И снятся звезды лошадям - Екатерина Александровна Неволина

Когда я вернулась в комнату, подруги обняли меня, и мы долго так и стояли втроем. Просто обнимались и молчали.

Этой ночью, когда Яна и Лера давным-давно спали, я лежала без сна, и стоило мне только закрыть глаза, как видела Дакара. Он то доверчиво поворачивал ко мне голову с большими влажно поблескивающими глазами, то скакал куда-то прочь. Я вспоминала о том, как сердилась на него, как почти ненавидела его, и живот скручивало тугим узлом. В эту ночь я поклялась себе, что больше никогда не причиню лошади боль. Никогда, что бы ни случилось.

Кажется, я только-только закрыла глаза, когда вдруг наступило утро, запищали будильники в телефонах, сонно заворочалась Яна, пытаясь натянуть на голову одеяло, а Лера, самая дисциплинированная из нас, спешила в ванную, чтобы побыстрее умыться и не задерживать остальных. Уже в эту минуту, едва открыв глаза, я знала, как должна поступить.

Первым делом, еще до зарядки, я заглянула в конюшню, чтобы узнать, как дела. Конюх сказал, что за ночь ничего не изменилось, но я приготовилась терпеливо ждать.

– Сегодня состоится жребьевка в команды для финального квеста, – сообщили нам после разминки, и я сразу отправилась к старшему вожатому.

У его кабинета мне стало немного не по себе, как было у дверей завуча, когда меня призвали к ответу за драку в школе. Сейчас я чувствовала гораздо большую вину, но странно, и решительности оказалось больше. Я постучала и, уже не колеблясь, вошла в светлое помещение.

– Проходи, садись, – приветствовал меня старший вожатый Андрей, показывая на стул. – Рассказывай, с чем пришла.

Я села, глубоко вздохнула и быстро проговорила то, над чем думала всю ночь:

– Я не готова пока участвовать в финальном соревновании. Но я хотела бы помогать в конюшне. Просто так, не ради того, чтобы ездить.

– Ты Маргарита Смирнова, которая ехала на Дакаре, – проговорил он словно бы для себя. Я кивнула. – Ты молодец, что переживаешь, но не стоит сразу сдаваться. Это…

– Я не сдаюсь, – перебила я его, ощущая странную смелость. – Просто мне пока рано садиться в седло. Я бы хотела сначала помочь Дакару и… другим лошадям. И научиться лучше их понимать.

– Я понимаю, ты испугалась… – Андрей опустился на краешек стола возле меня так, словно мы просто болтали. – Но нельзя поддаваться страху… Или… – Он внимательно посмотрел на меня. – Или это не страх?

– Это не страх. – Я кивнула. – Это серьезное решение. Взвешенное. – Я постаралась говорить так, как говорит со своими коллегами мой папа – твердо и бескомпромиссно, по-взрослому.

Андрей немного помолчал, глядя в пол, потом вновь поднял на меня взгляд:

– Хорошо, я вижу, что это действительно твое серьезное и твердое решение, поэтому не стану спорить. Если передумаешь, приходи. В любое время. И знай, что никогда не поздно будет присоединиться к ребятам.

– Спасибо! – Я с облегчением выдохнула. На сердце стало немного легче. Я действительно была уверена, что поступаю так, как нужно. Права Настя: я слишком тороплюсь, а иногда нужно просто остановиться и немного подумать. Права мама: за свои поступки нужно отвечать.

Вернувшись к себе, я увидела сообщение от Николь.

НИКОЛЬ: Ты куда пропала? И как моя подписка?

Подписка?.. Я даже не сразу вспомнила, что это она про Дениса Воронкова. Странно, но теперь я не чувствовала к нему вообще ничего. Разве только стыд и желание все исправить. И я быстро набрала ответ.

РИТА: Ты о Денисе? Можешь отписаться – больше новостей про него не будет. У него вообще есть девушка.

НИКОЛЬ:  Ничего себе!!! Кто это? Он вообще дурак, что ли, что не видит…

РИТА: Он вовсе не дурак. И я за него рада. Честное слово.

НИКОЛЬ: Там нашелся другой красавчик?  Ну признавайся!

Тут я не выдержала и отправила ей фото Дакара. Лучше на этот вопрос и ответить было нельзя. А потом положила телефон подальше в тумбочку и поспешила на конюшню.

* * *

Дни шли за днями. Дакару постепенно становилось лучше, однако процесс восстановления был долгим, и я уже знала, что смена закончится раньше, чем конь выздоровеет полностью. Почти все время я проводила на конюшне. Общаться с Денисом теперь стало легче, может быть, потому, что я больше не хотела обратить на себя его внимание, но еще крепче, чем с ним, я сдружилась с конюхом Михаилом Семеновичем. Он был уже очень пожилым и не очень общительным, но постепенно мы разговорились. Он много рассказывал о привычках лошадей, о том, как ухаживать за ними, учил меня заботиться о Дакаре.

– Лошади – они как люди, только лучше. Посмотри на них, они словно дети – искренние, иногда ведут себя отвратительно, обижаются, упрямятся, ленятся, но никогда не причинят зло умышленно, – рассказывал он, не прекращая работу. – Это люди бывают к ним жестоки. Я пять лет в лошадином приюте работал, чего только не повидал.

– Как это – «в лошадином приюте»? – переспросила я.

– Есть такие, хотя и немного. – Михаил Семенович поставил ведро на скамью и отер руки о штаны. – Туда больные и старые лошади попадают, о которых уже заботиться некому… Но не забивай голову, – он махнул рукой, – не твое это дело.

Не мое? Разве?..

А жизнь в лагере шла своим чередом. Лера и Яна в это время активно готовились к итоговому квесту, они, к счастью, попали в одну группу и все уговаривали меня присоединиться, но я не хотела менять решение.

– И все же тебе нужно сесть на лошадь, – сказала однажды Настя, встретив меня после зарядки. – Не хочешь участвовать в соревнованиях – не надо, но просто побудь в седле. Приходи сегодня в пять, я с тобой немного поезжу.

И я не смогла отказаться. Она привела Лерину лошадь Шушу. Идеальную и совсем не такую упрямую, как Дакар, и все же мне недоставало именно его.

– Ты очень повзрослела, и я вижу, что ездить верхом ты будешь, – заметила Настя после поездки.

Услышь я такое раньше, наверное, сошла бы с ума от счастья, а теперь только поблагодарила ее и повела Шушу в конюшню. Шуша прекрасная лошадь, но она не Дакар.

Когда Дакару стало полегче, конюх доверил мне выгуливать его по двору, чтобы конь разминал ноги. Это было то немногое, что я могла для него сделать.

А потом наступили итоговые соревнования, и я очень радовалась за моих подруг, которые отлично держались и оказались в выигравшей команде, в том числе благодаря своим заслугам – справились, не подвели.