Третий Генерал: Том IX - Александр Сергеевич Заикин

его одним из своих приближённых. Как минимум он бы правил наравне с Дракулой в государстве вампиров. Но судьба сложилась иным образом.

— У Неназванных после всех атак и срыва плана по моему устранению явно будут свои проблемы, так что пару дней о них можно не думать, — сказал я после недолгого молчания. — А затем я с ними всё же разберусь раз и навсегда. Сейчас я хотел бы поговорить о другом. Адриан, сам того не зная, сильно помог нам несколько раз. Мы развеяли последние сомнения на счёт двух моих личностей, ты приказал нашим вампирам помогать людям и не встретил с их стороны большого сопротивления, единственная угроза моему, а точнее твоему правлению устранена…

— А самое главное, что создана идеальная ситуация для того, чтобы перехватить управление этой страной и начать крупные изменения, — кивнул головой Дракула. — Если ты разберёшься с Неназванными, а Рюриковичи окажут поддержку, то у нас всё должно получится. Стоит румынскому королю хоть что-то вякнуть как мы постараемся опровергнуть все его слова и тогда его снова в лучшем случае поднимут на смех как в предыдущих двух случаях. Может дело дойдёт до народного самосуда. Армия явно не простит ему то, что он бросил всех и даже не пытался собрать армию для борьбы с вампирами.

— Самосуд был бы неплохим вариантом для нас, — улыбнулся я. — Пока будем стараться добиваться того, чтобы он сам передал мне право править своей страной, так будет меньше вопросов о законности моего правления. Однако если граждане и армия сами сгонят с трона своего непутёвого короля, то это будет выгодно именно нам.

— И тогда на трон сядет тот, кто не только наведёт порядок, но и заставит вампиров с людьми сосуществовать мирно, — закончил мою мысль старик. — Драку̀л уже показал свою силу, он даже смог полюбовно договориться с Зотовым, — на этих словах я не сдержал короткий смешок, — а сейчас тебе нужно лишь признание вампиров и местных. С первыми после гибели Адриана проблем не будет, но вот вторые могут быть и не довольны как вампиром-правителем, так и своими новыми согражданами.

— Вот и поговоришь с Рюриковичами на эту тему, — сказал я. — Пускай дадут задачу своим специалистам, зря что ли они получают огромные зарплаты? Они смогут проанализировать ситуацию учитывая все нюансы, просчитать возможные варианты развития ситуации и предложат различные способы решения потенциальных проблем.

— Хорошо. Тогда остаётся лишь один вопрос — что делать с Бальтазарами?

А вот это был очень и очень непростой вопрос.

Казалось бы, весь этот клан надо отправить под нож. Я свои вопросы с Адрианом решил, это да, но теперь на руках этих вампиров кровь множества жителей столицы Румынии. Ещё у Дракулы есть свои счёты с этим кланом. Так что просто забыть о них нельзя.

Но если забыть про непростые отношения Дракулы и клана Бальтазаров, то этих вампиров можно наказать формально. Убить тех, кто яро поддерживал Адриана, остальных оставить под надзором и на долгое время лишить комфортной жизни. А потом, когда они «исправятся», позволить им растворится среди других кровососов после имя Бальтазаров навсегда будет забыто. Это бы помогло привлечь симпатии тех клыкастых, которые близки к радикалам или хотя бы частично оправдывает то, что уже произошло. Это бы облегчило дальнейшую работу с теми вампирами, которые не смогут или просто не захотят мирно жить бок о бок с людьми.

— Ты-то сам что думаешь? — Спросил я Дракулу. — У тебя к этому кланы должны быть серьёзные претензии.

— Обо мне знали лишь глава, некоторые старейшины и стража темницы. Последние были убиты ещё во время моего освобождения, потом ты успел убить многих причастных к моему заточению ещё задолго до нашей встречи. Затем были те старейшины, которых ты уничтожил на моих глазах. А теперь и Адриан поплатился за всё. Больше нет смысла ворошить прошлое.

— Не очень-то похоже на кровавого Дракулы, не так ли?

— То, что было когда-то, навсегда останется со мною, — вздохнул старый вампир. — Но я теперь не очень люблю вид крови. И больше не хочу без надобности отнимать чужие жизни.

Передо мной сейчас снова был старик, который уже порядком устал от жизни. Увидишь Цепеша в таком виде и не подумаешь, что он когда-то был кровавым монстром. Я наверняка со временме проникся бы к нему сочувствием перестав считать его жутким монстром, который жив лишь до тех пор, пока он полезен. Только я чувствую его чёрную душонку и это вызывает во мне внутренний гнев по отношению к нему. Не смогу я изменить своё отношение по отношению к Дракуле при всём желание, которого нет.

— Ладно, раз ты готов забыть про прошлое, то оставим Бальтазаров в живых, — принял я решение. — Но показательно наказать их надо. Подумаю об этом на досуге. Кстати, насколько серьёзные наши потери?

— Погибло около четырёхсот вампиров, ещё пятьсот ранены. Легионеры успели сделать небольшие запасы крови, так что мы их сейчас активно используем для того, чтобы помочь раненным. Но запасы очень быстро тают. Боюсь, что всех спасти не удастся.

— Это плохо, — говорю я. — Эти вампиры должны выжить, они костяк наших сил и обладают нужными нам качествами. Лети в Бухарест, найди военных с которыми вы вместе бились против Бальтазаров. Скажи, что нужна кровь тем. Кто помогал им и спасал людей. Если хотя бы тысяча солдат станет донором крови, то мы решим проблему. Своих кровососов мы проверили, теперь людям пора доказать, что они способны жить с вампирами бок о бок.

— А если они не пойдут на сотрудничество? — Спросил Дракула.

— Устройте рейды на две-три тюрьмы. Берите всяких убийц, насильников, педофилов и прочих негодяев. Таких гадов не жалко, их можно досуха высосать без всяких угрызений совести. А что касается самих отказников, то…

Я не договорил так как мне стало резко плохо. Ноги подкосились так, что я даже упал на одно колено. Сердце едва билось, лёгкие словно горели при каждом вздохе и выдохе, с остальными внутренними органами тоже всё было плохо. Перед глазами всё начало плыть. Всё, приплыли, пришла первая волна отката. И она отнюдь не самая тяжёлая…

— Никита, как ты? — Дракула тут же опустился и положил руки мне на плечи.

— Хреново, — едва сумел ответить я. — Уведи… Уведи меня