Трудно ли быть фамильяром (СИ) - Дианина Нина

Многое она знала по себе, многое рассказывал отец, но проскакивали какие-то детали, которые она или не знала, или не осознавала до этих пор.

Она посмотрела на дату издания. Книга была написана до этого чоркового Очищения. Наверное, до него эта книга служила для большего взаимопонимания обеих рас. А потом… наверное, сыграла на руку гонителям и помогла использовать слабые стороны оборотней любых типов.

Кейра нашла на имя автора и вздрогнула.

Эдин Бероч. Так звали её отца. Неужели Вейго знает её настоящую фамилию и приказал принести эту книгу, потому что знал, что она написана её отцом?

Нет, вряд ли. Когда Кейру спрашивали о фамилии, она назвала выдуманное имя, чтобы не подвести под возможный удар семью. Да и потом о ней почти ничего не рассказывала. Скорее всего эту книгу Вей принёс ей случайно.

Однако удивительно, насколько многого она не знает о своей семье! Так кто же был её отец до Очищения? Чего он ей не договаривал?

Она подняла голову и чуть не выронила книгу. У открытой двери кабинета, прислонившись плечом к косяку, стоял Вейго и молча разглядывал её.

— Фух, ты меня напугал! Нельзя же так неслышно подкрадываться! — постаралась объяснить свой испуг Кейра. — И давно ты за мной подглядываешь?

— Да я сидел-сидел, чай остыл, пирожные засохли. Вот и решил посмотреть, куда ты опять запропала, — шевельнулся Вейго в дверях и шагнул к столу. — Что, интересное что-то для себя нашла?

— Да, вот интересно про оборотней, — не стала прятать свой интерес девушка, тем более, можно сказать, её застукали с поличным. — Что там у нас по плану за книгами шло? Азартные игры?

— Да, именно азартные, — кивнул Вейго.

— Ну наконец-то появилось поле, где есть надежда тебя победить!

Она с предвкушением улыбнулась, блеснув глазами, а у него опять непонятно отчего сжалось сердце.

Хотя, почему непонятно? Ему уже было очень даже понятно.

Он просто боялся себя, боялся влюбиться окончательно и в то же время боялся, что через несколько дней эта юная лисица исчезнет из его жизни.

Сердце сжималось от мучительного желания поцеловать её, но одновременно он отдавал себе отчёт, что достаточно малейшего прикосновения и весь его самоконтроль может полететь в тартарары, а последствия будут печальными.

Внутри себя Вей ощущал неожиданно проснувшуюся потребность непрерывно находиться рядом с ней, защищать от опасностей и открывать ей мир во всех его красках, однако он не понимал, где взять главное: право быть с ней рядом постоянно. Не эти пару дней, а дольше, гораздо дольше.

Да и на эти два дня у него было не право, а работа, обязанность. Прав быть рядом с ней у него не было никаких.

— Какие права мне нужны?! О чём я вообще думаю?! — одёрнул Вей себя, резко отвернулся и ушёл в гостиную. — Это какое-то наваждение! Я по каким-то причинам сошёл с ума.

Кейра не поняла, на что он обиделся, или рассердился, но поспешила вслед, чтобы развеять это неожиданно возникшее напряжение между ними.

— Ну, показывай свои азартные игры! Надеюсь, это действительно что-то стоящее, а не рядовой деревенский «дуралей», в которого играют зимними вечерами наши кумушки от нечего делать.

— Ты тоже? — как-то вымученно улыбнулся Вейго, усаживаясь за стол в гостиной и открывая какой-то резной ящичек.

— Признаюсь, бывало, — в притворном раскаянии опустила ресницы девушка. — Но ведь ты меня развлечёшь чем-то более интересным?

Он внутренне задохнулся. Сказанная ей фраза была очень двусмысленной, но сама Кейра в своей наивности этого не поняла. На это намного «более интересное», чем игра в карты и чем бы он с удовольствием занялся с лисицей с полной самоотдачей, прав у него не было. Никаких. И не предвиделось.

— Вот, смотри сама, — Вей пододвинул к ней игровой ящик, стараясь успокоиться, говорить ровно и спрятать ненужные эмоции, — у нас есть камни гирши с расчерченной доской, карты, кости всех видов, включая игру в доргиро. Что выбираешь?

