Джек-пот для Золушки - Дмитрий Ребров

— Усачева ко мне.

Левчик вошел в просторный кабинет и, сделав несколько шагов, остановился. Босс, совершенно лысый, невысокий, но крепко сбитый мужчина лет пятидесяти, сидел за столом, уткнувшись в какие-то бумаги, и не обращал на него ни малейшего внимания. Левчик, повесив голову, молча ждал.

Послышался звук отодвигаемого кресла, он поднял глаза — мрачный хозяин кабинета шел ему навстречу.

— Ну, здравствуй, Леван — он остановился в шаге от Левчика, не подав ему руки.

— Здравствуйте, Борис Борисыч, — напрягся тот.

— Ты что ж, гнида, вытворяешь? — с тихой яростью спросил босс. — Кто тебе, фраеру трехкопеечному, позволял имя мое трепать? Или ты первый год замужем — не знаешь, что за такие дешевые понты бывает? Ты что, охренел совсем? Где башка-то твоя была, Леван? Чего молчишь? Отвечай, паскуда! — взревел босс.

— Виноват, Борис Борисыч, — вздохнул Левчик.

— Виноват! — раздраженно передразнил его босс. — Что ты тут салагу-первогодка из себя корчишь? Я тебе не замполит и нарядом вне очереди ты, сука, у меня не отделаешься! Ты пойми, Леван, я тебя за надежного человека держал, дела важные доверял, а ты мне такую подлянку подбросил! Что мне с тобой теперь делать, а? За каким хреном вообще тебя туда понесло? Ну?

— Борис Борисыч, я… — Он совершенно не представлял себе, — как рассказать боссу о Наташе.

— Что ты мнешься, как целка, сумел нашкодить, умей и ответ держать, падаль!!

В маленьких глазках босса было столько злости и дикой, звериной ярости, что Левчику вдруг сделалось по-настоящему страшно, его бросило в пот и он, торопясь и сбиваясь, стал рассказывать боссу обо всем.

О школьной дружбе с нескладной и тихой девочкой, о ее трагичной судьбе, о неожиданной встрече месяц назад, о смерти ее бабушки, виновником которой стал именно он, о непреходящем чувстве тяжкой вины и стремлении ее искупить… Все, как на духу, — искренне и откровенно. Промолчал лишь о своих чувствах к ней, наоборот, напирал на то, что Наташа — его старый и верный друг, друг — и только. Он боялся, что босс оборвет его, поднимет на смех или обложит трехэтажно, но тот слушал его внимательно и абсолютно серьезно. Наконец, Левчик добрался до ее вчерашнего испуганного звонка из казино.

— Сам не знаю, Борис Борисыч, что на меня нашло! Вот, думаю, шанс Натахе реально помочь, а этот прыщ начал права качать, на понт меня брать! Чувствую — не могу я больше терпеть, или завалю его прямо сейчас, как борова, или… Ну вот и не сдержался — само с языка сорвалось… Знаю, что виноват, но не хотел я, падлой буду, Борис Борисыч, — не хотел…

— Н-да, история… — задумчиво протянул босс, злость его погасла, казалось, он даже сочувствовал Левчику. — Ну и что делать будем, Леван?

— Не знаю, Борис Борисыч, — потупился он, — воля ваша, наказывайте…

— На сколько твоя баба их нагрела?

— Не баба она, — упрямо и хмуро насупил брови Левчик. — Я ж говорил, друг она мне. Ну скажите — разве не может быть женщина настоящим, надежным корешем?

Босс неопределенно двинул плечом и повторил свой вопрос:

— Так на сколько?

— Не считал, но думаю — штук на сорок-пятьдесят…

— Не слабо… И как же ей это удалось?

— Тут хренотень какая-то… Говорит, что приснилась ей бабка-покойница — та самая — и назвала три числа, на которых она в рулетку выиграет…

Босс рассмеялся.

— А у твоей подруги фамилия, часом, не Германн?

— Цыбина, а что?

— Да так… Странно все это… — босс задумался.

— Борис Борисыч, может вернуть им бабки? У меня есть… — осторожно предложил Левчик.

— Да у тебя что, крыша совсем съехала?! — опять гневно сверкнул глазами босс. — Слово не воробей — слышал такое, ты, Гондурас британский?! Теперь я должен за твой гнилой базар ответ держать — или сдать им тебя, олуха, с потрохами, или уж стоять на своем до конца. Я, Леван, не шелупонь какая-нибудь, мне свою репутацию беречь надо! Левчик тягостно и шумно вздохнул.

— Ладно, не дрейфь, что-нибудь придумаем! — усмехнулся босс. — Я с хозяином этого казино львов в Африке прошлым летом бил, думаю, договоримся. Он, кстати, божился, что в его заведениях все без туфты: раз выиграл — получи! Так что, выходит, зря ты, парень, перед своей девкой Терминатора корчил!

— Она не девка… — снова набычился было Левчик.

— Ладно-ладно! Не девка — друг, друг… Надо же — слова ему не скажи! Детский сад какой-то! Господи, с кем приходится работать! — шутливо воскликнул он. — Все, надоел ты мне! Ступай с глаз моих, раздолбай!

Левчик, кивнув, двинулся к выходу. Он был доволен — похоже, гроза миновала, самое страшное было уже позади.

— Подожди-ка, Леван… — раздалось вдруг сзади. — Чуть не забыл. Позвони Греку, там у него какие-то заморочки — помочь ему надо, понял?

— Понял, Борис Борисыч!

— Ну все, иди!

Как только за Левчиком закрылась дверь; хозяин кабинета снял телефонную трубку.

— Грек? Вот что, с тобой свяжется Леван — придумай ему дело какое-нибудь, желательно сегодня же. Что-то он меня беспокоит, какое-то настроение у него… лирическое. Надо бы в деле его проверить… Нет, без мокрухи, но — посерьезней, чтоб понять можно было — как он. Да, и обязательно сам, лично за ним проследи, понял? Все, вечером доложишь!

Сразу после этого разговора Грек сделал несколько звонков — задание босса требовало подготовки. Когда он обо всем договорился и узнал, что хотел, он сам набрал номер Левчика.

— Здорово, Леван! Тебе босс говорил, что мне помощь твоя нужна?

— Говорил. Ну и что у тебя за проблемы?

— Да разве это проблемы? Так, мелочь! Я бы сам справился, да ребятки мои все в разъездах. Все дела, дела… А ты, я слышал, скучаешь, дурью маешься…

— Ладно, короче! — оборвал его Левчик. — Что за дело?

— Понимаешь, завелись у меня здесь какие-то отморозки недоделанные. Житья от них нет — хороших людей обижают, ларьки подламывают, по хатам шарятся… Жалуются мне на них. Послал я к ним человечка — урезонить по-хорошему, так они, засранцы, лицо ему умыли! Мне тут шепнули, где они по вечерам кучкуются. Надо бы подъехать, объяснить детишкам, что к чему…

— Сколько их?

— То ли четверо, то ли пятеро… Малолетки, лет по шестнадцать-семнадцать.

— Стволы есть?

— Ну что ты, только ножички перочинные! Я ж говорю — дети… Можно было бы, конечно, и забить на них, да уж больно борзеть начали, щенки! Ты бы, Леван, заехал за мной часикам к шести, мы бы смотались туда быстренько… Там дел-то — на десять минут!

— Ладно, договорились.

— Ну вот и хорошо! Значит, в шесть жду.

Левчик взял с собой троих, Грек был четвертым. На двух джипах они подъехали к старым железным гаражам, где, по сведениям Грека, собиралась обычно эта шпана.