Крики измерения. Вернувшаяся (СИ) - Табышкина Наталья

— Машину чинить, дрова колоть, гвозди забивать и еще куча чего, — ответила одна из девушек и вульгарно щелкнула жвачкой.

— Значит топором работать умеешь, учить не надо тебя, — сказала и начала старательно записывать, — к головастикам отправлю тебя, думаю, что пригодишься, — сказала Анжела.

— К кому ты меня отправишь? — Возмутилась девушка.

— Это работники, которые отрубают головы провинившимся, — растолковала королева, — выполняют приказы только по письменному указу, — более подробней рассказала королева.

— Прикольно, — фыркнула и вульгарно стала живать жвачку.

— Остальные стражниками будут, — сказала и закрыла папку с какими-то записями.

— Но хоть кто-то дает нам почувствовать парнем, — ехидно сказала какая-то из девушек.

— Все кто сейчас здесь, не когда не сможет увидеть родных и близких, все вы останетесь в этом измерении до последнего своего дня жизни, — сказала безразлично Анжела, — так же, для того, чтоб доказать мне свою преданность мне, у вас удалят матку, чтоб смогли почувствовать полноценным стражником, — закончила свою речь.

— В смысле удалят матку? — Хором спросили несколько девушек.

— Все стражники у нас кастрированы, — обманула Анжела, — по закону измерения, стражников обязаны кастрировать, либо их утилизирую как жалкий мусор.

— Если надо, девоньки, то значит сделаем, мы не гордые, — сказала девушка.

В кабинете поднялся довольный гул. Все соглашались и перебивали друг друга. Ощущение сразу стало, будто находишься на базаре.

— Тихо, — крикнула и ударила ладонью по столу.

Голос девушки смог перебить громкую, неразборчивую речь обрадовавшихся не пойми чему девушек и все с удивлением уставились на Анжелу.

— Теперь все идите по своим рабочим местам, — приказала королева.

— Ой, смотрите, прикольный паренек на лежанке лежит, — похихикала одна из девушек.

— Ему не положено иметь семью, — фыркнула Анжела.

Девушки обиженно глянули на Анжелу, но спорить не решились и вышли из кабинета.

— Вот почему, у нас нет девушек в стражниках, — ехидно сказал король.

— Если сделать нужные действия, то они глотки перегрызут друг другу, — задумчиво сказала Анжела, — их надо только настроить на нужную волну, — пробормотала и села за стол.

— Пожалуй пойду, не буду мешать тебе думать, — засмущался и пошел по своим королевским делам отец.

Анжела вспоминала ночь, она была просто божественная, от еще подобной встречи с ним, было бы страшным грехом отказаться.

— Как прошла встреча? — Поинтересовался ворон, без надежды на ответ.

— Просто прекрасна была встреча, — улыбнулась и задумчиво вышла из-за стола, — он меня угостил чаем, а потом, — романтически вздохнула девушка, зажмурила глаза и оперлась спиной на стол, — он снял мантию, рубашку, подошел ко мне и начал целовать, а я, — возбужденно вздохнула прикусывая нижнюю губу, — расстегнула штаны, приспустила их, он представляешь, был без трусов и я увидела его…, - не договорила и игриво хихикнув прикусила губу.

— Я понял, что увидели, — обижено буркнул мужчина.

Он смотрел с обидой и небольшой ревностью на Анжелу и узнавал в ней множество черт лица, которые были у его мертвой дочки. Из-за воспоминаний, не очень приятного характера, на душе стало гадко и противно. Тишина стала уже не такой спокойной, скорее угнетающей.

— Ты очень похожа на мою дочь, — дрожащим голосом сказал ворон, — ваше величество, ваши черта лица, даже привычка морщить нос, когда о чем-то задумываетесь, — виновато сказал и начал глядеть в пол.

— Я её двойник и не более, в каждом человеке, есть капелька другого, — попыталась разрядить атмосферу.

Анжела не верила не одному слову, что только что сама сказала.

— Знаешь, ты хоть и мой питомец, но я тебе доверяю, — заминаясь сказала девушка.

