Маленький человек - Андрей Сергеевич Манохин

уходило, как вниз, так и наверх. И конца ему не было. А вот справа коридор с комнатами так и шёл, насколько позволяло видеть зрение. Взгляд на всё это заставлял идти по всему телу мурашкам. Становилось очень страшно. Грета снова посмотрела на мальчика, который так и не отрывал от неё взгляда. Теперь и это пугало.

— Ты…ты…меня слышишь? Мне…страшно. Скажи, хоть что…

Она начала тяжело дышать. Паника охватывала Грету всё сильнее. Тут, неожиданно, мальчик просто резко отвернулся и завалился на свой матрац. Больше она его лица не видела.

— Эй, поговори…

В эту секунду глаза девочки расширились. Её память полностью восстановилась. Слёзы сами собой начали капать на пол. Она не могла остановить собственную истерику, которая резко захватила её. Опустившись на колени, Грета стала безостановочно рыдать.

— Папа…папа…

Перед её глазами пробежала вся последняя сцена в доме, когда туда вошёл парень. Разговор его с отцом, крики и выстрелы. А потом Томас упал. Последнее, что Грета помнила, так это собственный крик и уже мёртвое тело отца. Все остальные воспоминания были как в тумане. Но ей это было неважно. Она вспомнила, что её отца убили.

— Папа…

Обняв сама себя руками, она рыдала, не в силах остановиться. Потом начала кричать, чтобы выпустили её к отцу. Истерика девочки не прекращалась. Ей ещё никогда не было так больно. Особенно сердцу, которое хотело выпрыгнуть наружу. Девочка не верила в происходящее и плакала. Ей всё казалось страшным сном. Но никто не приходил на помощь. Даже мальчик в соседней комнате так ни разу и не повернулся на её крики. Грета лежала на полу и плакала. Совсем одна.

Глава 11

Глядя на происходящее вокруг, Изуми не верила своим глазам. Словно те фильмы, которые она видела всегда об арабских странах воплотились перед ней. Те улочки, люди, рынки и города. И вот кусочек того мира окружал её со всех сторон. Во многом глиняные бурого, жёлтого и красного цветов дома самых разных размеров в невероятно хаотичном порядке представляли собой что-то странное, но такое красивое. Сотни запахов разлетались со всех сторон. Постоянный шум. Было такое чувство, что тут всегда торговали и говорили. Без остановки. Изуми даже подумала, что здесь никогда не существовала тишина. Торговали из палаток, домов, просто на земле. То тут, то там можно было увидеть резвящихся детей, лающих собак и отдыхающих кошек. А люди тут встречались самые разные. Любой национальности, в самой разнообразной одежде, разного достатка. Единственное, что сразу бросалось в глаза, так это отсутствие каких-либо автомобилей. Ни одной машины, даже звука. Глядя на всё происходящее вокруг, девушка даже на некоторое время забыла обо всех бедах, и с открытым ртом глядела по сторонам, пытаясь ничего не упустить.

— Так что мы тут ищем? — спросил Райнер.

— Нужно найти средство, чтобы незамеченными попасть в один из секретных корпусов «Имира». Даже несмотря на то, что о нём практически никто не знал до недавнего времени, его хорошо охраняют.

— Хорошо. Даже если мы окажемся внутри, там ведь нас будет ждать не такой уж радушный приём. Внутри ведь много будет сотрудников «Имира». Разве я не прав.

— Тут уже позаботится об этом мой товарищ. Так называемый «шпион».

— Подождите. Но, разве он не находится в главном корпусе? А мы сейчас в другом конце города.

Брайан ехидно улыбнулся.

— Неужели ты думаешь, что всё здания, принадлежащие организации в этом городе, не соединены между собой. К сожалению, пока нам не удаётся составить сколько-нибудь подробную карту, но под землёй за долгие годы создана целая сеть тоннелей, которые соединяют всё. Так что он спокойно доберётся с главного штаба в одну из их лабораторий на окраине. Нам лишь нужно оказаться в нужном месте в нужное время. Тогда есть шанс вытащить Грету Фишер.

— У меня такое чувство, что изначально ваш план был каким-то другим. Я прав? — немного скептически спросил Райнер.

— Ты прав. Что наш шпион, что я. Мы занимались в Цюрихе совершенно иными задачами. Но действия руководства «Имира» и события в доме Томаса Фишера всё изменили. И теперь первостепенная задача — вытащить его дочь. Мы не знаем, что может задумать на её счёт Норман Редклифф (а там в любом случае не стоит ждать чего-то хорошего), поэтому нужно спасать девочку.

Если Райнер и детектив шли чуть ближе друг к другу, то Изуми двигалась слегка поодаль, даже особо не слушая их разговор. Её полностью поглотило здешнее место. Оно буквально заставляло следить за каждой деталью, каждым уголком, не упуская ничего. Здесь невероятно работали контрасты во всём. Вот ты идёшь по, в целом, богатой и прекрасно выглядящей улице, где и магазинчики под стать, и дома смотрятся роскошно, да и люди словно все из шикарной жизни. Но стоит буквально свернуть за угол, то можно оказаться в настоящем гетто. Где всё неумытое, грязное, на улицах одни попрошайки. Опасно заглядывать в тёмные переулки и долго смотреть на местных. Не ровен час, как какой-нибудь ребёнок достанет пистолет и начнёт тебе угрожать. Это место и захватывало и пугало одновременно. Шум вокруг буквально въедался в мозг и не уходил долгое время. Ты мог оказаться на небольшой площади, где играла музыка, а в самом центре неё просто танцевала группа людей. Иногда можно было встретить невероятных размеров и красоты особняк (визуально не слишком вписывающийся в здешний интерьер) с огромным забором, по периметру которого стояла охрана. А через пару улиц местные ребятишки стирали в грязной луже свою собственную одежду. На улицах можно было встретить большое количество фокусников и артистов, зарабатывающих невероятными трюками. Подчас сложно было понять, фокус ли перед тобой или человек действительно так может и обладает невероятными способностями. Всё это так удивляло Изуми, которая впервые оказалась в подобном месте.

Какое-то время хождения по вполне неплохим местам кончилось. Брайан начал вести своих спутников во всё более и более непрезентабельные части. Узкие улочки сменялись одна за другой. Контингент вокруг также претерпевал изменения на всё более пугающий. Изуми уже совсем не отставала, а, наоборот, практически жалась к Райнеру, побаиваясь всего рядом. Да и парню было как-то не по себе. Все здания вокруг громоздились один на другой, отчего становилось неуютно. В отличие от крупных улиц, здесь практически не было освещения. А из-за домов вокруг, буквально висящих над головой, становилось совсем темно. Не помогало даже безоблачное небо с тысячами