Дневники Фаора. Ламий в мегаполисе (СИ) - Наталья Екимова (Самиздат)

головной боли и вспышки безумного желания убивать. Правда, меня она тут же совсем отпустила. Рин оказался более устойчивым к воздействию вредоносной магии.

Наш капитан сразу смекнул, что дело нечисто. Поэтому быстро заставил всех буянов застыть на месте, точно ледяные статуи. Безумные глаза говорили, что они собой не владеют. Естественно, покалеченные или попавшие на больничную койку игроки не смогут принять участие в кибертурнире. Поэтому все призы достанутся хозяину той команды, которой такими грязными методами обеспечивают гарантии чемпионства.

На меня и лепрекона странные чары вообще практически не оказали никакого воздействия. Люди как по мановению волшебной палочки превратились в настоящих берсеркеров.

Переглянувшись с Рином, спрятался за завесой невидимости. За ней меня даже небожители не могли учуять. Потом стал осторожно разведывать пиксельную местность. Два моих товарища остались присматривать за половиной пати. Она неожиданно воспылала необъяснимой жаждой убийства и разрушений.

За кустом цветущего жасмина притаился паренёк с волосами цвета червонного золота и глазами, похожими на коричневый янтарь. Я сразу понял, что это ламий. Как его угораздило связаться с Морганой, и что ему посулила вздорная Королева Фей, мне было неведомо, но дальше так продолжаться уже не могло.

Деловито приложил незнакомца заклятьем из тех, противостоять которым никто не мог. Даже Юнона и Юпитер ничего не могли поделать с этим роскошным плетением. Если, конечно, его создавал лично я. Обследовал при помощи чутья все направления и сразу понял, что хозяева этого отщепенца решили не рисковать понапрасну. Его послали одного. Причём, деятель умудрился сделать внешность до мелочей как в реальной жизни.

Мои способности подсказали, что мы имеем дело с простым наёмником. Вампиру кто-то дал поручение устранить соперников с помощью некоторых нюансов игрового процесса. Именно они и вывели «Баффи – истребительницу вампиров» на вершину мировых рейтингов компьютерных игр.

Правда, и игроки, и создатели, увлёкшись убедительной иллюзией, упустили из вида такие побочные эффекты, как смерть или увечье физического тела. Оно, по идее, никак не должно было страдать во время цифровых похождений.

Некоторые парочки вместо игры искали новых ощущений, заводя скоротечные виртуальные романы. Ничем особо неприятным те не грозили. Почти всегда никто не интересовался, кто, откуда и как выглядит в реальном мире.

Рин, внимательно осмотрев возмутителя спокойствия, задумчиво прошептал:

– Никакой мыслеречи. Все переговоры только шёпотом и после того, как убедитесь, что нас никто не подслушивает. В идеале даже так, чтобы по губам ничего нельзя было прочесть. Интересно, кто подложил нам этого поросёночка? Что теперь делать с вражеским лазутчиком? Точно знаю, что он – не будущий участник турнира. Так что дисквалификацией его не напугать.

– Думаю, Фаору надо найти, где он сейчас реально находится. Как мне подсказывает мой дар, в одном из гостевых домиков. Это ведь настоящий ламий, если не ошибаюсь? Тогда его действия незаконны! Надо сдать его Танату Морсу, как Фаор уже поступил с Фаилой, – мрачно выдохнул Горан.

– Сначала надо узнать, зачем он сюда припёрся. Если не игрок, то на кого работает, и что задумали его наниматели! – пришедшая в себя Алёна была готова рвать и метать от бешенства, но, как профессионал своего дела, не давала эмоциям лишить её остатков здравого смысла.

Пришедший в себя после недолгой отключки кровосос мелко задрожал, увидев, кому по воле Морганы он перебежал дорожку. Что ни говори, среди племени, к нему некогда принадлежал и я сам, у этой журналистки была такая репутация, что ею пугали даже самых отъявленных мерзавцев. Любому ламию было достаточно только намекнуть, кому его отдадут для воспитательных бесед, и рецидива впоследствии обычно не случалось.

– Итак, котик, сам всё расскажешь? – медовым голоском начала «Ваутитса», – Или нам придётся принять жестокие меры?

– Алёна, я пока ещё жить хочу! Извини, конечно, если бы знал, что ты именно в этой команде, отказался бы от любых сокровищ! Но уговор дороже денег! И что вы собираетесь со мной делать?

Ещё пару секунд наглые глазищи теперь полыхали огнём безысходности. Кровосос прекрасно понимал, что мало ему не покажется.

– Рин, а спой для меня! – девушка кокетливо хлопнула пушистыми ресницами и лукаво улыбнулась. – Что-нибудь из того, что исполняет твой народ на попойках в День Святого Патрика.

– Ты уверена? – лепрекон даже не скрывал своей жалости к бедолаге. – Рину ежегодно отваливают дорогущие подарки.

Были готовы исполнить практически любую его блажь. Лишь бы не радовал никого своим «несравненным вокалом».

Пленник не представлял, что за кошмар его ожидает в самом ближайшем будущем. Если тот не соизволит поделиться важной для нашей команды информацией. Леперкон едва слышно проворчал:

– На твоём месте я бы быстренько ответил на вопросы Ваутитсы да отправился туда, откуда выполз. Фаор быстро запеленгует, где ты подключился к тренировочному серваку.

Кровосос лишь мрачно сверкнул янтарными глазами, но не издал ни звука в ответ.

– Дело твоё, но потом не ной, что тебя не предупредили о последствиях неверно принятого решения! – капитан нашей команды деловито проверил, включена ли запись и сохранились ли доказательства, что сначала попытались разобраться с проблемой вполне цивилизованными методами.

Алёна протянула мне затычки из арсенала тех, что глушили даже «Песнь Сирены». Это специальное умение вампиров, которое позволяло им зачаровывать игрока другой расы и не действовало на себе подобных. Я покачал головой, отказываясь, но девушка сердито шикнула на меня и прошипела:

– Если станет совсем невмоготу, то сразу же затыкай уши. Последствия моего эксперимента привели к ослаблению слуха на три недели. Резкая головная боль тиранила потом ещё полгода! Не дури, Фаор! Не знаю, в кого там тебя превратили феи, но бережёного бог бережёт! Уж прости за такую банальность!

Увидев в серых туманных глазах искреннюю тревогу за мою судьбу, решил послушаться доброго совета. Попутно поймал на себе задумчивый взгляд пленного ламия. Бедолага, как ни старался, так и не смог определить, кого дурным северным ветром надуло в столь разномастную команду.

Рин специально взлохматил рыжую шевелюру для большей колоритности, от чего принял ещё более дикий вид. В синих глазах появилось странное выражение. Оно мне абсолютно не понравилось. Остальные из моей банды тут же приняли все необходимые меры предосторожности.

Впрочем, потом я был несказанно благодарен Алёне за то, что она настояла на том, чтобы в моем арсенале были высококлассные затычки. Именно их вместо наушников предпочитает Танатос. Когда его подчинённые проходят через очередной виток коллективного ада под лаконичным названием «Учебные и тренировочные стрельбы».

Когда я снова заглянул в лицо Боевой