Крымский узел - Андрей Малыгин

Следует иметь в виду также еще несколько обстоятельств: тяжелая экономическая ситуация на полуострове в связи с засухой 1994 года, а также всплеск преступности делали вмешательство украинских структур как бы естественным (хотя правительство Крыма и так действовало в соответствии с общеукраинской политикой, а милиция и служба безопасности напрямую подчинялись Киеву). Вмешательство Украины облегчалось тем обстоятельством, что Л. Кучма, за которого на выборах в 1994 году проголосовало большинство крымчан, воспринимался как «свой» президент, выступавший за придание русскому языку статуса государственного, против национализма и т. д. Особо стоит отметить то, что режим Ю. Мешкова проиграл «информационную войну». Украинским СМИ, прокиевски настроенным местным журналистам удалось создать неблагоприятный образ крымских властей в глазах мирового сообщества и населения Крыма.

В начале 1995 года «пророссийские» фракции в ВС Крыма начали наступление на премьер-министра А. Франчука, поддерживаемого фракцией «Реформа». На этой основе наметилась возможность некоего союза между спикером крымского парламента С. Цековым и Ю. Мешковым. Наблюдатели указывали на то, что этот союз мог бы привести к «возвращению правительства Е. Сабурова».[288] По мнению ряда обозревателей, именно наметившаяся угроза правительству А. Франчука заставила Киев предпринять решительные действия. Нельзя также сбрасывать со счетов и то, что ВС Крыма в начале 1995 года принял ряд актов, бросавших вызов официальному Киеву — денонсировал «беловежское» соглашение, а также принял закон о выборах в местные органы власти, расходящийся по ряду положений с украинским.[289]

В начале марта руководители крымского правительства выступили с шокирующими общественность заявлениями: А. Франчук сообщил журналистам о серии звонков с угрозами и требованиями уйти в отставку. По словам премьера, ему звонили по линии высокочастотной связи, которой владеет только высшее руководство Крыма: президент, председатель Верховного Совета. А. Франчук обратился к правоохранительным органам за помощью. На следующий день вице-премьер правительства А. Демиденко на специальной пресс-конференции сообщил о покушении на него (у двери его квартиры была взорвана бомба, причем террорист погиб). Журналисты делали вывод о новом витке «криминального беспредела» в Крыму, с которым на этот раз связывались определенные политические силы.

17 марта ВС Украины рассмотрел на закрытом заседании вопрос о политико-правовой ситуации в Крыму. Как указывали некоторые участники этого заседания, оно было проведено весьма поспешно, участникам были розданы готовые проекты решений. В этот день ВС Украины принял законы «Об отмене Конституции и некоторых законов АРК», «Об Автономной республике Крым» и ряд постановлений. Отменялась Конституция Крыма от 6 мая с последующими поправками и дополнениями, законы Крыма о Президенте (пост Президента Крыма упразднялся), местных выборах и др., постановления о Фонде Госимущества Крыма и др., касающиеся собственности. Объявлялись утратившими силу законы Украины «О статусе АРК» и «О разграничении полномочий между органами государственной власти Украины и Республики Крым». Взамен последнего был принят Закон «Об Автономной республике Крым», определявший статус Крыма как «административно-территориальной автономии в составе Украины». Согласно этому новому закону Конституция республики подлежала обязательному утверждению ВР Украины. Закон устанавливал, что полномочия ВС Крыма могут быть досрочно приостановлены в случае их противоречия действующей Конституции и законам Украины. Устанавливался новый перечень полномочий Крыма — существенно более узкий по сравнению с «Законом о разграничении полномочий». Специальная статья Закона устанавливала обязательность украинской символики для Крыма. Наконец, ВР Украины не смогла отказать себе в удовольствии изменить даже название автономного образования.[290]

Для обеспечения осуществления этих решений Киевом еще накануне был предпринят целый ряд мер, в том числе под предлогом борьбы с преступностью на полуостров были введены свыше одной тысячи служащих спецподразделения «Беркут» из разных областей Украины, 200 оперативных работников милиции, 120 человек из аппарата МВД. Штат крымской милиции был увеличен почти на тысячу сотрудников. Кроме этого в «обеспечении порядка» было задействовано до 2,5 тысячи военнослужащих Украины.[291] Каких-либо заметных эксцессов в марте 1995 года не отмечалось, за исключением небольших потасовок, как, например, у здания горсовета Симферополя, когда группа активистов украинских организаций попыталась водрузить государственный флаг Украины. Известно, что несколько человек было задержано за то, что называли украинских военнослужащих «оккупантами». Крымские газеты неоднократно сообщали о конфликтах местного населения с украинскими милиционерами.[292] Все же, большинство населения неодобрительно восприняло действия центральной власти. По данным социологических опросов Крымского центра гуманитарных исследований, 52 % симферопольцев резко негативно отнеслись к отмене Киевом крымской Конституции.[293]