— Выбрать сложно, — задумчиво произнесла Кейра, разглядывая затейливый рисунок на картах и перебирая гладкие пощёлкивающие в её руках камни. — Давай начнём с доргиро.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В результате они попробовали сыграть в одну игру, потом в другую, перебрали несколько игр и остановились на мало распространённой карточной игре «чуша на двоих». Правила в ней были довольно просты: козыри определялись броском костей одного из игроков, а часть карт пряталась одна за другой. Увидеть такую карту можно было только задействовав предыдущую. Игра была не сложная, глубоких размышлений не предполагала, весь расчет был на удачу, память и внимание.

Мало-помалу они втянулись в лёгкую ни к чему не обязывающую болтовню, расслабились и словно отгородились от всех условностей. Игра будто накрыла их куполом, создала другую реальность и выпустила под него их настоящих, не связанных ни придворным этикетом, ни посторонними любопытными взглядами, ни рамками предписанного поведения. Шаг за шагом, слово за словом, улыбка за улыбкой, и они открылись друг другу. Выглянули их истинные лица, которые обычно прятались за привычными масками, созданными смущением, домыслами, условностями и обстоятельствами. Они перекидывались легкомысленными шутками, отпускали ироничные замечания, хихикали и строили друг другу многозначительные гримасы, делали театральные паузы и совершенно забыли о том, что знакомы всего несколько дней. Казалось, они знали друг друга всегда.

— С чего я взяла, что Вейго некрасив? — думала Кейра, зацепившись взглядом за белесый шрам на загорелой сильной шее, спускающийся за расстёгнутый ворот рубашки. — Ему очень идёт улыбка. Он улыбается потрясающе, хочется улыбнуться ему в ответ.

А Вей не только улыбался. Вместе с Кейрой он беззаботно смеялся, хохотал и чувствовал себя легко и свободно, будто наконец снял строгий тугой мундир, в котором последнее время постоянно находилась его душа. Оборотень словно вернулся в юность, в то счастливое время, когда расы были равноправны, когда ещё не было гонений на его сородичей и не было запретов на обороты. В то время, когда ему не надо было непрерывно быть настороже и годами защищать своё право быть живым.

Игроки увлеклись и, наверное, пропустили бы ужин, однако совершенно неожиданно для них обоих раздался стук в дверь, который вернул их с беззаботных небес на землю.

Вейго напрягся. Оказалось, стучала горничная. Она привезла заказанный Веем заранее ужин и теперь послушно стояла у дверей, не заходя внутрь покоев.

Вей встал и сам вкатил столик с блюдами, испускающими соблазнительные запахи.

— Время игр закончилось, — провозгласил он торжественным голосом. — Наступило время для серьёзных занятий!

Кейра фыркнула. Настроение было радостным и беззаботным. Эти несколько часов игры как-то всё упростили между ними. Кейре рядом с Вейго стало легко и свободно. Она уже не боялась, что он что-то не так поймёт или за что-то её осудит. Откуда-то пришла полная уверенность, что Вей поймёт всё правильно и ни за что не осудит, что напротив защитит и убережёт её от всех неприятностей.

А у оборотня появилось ощущение, что всё идёт в правильном направлении. Непонятно куда, но в правильном. Главное, уберечь её до тех пор пока полностью насовсем не вернётся Хардош. Это самое важное. А вот после сам бог-оборотень подскажет решение этой запутанной психологической задачи. Обязательно подскажет, как же иначе?

— А как и где ты будешь спать? — спросила Кейра после ужина. — В кабинете очень неудобный для сна диван.

— Если ты не против, я буду спать в гостиной на полу. Не волнуйся! — взмахом руки прервал он возможные возражения. — Матрас, одеяла и подушки сейчас мне принесут. Размещусь вполне удобно. Если помнишь, в лесу у храма даже таких удобств не было.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Кейра улыбнулась, согласно кивнула и пошла готовиться на ночь.

Уже когда совсем стемнело, Вей заглянул в к ней в спальню и проверил запоры на окнах. Его подопечная сидела на кровати в коконе из одеяла и читала ту самую книгу про оборотней. Золотистое сияние светильника падало на её склонённую к книге голову и волосы казались необыкновенного густо вишнёвого цвета.