Снэк - Эмми Бертон

Мысль о том, чтобы взять его прямо здесь, на лестничной площадке, является очень даже привлекательной. Я снова подхожу к нему.

— Все в порядке, — многозначительно говорю я.

— Нет, нет, нет! Нет, это не так! Мы не будем целоваться на лестничной площадке или в твоей спальне. У меня на тебя еще кое-какие планы. Мне нужно многое наверстать. Возьми пальто и дай мне ключи от машины.

Он действительно берет на себя ответственность сегодня вечером.

— Такой властный. Мне нравится!

Мое пальто уже было перекинуто через перила, поэтому я хватаю его, надеваю, роюсь в кармане и протягиваю ему ключи от «Эль Камино».

Когда он отворачивается, я не могу удержаться, тянусь вперед и хватаю его за задницу.

Через плечо Снэк говорит:

— Вот это хватка. Мне это нравится! — Затем он наклоняется и добавляет: — Мне также нравится твой наряд!

На мне узкие джинсы, заправленные в высокие черные ботинки на высоких каблуках, и черная кашемировая туника с глубоким V-образным вырезом. Тот факт, что ему нравится мой наряд и я ему понравилась, заставляет меня улыбнуться.

Снэк тянется ко мне и берет меня за руку. Он подносит ее к губам и целует каждый из моих пальцев. Затем, все еще склонив голову, он поднимает прикрытые веки.

— Готова?

Я могла бы легко сказать: «Больше, чем ты думаешь», учитывая трепет в моей груди и растущую потребность в моем сердце, но не делаю этого. Я просто тихо шепчу в ответ:

— О, да.

Снэк улыбается и тянет меня вниз по лестнице к двери.

— Тогда поехали!

***

Мы едем на север по шоссе около двадцати минут. Я неоднократно спрашиваю его, куда мы направляемся, на что он всегда отвечает: «Увидишь». В перерывах между расспросами я слушаю радио и играю в гляделки со Снэком.

— Я прочитал кое-что из твоих записей в Интернете. Я так рад, что ты занялась любимым делом. Ты всегда отлично справлялась со школьной газетой, Минни.

— Кажется, я стала Джин Моос из повествовательной журналистики инди-хипстеров. — Мне очень повезло, что я работала в ряде прогрессивных газет и журналов, освещающих всевозможные новости и события. — Моя любимая вещь, которую я пишу, — маленькая непонятная история, которая трогает твое сердце. Крошечные сказки, которые эпично заканчиваются и содержат в себе некую тайну. — Я не говорю ему, но думаю, что наша история именно такова.

Снэк планирует остаться в Даунерс-Гроув навсегда. Он оставил свою работу инженера-механика в крупной автомобильной компании в Дублине, штат Огайо, с достаточными сбережениями, чтобы потратить несколько месяцев на то, чтобы дети приспособились и устроились. Он говорит, что не уверен, где будет работать дальше, но его активно зовет чикагская автомобильная консалтинговая фирма. Очевидно, он был главным инженером по большей части внутренней работы некоторых из самых популярных автомобилей, продаваемых в Америке. Я была так далека от Снэка, что понятия не имела, насколько успешным он стал.

Когда звучит песня «Fall For You» группы Secondhand Serenade, первая строчка останавливает нашу болтовню. Певец поет о той ночи, когда он снова влюбился в свою девушку. Это чувство так знакомо, что я чувствую, как краснею. Снэк делает радио погромче. Затем берет меня за руку и проводит большим пальцем по моей ладони. Каждое его прикосновение заставляет меня пожалеть, что я не подняла этот вопрос в доме моего отца и не настояла, чтобы он занялся со мной любовью. Мои мысли совсем не об ужине.

Мы въезжаем на стоянку очень оживленного пригородного торгового центра. С каждым мгновением я все больше запутываюсь. Это не может быть правильно. Я собираюсь выдать ему кучу язвительных поддразниваний, когда он останавливается у знака парковки служащего. Не то, что я ожидала увидеть в торговом центре, рекламирующем кафе «Леголенд» и «Тропический лес».

— Добро пожаловать в паб Гинза, — говорит тощий камердинер-подросток, открывая мою дверь. Когда я смотрю ему за спину, то вижу небольшой ресторан с таким названием. Снэк обходит машину, чтобы присоединиться ко мне. Я слышу, как камердинер с энтузиазмом говорит:

— Эта машина такая классная, — садится в «Эль Камино» и уезжает.

Снэк ведет меня в паб Гинза, направляя меня, положив руку на поясницу. Даже через пальто и тунику, он все еще заставляет меня немного дрожать.

Паб Гинза маленький и темный, в нем около десяти столиков разной высоты. Декор и атмосфера представляют собой сочетание высококлассной ночной жизни Токио и паба Изакая (прим. — обычные места для выпивки после работы, похожие на британский паб или ирландский паб, испанские тапас-бары и американские салуны, и таверны). Что-то вроде стильного паба в центре города, где можно поужинать в непринужденной обстановке. Повсюду неоновые рекламные вывески японского пива, большие плакаты с более традиционными гейшами и сценами боев самураев вперемешку с современными плакатами концертов на серых стенах. Слабое освещение делает его интимным, в то время как домашняя музыка наполняет пространство энергией. Мне сразу же начинает здесь нравиться.

— Неожиданное место в торговом центре, — громко шепчу Снэку, как только мы складываем наши пальто и садимся. Я могу либо придвинуться к нему поближе и прошептать ему на ухо, либо крикнуть через стол. Первый вариант гораздо более привлекателен, и у меня есть ощущение, что я планировала сделать это именно так.

— Да, я нашел его случайно, когда вернулся. Дети не любят суши, и мне нужно было на несколько часов отвлечься от роли папочки. Не пойми меня неправильно. Я люблю своих детей — больше всего на свете. — Я улыбаюсь ему. Я рада, что он так сильно любит своих детей.

Снэк прочищает горло и кладет руку на спинку моего стула.

— Больше, чем что-либо — пока. — Я поворачиваюсь к нему так, чтобы наши лица были в нескольких дюймах друг от друга. Его зрачки расширены, а радужная оболочка — цвета глубокой ночи, какой я раньше не видела. — В любом случае, — продолжает он, — я пришел сюда по рекомендации, чтобы поесть суши и выпить пива. Все время, пока был здесь, я продолжал думать, как здорово было бы поделиться этим местом с кем-нибудь. Я надеялся, что ты оценишь, когда согласилась пойти со мной на свидание сегодня вечером.

— Мы еще даже не поели, а мне уже нравится.

— Просто подожди, пока принесут еду. Возможно, ты не захочешь уходить.

Я протягиваю руку и глажу бороду Снэка и провожу большим пальцем по его нижней губе, губе, которую я хотела бы поцеловать прямо сейчас.

— Я в этом очень сомневаюсь.

Снэк ерзает на стуле. Надеюсь, я влияю на