыть обо всем остальном. Спущенный с поводка пес рванулся к Аглае, как ракета. Она сделала вид, что хочет уйти от него в одну сторону, но, резко развернувшись, ушла в другую. Промахнувшийся пес притормозил, одновременно разворачиваясь. Аглая едва успела повернуться к нему лицом, толком даже не успев завершить поворот, когда он подпрыгнул и повис у нее на плече, демонстрируя коронную хватку своих предков — терьеров. Левую руку резанула боль. А Цепень висел на ней, не собираясь отпускать добычу. Отрывать его было бесполезно. Резко крутануться, надеясь, что сам сорвется, себе дороже и больнее. Оставался один способ: упасть. Прямо на плечо и на вцепившуюся в него собаку. Что Аглая и сделала. Но Цепень тоже был не лыком шит. По предыдущему опыту уже зная, что его ждет, оторвался в самый последний миг, не давая Аглае подмять его под себя. И тут же кинулся опять, едва не вцепившись упавшей Аглае в лицо. Она выбросила перед собой руку. На этот раз пришлось пожертвовать правой — левую, онемевшую от укуса, она не успела вытащить из-под себя. Блок перед лицом. Его Аглая успела спасти. Но рука! Цепень впился в ее правое предплечье и принялся трепать ее с тем же терьерским рвением, и у Аглаи создалось впечатление, что защищающий ее руку кожаный браслет раздирается его зубами, как бумажный. Аглая изогнулась, пытаясь достать собаку ногами. Но то, что удалось бы с псом гораздо крупнее, с этим не вышло. Сделав невероятное усилие, Аглая вскинулась, и непослушной левой рукой подсекла псу передние лапы, упирающиеся в пол. Из-за ее неудобного положения вышло это неудачно, вызвав у Цепня лишь небольшую заминку, после которой он с удвоенным рвением принялся за свое. Аглая повторила маневр, на этот раз вцепившись в одну из его лап мертвой хваткой. Этим она вынудила пса почти лечь, но он тут же начал отползать от нее задом, не разжимая зубов. Аглая поволоклась за ним, как на буксире. Потом, раскинув ноги пошире и согнув их в коленях, все-таки ухитрилась сесть отчаянным рывком. Теперь пес проехал за ней по рингу немного назад. Лапу пришлось выпустить. Но Аглая все равно не забывала: она должна проиграть, так что в конце концов сама бы ее отпустила. Цепень тут же вскочил во весь рост, не отпуская ее руки. Взглянул на нее поверх оскаленных зубов. А потом, наконец-то отцепившись, бросился вперед, норовя все-таки добраться до лица. Но Аглая за миг до этого по собачьему взгляду предугадала, что он сделает. Оттолкнувшись от пола коленями и низко опустив голову, выставляя вперед вместо лица макушку, Аглая тоже бросилась на него, гася собачий прыжок. Они столкнулись, когти Цепня прочертили голову под волосами на затылке, потом полоснули по плечам. Цепень буквально перепрыгнул через Аглаю. Она растянулась на ринге. Подняться она вряд ли успела бы, даже если б обе руки нормально ее слушались. Словно беря реванш за прошлый бой, Цепень накинулся на нее сзади. Аглая резко втянула голову в плечи. Пес не смог ухватить ее за мышцу между плечевым суставом и шеей. Его зубы скользнули по ее лопатке. Следующим заходом он попытался впиться ей в бок, и только резкий перекат живот-бок-живот помог Аглае избежать этой участи. К счастью, арбитр, оценив, что встать ей уже не удастся, наконец-то подал сигнал к окончанию боя. Аглая не поднимала головы, прикрыв ее руками, пока собаку не оттащили прочь. И только когда услышала рядом голос Руслана, начала медленно отрываться от пола. Желая ей помочь, Руслан взял ее под руку, но заставил болезненно охнуть. Тогда, не мудрствуя лукаво, охранник обхватил Аглаю поперек талии и поставил ее, как куклу. Аглая выпрямилась, кинула взгляд на зал. Она так обессилела, что, казалось, уже ничто не могло ее волновать. Но мысль об Афродите, которую на этом самом ринге должны сегодня попросту разорвать, все же пробилась сквозь застилающий Аглаино сознание туман. В зале все было по-прежнему: Борис за столиком, сидящий вполоборота Денис. Гена стоял у стены. Учитывая скромные размеры зала, расстояние было совсем небольшое. Но успел, сумел ли? И тут Аглаю осенило: если нет, то она даст ему шанс! Кирилл, хозяин Пастены, сидел рядом с Борисом за соседним столиком. Собрав воедино остаток своих сил, Аглая сделала шаг к ограждению, ослепительно улыбнулась ему. А потом, сорвав с себя «ошейник», бросила перед Кириллом на столешницу. И даже ухитрилась попасть. Кирилл был приятно удивлен этим знаком внимания, разулыбался Аглае в ответ. Но ошарашенный ее поступком Руслан уже тащил ее с ринга, да у Аглаи осталось единственное страстное желание: уйти, забиться в свою каморку. Сейчас ей даже не верилось, что она умудрилась взмахнуть изжеванной рукой. Но чего хотела, того добилась: на несколько секунд взоры всех, кто находится в зале, устремились на нее и на хозяина Пастены. Аглае оставалось только надеяться, что и Денис смотрел в ту же сторону. И Гена успел.