Большинство крымского ВС решения украинского парламента повергли в состояние растерянности. Ответные заявления были выдержаны в резком тоне, однако никаких реальных шагов депутаты предпринять не могли, за исключением неудачной попытки отправить правительство в отставку. В начале марта ВС Крыма большинством голосов выразил недоверие А. Франчуку и вице-премьеру А. Сенченко и избрали новым премьером А. Дроботова. В ответ ВС Украины вновь поставил вопрос «о социально-экономическом положении в Крыму» и обратился к президенту Украины Л. Кучме с предложением «определить полномочия правительства автономии». Они были «определены» Указом Кучмы от 31 марта 1995 года, который изъял у ВС Крыма право формировать местное правительство и восстановил в должности А. Франчука.

Указ Л. Кучмы еще более серьезно обострил отношения между Крымом и Киевом, поскольку он противоречил не только отмененным крымским законам, но и законодательству Украины. Именно следствием Указа Л. Кучмы стало выступление спикера крымского парламента С. Цекова на заседании Госдумы России, где Цеков подробно говорил об ущемлении государственности Крыма и критиковал позицию РФ за пассивность. С. Цеков подверг критике также подписанное О. Сосковцом 21 марта 1995 года в Киеве соглашение о реструктуризации украинского долга России и попытался убедить российских парламентариев увязывать политику по отношению к Украине с поведением последней в отношении Крыма. Речь Цекова вызвала резкое осуждение украинской стороны. На заседании Верховной Рады, специально посвященной этому вопросу, раздавались призывы к упразднению крымской автономии. Украинские парламентарии требовали от крымских коллег отмежеваться от выступления своего спикера. Эти требования вызвали очередной раскол в крымском парламенте. 18 апреля часть депутатов ВС Крыма (45–48 человек, преимущественно члены фракций «Курултай» и «Реформы») объявили о создании «Верховного Совета Автономной Республики Крым». Они обратились к Л. Кучме с призывом распустить оставшуюся часть ВС Крыма, а на базе лояльной группы депутатов создать новый орган власти. Парламентское же большинство 25 апреля постановило назначить на 25 июня 1995 года общекрымский референдум о судьбе Конституции 6 мая.

Новое обострение украино-крымских отношений вызвало вмешательство в ситуацию миссии ОБСЕ, которая начала свою деятельность в Крыму в ноябре 1994 года. 11–14 мая в Локарно (Швейцария) миссией был организован «круглый стол» по проблеме статуса Крыма, в котором участвовали 16 представителей от Украины и Крыма (включая Севастополь). В результате консультаций и помощи ОБСЕ были достигнуты договоренности о том, что парламент Крыма отменит свое решение о референдуме (которое, впрочем, и без этого не было возможности осуществить), а ВС Украины рассмотрит и утвердит новую Конституцию Крыма, которая должна была бы быть разработана ВС республики на основе «Закона о разграничении полномочий» 1992 года.[294] Позиция миссии ОБСЕ и лично посла в Украине А. Кольшюттера вызвала неудовольствие и критику с украинской стороны, поскольку, по мнению украинских и западных обозревателей, основной пафос выступления А. Кольшюттера перед Верховным Советом Крыма «заключался в выражении всяческой поддержки крымской автономии и негативной оценке «мощных радикальных сил в украинском парламенте, которые хотят наказать и дисциплинировать Крым и, в конечном счете, разрушить вашу автономию».[295]

Группа по подготовке новой Конституции приступила к работе. В рекомендациях миссии ОБСЕ содержались весьма важные моменты для нормализации отношений Украины и Крыма, однако, как показали дальнейшие события, они были проигнорированы украинским руководством. Крымские же власти, так и не преодолев внутренних противоречий, оказались не в состоянии отстаивать интересы Крыма. В начале июля 1995 года, получившие большинство сторонники украинской ориентации Крыма сместили с поста спикера крымского парламента С. Цекова, на место которого был избран Е. Супрунюк. На этом в целом завершился острый политический кризис, стоивший Крыму многих его завоеваний 1991-94 годов.