— У меня такое же чувство, — признался он, — знаешь, я бы не советовал тебе встречаться с этим королем, — волнующе произнес ворон.

— Я не знаю, я запуталась, — за психовала девушка.

Анжела ушла к себе в спалю, оставив ворона в пустой комнате со своими мыслями.

В голове бедной девушки творился кошмар. Она чувствовала ненависть и любовь к одному и тому же человеку, ей нельзя в него влюбляться и кому-то говорить об этом тоже было нельзя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

По приходу в спальню, Анжела легла на кровать, из её глаз хлынули ручьи слез от бессилия и душевной боли.

Что все же с ней происходит… Запрещенная любовь, или что-то намного больше и коварней этого.

Девушка заснула плача в подушку. Но даже во сне, её не чего хорошего не ждало. Ночной кошмар… Длинный и такой реалистичный, что страшно открывать глаза, ведь когда ты это сделаешь, на подсознательном уровне сможешь притащить с собой пару десяток лишних проблем.

Девушка шагала по полу из игральных карт… Множество огромных карт окружали её повсюду, было ощущение карточного домика, такого хрупкого, который может сломаться в любой миг, только сделав одно

не правильное действие и все рухнет к чертям собачьим и придавит юную королеву, своим огромным весом. В моменты когда ставишь такую карту, сердце замирает, а дышать становится так страшно, что не дышать еще страшнее.

— Либо я такая маленькая, либо карты игровые такие огромные, — прошептала девушка с надеждой, что после ее слов появится дедушка и поговорит с ней.

Анжела прислушивалась к каждому шороху, но не чего не было слышно. Была такая тишина, что биение собственного сердца можно услышать и даже как ты дышишь.

— Что за фигня, — ругнулась девушка, но снова не чего не произошло.

Анжела пошла и стала рассматривать каждую игральную карту. На верху пиковая дама, что и придавала устойчивостью всей конструкции, а с левой стороны король червивый, что отделяет ее от неизведанности и таинственности.

Поднимаясь все выше и выше по ступеням сделанные из гигантских игральных карт, девушка боялась дышать полной грудью. Страх того, что если она будет так дышать, то карты пошатнутся и придавят девушку был велик, поэтому она шла как можно аккуратней.

Рассчитывая в голове множество вариантов как поставить лучше ногу, чтоб наверняка не чего не упало и не пошатнулось, она не заметила движение рук, а точнее про пальцы рук, которые задели карту, что держала все остальные.

Карты стали падать одна за другой. Девушка пыталась увернуться, но вскоре она какой раз, попала в ту самую ловушку, куда она попадала не один раз в этом сне.

Карты загнали в ловушку, она оказалась прижатой тремя огромными и тяжелыми картами.

Где-то наверху она услышала тот самый звук щелка от зажигалки и огонь снова быстро распространился.

Девушка оказалась в ловушке под картами и в огненном шаре, из которого нет шанса вылезти и спасти свою драгоценную шкуру.

— Сейчас все заново повторится, — вздохнула девушка и приготовилась к самому страшному.

Адская и нестерпимая боль в ногах… Душераздирающий крик Анжелы… Пылающие ноги в огне…Запах жаренного мяса и чей-то дьявольский смех.

Девушка соскочила с кровати. Пот стекал со лба большими каплями. Сердце стучало как колеса поезда. На глазах наворачивались слезы из-за паники и страха смерти.

— Ваше величество, — испуганно позвал Анжелу ворон.

— Все нормально, — запыхавшись сказала девушка.

Анжела сидела и все не как не могла оправиться от ночного кошмара, её сердце продолжало все так же стучать, а по щекам текли слезы.

В дверь постучались и вошел доносчик, его уставший взгляд бросался в первую очередь, а проплешина на затылке хоть и стала немного больше, но она не была такой интересной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ваше величество, у нас нарушительница есть, что с ней делать? — Поинтересовался доносчик.

— А, что за нарушительница? — Сразу же заинтересовалась Анжела.

— Стражница новенькая, — вздрогнул доносчик, — она нарушила правило сто двадцать три, главы семьдесят — причинение вреда товарищу по должности, — отчитался мужчина.