Дневные - Рэйчел Кейн

Она распахнула заднюю дверь, выскочила на крыльцо и бросилась бежать вокруг дома. Она слышала, что позади её звал Шейн, но он явно не хотел привлекать внимание шумом, так что он лишь раз произнес её имя, а затем она услышала грохот замка на двери и шаги позади неё.

Никакой возможности обогнать его не было, но она и не собиралась делать это... просто пыталась проделать большую часть пути, чтобы он увидел, что идея идти вперед лучше, чем вернуться.

Она добежала до ярко освещенной стоянки единственного жилого комплекса Морганвилля (целых десять домов, выстроенных в форме буквы L), когда он протянул длинную руку и заставил её остановиться. Затем он взял её за другую руку.

- Клэр. Это безумие. Нам нельзя находиться здесь. Ты знаешь это!

- Ты тот, из-за кого нас заметят, - сказала она. - Я просто девушка на пробежке. А теперь ко мне пристает сердитый парень.

- Я не... - Он глубоко вздохнул и отпустил ее. - Хорошо. Просто пошли назад со мной. Спокойно. Мы можем сделать это. Давай просто...

- Нет, - сказала она и развернулась на пятках, направляясь к Стеклянному Дому, находившемуся все еще в нескольких кварталах.

- Да что с тобой?

Он не чувствовал это. Может быть потому, что хорошо притуплял всякие психологические вещи; может быть, он просто блокировал это. Но он правда понятия не имел, что дом кричал о помощи, и она не могла сказать нет. Этот дом спасал ей жизнь ни один раз. Она в долгу перед ним.

Но она резко остановилась и застыла, как только услышала ленивый голос Моники Моррелл:

 - Сейчас же остановись, или я вышибу тебе голову, детсадовница. Это и к тебе относится, Шейн. Не будьте глупцами. Ну вы поняли. Еще большими.

Моника была самокоронованной принцессой Морганвилля - симпатичная девушка, которая росла в богатстве и власти и имела право на все, что желала, а она желала всё. За последние пару лет она немного повзрослела, но, по мнению Клэр, это только пробудило зло в ней. Они никогда не были друзьями, но были моменты, когда они ненавидели друг друга чуть меньше.

Однако, это был не тот момент.

Клэр осознала, что они умудрились остановиться рядом с единственным припаркованным красным автомобилем - весьма узнаваемым в Морганвилле, если ему уделить хотя бы малейшее внимание. И, конечно, припаркован он был прямо рядом с квартирой Моники. Сама Моника стояла, прислонившись к раме открытой двери, высокая, спокойная и одетая как на вечеринку - в мини-платье персикового цвета, которое, развеваясь на ветру, могло получить рейтинг 17+ в любую секунду.

Но Клэр особо беспокоило не платье, а пистолет. Он был, как принято в Техасе, маленьким, черным, автоматическим, прямо для женской сумочки, предназначенный, вероятно, чтобы отпугивать воров - но Моника направила его прямо в грудь Клэр. На этом расстоянии она вероятнее всего попадёт. Для самообороны или нет, он безусловно навредит.

Клэр медленно подняла руки. Шейн сказал:

- Господи, Моника...

- Руки вверх, Коллинз, - сказала она и одарила их беспристрастной счастливой улыбкой. - Слышала, вы убили какого-то бедного неудачника у себя дома. Но, к сожалению, он не был кровососом, иначе все просто пожали бы плечами и забили на это. Я имею ввиду, для вас это слишком плохо. Предполагаю, нужно произвести гражданский арест и вернуть вас в тюрьму. Ну, знаете, общественная безопасность и всякое прочее дерьмо. Кроме того, думаю, за это можно получить награду. Бонусные баксы.

- Ты слишком сильно этим наслаждаешься, - сказала Клэр.

- Да, черт возьми, у меня есть все права наслаждаться, видя вас обоих в оранжевых комбинезонах. Тебе пойдет этот цвет, Шейн.

- Укуси меня, Королева Сучек.

Моника послала ему воздушный поцелуй.

- Не думайте, что я не приложу свою руку. - В её красивых глазах мелькнул злой огонёк. Она всегда была какой-то извращенной садомазохистской в отношение Шейна, и тот факт, что Шейн неоднократно отшивал её, поставил их в такую ситуацию, которой никто не ожидал. Большинство людей всё ещё полагали, что Моника была виновна в пожаре, который погубил семью Шейна и убил его младшую сестру, Алиссу. Клэр никогда не была так уверена, и она знала, что Шейн, в принципе, тоже смирился с этим убеждением. Моника была не выше издевательств над трагедией, но сам пожар она не устраивала.

Но всё таки это не делало её лучше.

- Я только хочу сказать, - произнес Шейн, - и не могу поверить, что говорю это, так что никогда не повторю это, но нам нужна твоя помощь. Пожалуйста.

Моника моргнула. Это явно не то, чего она ожидала, или, по правде говоря, что ожидала и Клэр тоже. Моника с усилием щелкнула предохранителем, и Шейн как правило легко бы отреагировал... но не в этот раз.

- Извини? - спросила она, склонив голову набок. - Ты правда делаешь вид, будто мы друзья?

- Моника, я уверен, что ты без понятия, как найти друга, который был бы не просто подлизой, но ты не дура. Ты знаешь, что создала тут себе плохую карму, и тебе всё это вернётся. Вампов нет, тут только люди, а ты большую часть своей жизни вела себя как королева сук. Лучше бы тебе пополнять количество своих союзников. Я вполне уверен, что это не прокатит, если показывать всем свой средний палец.

Это удостоилось взгляда, гораздо более вдумчивого и взрослого, чем Клэр когда-либо видела у Моники. Может, даже вечные выскочки иногда вырастают, по крайней мере достаточно, чтобы признать свою собственную опасность.

- Я слушаю, - сказала Моника.

- Можем мы сделать это внутри? - спросила Клэр. Она мельком увидела фары полицейской машины, проезжающей вдали.

Моника переваривала это секунд пятнадцать, прежде чем сделала шаг назад и опустила пистолет.

 - Да, - сказала она. - Но не стоит ожидать, что я включу Южную красавицу и предложу чай со льдом и печеньем. Я не ваша бабушка. И не трогайте мои вещи.

Никто из них и не собирался. Они быстро двинулись с места, оказались внутри и заперли за собой дверь даже прежде, чем она закончила говорить. Облегчение было невероятным, и Клэр повернулась, чтобы прислониться к двери.

- Ничего себе, - сказал Шейн. - Это... - он не нашел слов. Клэр полностью понимала почему.

Это была самая девчачья комната, которую Клэр когда-либо видела. Бледный ковер, розовый сатиновый диван, бледно-желтое кресло, тоже шелковое. Китайские фонарики вокруг светильников. Книжный шкаф заполнен не книгами, а фотографиями Моники в розовых рамочках. Гигантская картина Энди Уорхола - та же стилизация, только Мэрилин Монро была заменена лицом Моники. Послышался резкий, пронзительный лай, и Клэр посмотрела вниз и увидела крохотную чихуахуа с вычурным розовым ошейником и выпученными глазами, которая тявкала на них из-под желтого стула.