Любера. От дворовых банд до криминальных бригад - Валерий Михайлович Карышев

что-то чертить. – Вот мы с тобой, два лидера. Только мы имеем право делить общий доход команды. Все остальные будут работать по найму.

– Что значит по найму?

– На зарплате сидеть. Им гарантирована ежемесячная заработная плата.

– И какая же?

– Я тебе позже скажу. Это зависит от доходов. Плюс премии за участие в каких-нибудь акциях, плюс больничные…

– Что еще за больничные?

– Мало ли: у кого травма, кого в КПЗ менты возьмут, на адвоката…

– Короче, опять общак получается? – уточнил Валентин.

– А куда без него денешься! Вот такая ситуация получается.

– И как ты все это себе представляешь?

– Сейчас в Москве много кооператоров. Они все тусуются на Рижском рынке. Слышал про такое место?

– Да, что-то про него недавно писали.

– Вот мы с тобой создаем бригаду, наедем на кооператоров, предлагая свои услуги. Все будет построено на психологии запугивания.

– Кто же нас испугается? – удивился Валентин.

– А вот тут мы, братишка, должны этого добиться. Это наша профессия. А потом, может, кого на охрану возьмем, будем получать свои проценты. Тут вот в чем вся штука заключается: сначала нужно немного поработать, а потом каждый день будем ездить и долю снимать то с одного кооператора, то с другого. Я даже придумал, как сделать свою карту.

– Какую карту? – спросил Валентин.

– Карту всех своих торговых точек. А когда мы кое-какие деньги заработаем, тогда сможем сами их крутить.

– Да, Макс, не зря ты в Плешке учишься! Ты на каком факультете, я все время забываю?

– Как на каком? Общественного питания.

– Тебе, по-моему, нужно на другой переходить.

– На какой же? – удивился Макс.

– На криминальный факультет.

Оба засмеялись.

Именно с того вечера группировка, которую должны были возглавлять Макс с Валентином, и взяла свое начало. Уже на следующий день друзья пригласили на квартиру Валентина всех ребят, которые раньше входили в их молодежную группировку. Здесь Макс и Валентин стали убеждать всех в необходимости создания группировки. Макс даже стал всех уверять, что есть готовые коммерсанты, которые сами просят, чтоб их охраняли.

– А зачем им это нужно? – поинтересовался невысокий щупленький паренек по кличке Колобок.

– Как зачем нужно? Неужели ты не понимаешь простую схему? Любой коммерсант понимает, что рано или поздно к нему придут рэкетиры и будут его трясти, причем трясти по жесткому варианту. Понимаешь, Колобок?

– Понимаю. А мы тут при чем?

– Мы – вроде бы хорошие, крыша. Мы его защищать будем. Ему лучше с нами дело иметь, чем с плохими бригадами. Согласен?

Колобок как-то неуверенно пожал плечами.

– В принципе согласен.

Тут Валентин взял инициативу в свои руки.

– Братва, вы ничего не понимаете! У нас есть самое главное – наша прежняя слава, плюс опыт, смелость, отвага! Ведь то, что мы раньше, когда крутились в нашей качалке, проворачивали дела, никого не боялись – все сейчас нам пригодится. Но мы уже стали поумнее, просто так идти на дело ради идеи нет смысла. Если уж идти на разборку, то только за деньги. Согласны со мной?

Ребята закивали головами.

– Конечно, согласны!

– Или кто-то хочет просто так помахаться?

– Времена те уже прошли, – сказал кто-то из ребят.

– Ну вот! Ежемесячно каждый будет получать заработную плату, – снова вступил в разговор Макс. – Кроме этого, будем создавать общак. Каждый будет иметь право брать из него деньги. Естественно, с согласия других товарищей.

– А кто старший у нас будет?

– Старший? А как вы думаете?

– Наверное, вы с Валентином, – сказал тот же Колобок.

– Правильно понимаешь. Но мы не просто старшие, мы ваши отцы.

– Папы, что-то типа крестного, – сказал один паренек, намекая на фильм «Крестный отец» о жизни итальянской мафии в Америке.

– Да, что-то типа того. Если что случится с кем, то все проблемы ложатся на нас. Это не означает, что мы с Максом не будем ходить на дело. Мы будем ходить, иногда. А всю остальную подстраховку – если кого пуля заденет, то больницу организуем, если менты кого примут, адвокатов нанимать будем – одним словом, будем осуществлять прикрытие.

– Таким образом, получается, что вы будете нашей крышей? – спросил Колобок.

– Можно понимать и так.

– Ну что, братва, – Колобок неожиданно встал и расправил свои узкие плечи, – даем согласие?

– А чего ж тут не соглашаться? Макса с Сушком я лет десять знаю, – сказал один из ребят.

– А я и того больше, – добавил второй. – Ребята они надежные, положиться на них можно. Я лично – за.

– И я тоже… И я, – раздались голоса.

На следующий день Макс с Валентином обработали еще нескольких ребят. Через несколько дней костяк группировки составлял примерно двенадцать пацанов, включая Макса и Валентина. С этим коллективом уже можно было ехать на первое дело.

Пожалуй, символом московских кооператоров в середине восьмидесятых годов был знаменитый Рижский рынок, расположенный в середине проспекта Мира, возле метро «Рижская».

По субботам и воскресеньям на это когда-то совершенно пустое место устремлялись массы народу. Это были и кооператоры, которые торговали своими изделиями, и покупатели кооперативных товаров, и просто зеваки. Рынок представлял собой площадь с огромным количеством народу. Пройти между торговыми рядами было очень трудно. Все толкались, протискиваясь в толпе.

В тот день, когда ребята впервые приехали на Рижский рынок, Валентин сразу ощутил какое-то необычное чувство, граничащее с чувством страха – а вдруг их сейчас повяжут? Уж больно часто в последнее время газеты стали печатать репортажи из зала суда о рэкетирах, вымогателях и прочих. Но Валентин понимал, что береженого бог бережет, и вымогать тоже надо умеючи, намекать.

Приехали с бригадой из восьми человек на двух такси. Ребята вышли из машин и, расплатившись с таксистами, уже хотели идти на рынок, как Валентина кто-то окликнул. Валентин посмотрел в ту сторону. На противоположной стороне из новых вишневых «девяток» вылезали крепкие ребята в спортивных куртках. Один из них улыбался.

– Валек, привет! Ты не узнаешь меня?

Валентин смотрел на говорившего. Макс подошел к нему и тихо спросил:

– Кто это?

– Эдик, ты, что ли? – сказал Валентин.

– Я, конечно, – улыбнулся парень.

– Это Эдик, – сказал Валентин Максу, – мой сокурсник, тот самый, который звал меня в бригаду.

Эдик уже шел по направлению к Валентину. Они обнялись, как будто виделись не два дня назад, сидя рядом на лекции, а лет десять.

– Какими судьбами тут? – спросил Эдик.

– По делам приехал. Знакомься, мой друг Макс.

Макс протянул руку.

– Эдик из Долгопрудного, – представился Эдик.

– Так, значит, вы долгопрудненские?

– А вы кто? – улыбнулся Эдик.

– Мы – люберецкие, – ответил Макс.

– О, серьезное название! – сказал Эдик. – Ну что, работать будете?

– Конечно, – сказал Валентин.

– Братишка,