Детективный Новый год - Ирина Грин

И перед тем как спуститься вниз, Леночка постучала в его двери, думая, что муж может оказаться за ними, но ей никто не ответил.

А между тем внутри кто-то сидел, потому что дверь была крепко заперта изнутри и слышался шум льющейся воды. Но тусоваться на площадке у запертой двери было как-то совсем уж глупо, и пришлось Леночке идти вниз в полном одиночестве.

Она пересчитала ступеньки, миновала кухню, в которой хлопотал повар, и вышла к остальным. В гостиной собралась почти вся семья. Даже Альбина Андреевна была уже тут. Видимо, спустилась сразу вслед за Леночкой по главной лестнице. Женщина притворилась, будто бы не замечает Леночки и вела себя так, словно той вовсе не было.

Павлик тоже вскоре присоединился к гостям, и первым делом он спросил у жены:

- Удалось тебе поговорить с папой?

- Где ты был? Я тебя искала!

Но Павлик отмахнулся.

- Неважно. Так говорила ты с ним или нет?

- Ну… мы с ним познакомились.

- И как?

Леночка решила сказать мужу лишь часть правды о том, как прошло ее знакомство с папой.

- Кажется, я ему понравилась, - ответила она.

Павлик просиял:

- Тогда пойдем, я представлю тебя дяде и тете.

Дядя Сережа оказался жизнелюбивым толстячком, который тут же начал сыпать комплименты Леночке и отвешивать сальные шуточки насчет медового месяца молодоженов. Его жена - тетя Элейна, напротив, была женщиной худой, высокой и желчной. Шуточки мужа она выслушивала с натянутой улыбкой, взирая на него сверху вниз, словно подсчитывая количество оплеух, которые он получит от нее дома за такое неподобающее поведение.

Сын их Артем и ростом, и характером пошел в мать. На вид ему было лет двадцать, он где-то учился, где, Леночка не разобрала. Он молча сунул Павлику руку, кивнул Леночке, даже не глядя на нее, и снова уткнулся в смартфон, очень мало интересуясь происходящим вокруг него. Он один уселся за накрытый стол. И Леночка видела, как он то и дело протягивал руку к блюду с нарезкой, перебирал там пальцами, выискивая нужный кусок, а потом так же не глядя отправлял его в рот и тянулся за следующим. Половины блюда уже как не бывало, но никто не сделал этому обжоре замечания. Все воспринимали его поведение как должное, хотя такое поведение было еще простительно маленькому ребенку, но никак не взрослому мужчине.

А между тем с координацией у Артема тоже было так же плохо, как и с воспитанием. И временами его рука теряла направление, в котором ей нужно двигаться.

Тогда она начинала путешествовать по всему столу и то и дело оказывалась в соседних емкостях, неизменно таща добычу в рот своему господину. Артем с одинаковым безразличием жевал как каперсы, так и тарталетки с черной икрой, размазывая ту по скатерти и оставляя за собой весьма живописные разводы. И Леночка решила, что лучше ей сесть за столом подальше от этого типа, а то неизвестно, в чью тарелку угодит его длиннопалая рука в следующий раз.

Тетя Лара и ее дочка Дора были воспитаны не в пример лучше. Обе женщины были словно два образчика хороших манер и демонстрировали безупречный вкус в одежде, макияже и воспитании. Даже удивительно, как у довольно примитивной и хабалистой Альбины оказалась такая сестра. Манеры Лары пришлись бы кстати где-нибудь в Букингемском дворце с их давними, устоявшимися за века традициями, а не в заурядном коттедже очередного российского олигарха, разбогатевшего лишь в последние десятки лет.

К своему брату Никите муж Леночку почему-то знакомиться не повел. Но она и так поняла, кто тот парень, потому что второго такого толстяка в обозримом пространстве не наблюдалось. Таков был состав семьи, в которой Леночке отныне предстояло жить и с которой предстояло встретить как этот Новый год, так и все последующие.

Но это были не все гости, приглашенные на праздник. Помимо членов семьи, к которым теперь, нравилось это кому-то или нет, относилась и Леночка, были и еще приглашенные. И следующие двое гостей к членам семьи пока что не относились. У них был еще, если можно так выразиться, испытательный срок. Их могли принять, а могли и нет.

Вадим был очередным кавалером Варвары, с которым она обращалась очень ласково и за столом неизменно подкладывала ему вкусные кусочки и даже подливала сок или минеральную воду. Со спиртным Вадим справлялся сам. Леночка помимо воли то и дело кидала взгляды в сторону Вадима. Ну, что тут скажешь, Вадим такого внимания заслуживал. Он был хорош. Его мускулистая грудь виднелась в расстегнутом вороте красной рубашки. Черные брюки позволяли любоваться упругим задом. Он выглядел словно стриптизер из дорогого ночного клуба, призванного развлекать богатых скучающих дамочек.

- Артист! - сообщил он на вопрос о его профессии и роде занятий. - Я артист больших и малых сцен!

Что касается Никиты и его невесты, то и в этой паре заведовала столом дама. Именно худенькая и тонкоголосая София следила за тем, чтобы в тарелке у Никиты всегда все было положено, а в бокалах налито. Леночка, воспитанная в традиционных семейных ценностях, когда именно мужчины ухаживали за дамами за столом, была несколько озадачена подобным поведением других молодых пар.

Потом она покосилась на Павлушу. Тарелка перед ее мужем была пуста. Ни в одном из выставленных рядом с его прибором бокалов не плескалось ни капли жидкости. Леночку так и потянуло что-то ему предложить, но она вовремя пресекла это намерение.

Ее кумир - Маргарита Отчаянная на этот случай имела четкое мнение, которое не стеснялась транслировать своим адептам.

- Ни в коем случае никогда и ни в чем не идите на поводу у мужчины! Стоит вам только один раз дать слабину и пожелать сделать что-то для своего мужчины, как он тут же начнет требовать еще и еще. И покоя вам больше не будет никогда. Что бы вы ни сделали, всего и всегда будет мало. Ваша задача в ином. Вы должны вызвать у него желание служить вам. Помните, вы - королевы, вы - принцессы, вы - сказочные восхитительные создания, которым грубые мужчины могут лишь служить и в этом находить высшее для себя счастье. Этим вы творите в первую очередь благо для них. Боготворя вас, они и сами будут испытывать неземное наслаждение, которое не идет ни в какое сравнение со всеми доступными им ранее удовольствиями. Ибо нету ничего более высокого, чем служить другому человеку. И главное, заклинаю вас, помните, этим последним