Темная душа. Академия жрецов - Алейна Вран

мы как будто даже толком не знали друг друга. Хотя, возможно, так и есть?

Я заметила, как губы девушки изогнулись в ухмылке. Снова.

Настала полная тишина, я отчетливо слышала свой участившийся пульс. Волнение нахлынуло волной. Еще дольше принимать решение нельзя, Коннор?!

— За, — будто прочитав мои мысли, объявил блондин.

— Мистер Линфорд, вы уверены? — Бредсберри изменился в лице, краешки тонких губ опустились, формируя презрительное выражение.

Коннор напрягся и, скрестив руки на груди, кивнул.

— Что же, следуя правилам голосования, Академия должна предоставить обвиняемому суд с правом на адвоката, — Бредсберри со скрипом отодвинул свое массивное светлое кресло и отошел к окну, что позади него, хищно вглядываясь куда-то в сад. — Можете быть свободны. — Все встали, кто-то хмыкнул, я же даже не знала, радоваться мне или наоборот. — Мистер Линфорд, вас я попрошу остаться. — Я перевела обеспокоенный взгляд на Коннора, который остановился и ждал, пока остальные удалятся.

Вот черт.

* * *

Вылетев из кабинета, я, не глядя ни на кого, понеслась к себе в комнату, по пути невольно расталкивая людей.

В спальне меня уже ждал Сэмми. Хоть я и обрадовалась его присутствию, все же отметила про себя, что пора бы научиться запирать дверь.

Я была жутко зла такому повороту событий. Мало того, что на меня совершили покушение и я, а не кто-то другой, спасла ту девушку, так теперь еще все пытались обвинить меня во всем, чего я не делала. Это удар по моему самолюбию.

Еще и Джозефф, черт бы его побрал, не верил мне? Неужели они думали, что я могла убить своего друга, Теодора, и ранить незнакомую девушку? Я, конечно, не люблю жрецов, но не настолько.

— Что они сказали? — поинтересовался Сэмми.

Хмурое выражение никак не сходило с его лица.

— Та блондинка сказала, что это я пыталась ее убить, — я изможденно потерла глаза. Взор затуманился от неистовой ярости и обиды. — Она совсем из ума выжила? Я ее не трогала!

Друг задумчиво потер подбородок и неуверенно предположил:

— Должно быть, на нее наложили заклинание.

Я подошла к окну, которое как раз выходило в сад, туда, где все вчера и случилось, и больно впилась ладонями в край подоконника. Ненавижу…

— Нет. Даркхи так не умеют, — я откинула мысль Сэмми в дальний ящик своего разума.

Я на сто процентов уверена, что незнакомец был темным жителем. Я видела его магию.

— Так может, у него был напарник?

Меня будто парализовало. Слова друга эхом отдавались в голове снова и снова.

Именно! Вот, что я упустила. У него был соучастник в лице жреца. Предатель, который готов пожертвовать своими людьми ради моей смерти. Вот чокнутый.

Но почему?

Внезапная радость озарила меня. Я бросилась обнимать Сэмми.

— Ты мой маленький гений, — пролепетала я.

Он театрально вздохнул, наверное, ему не понравилось прилагательное, которое я подобрала, но все же ответил на мои объятия.

— Мы же сможем проникнуть в голову блондинки и узнать правду? — с надеждой промямлила я.

Парень немного замешкался.

— Эм… Я никогда не пробовал, но думаю да.

Я отодвинулась от него и захлопала в ладоши, словно маленький ребенок.

* * *

Сразу после обеда, мы с Сэмми отправились в больничное крыло.

Пожилая медсестра, увидев меня, нервно дернулась и испуганно захлопала ресницами.

— Я вас не пропущу, — сказала она, пытаясь сохранять отстраненное выражение лица, но голос ее дрожал.

Женщина так побелела, будто призрака увидела.

— Нам нет до этого никакого дела, — безразлично ответила я и прошла мимо. Она даже не пыталась меня остановить, а только отскочила в сторону.

Я уверенно продвигалась к нужной палате, слыша, как Сэмми шепчет слова извинения старушке.

Распахнув дверь больничной палаты, я подождала пока друг догонит меня и наконец-то зашла внутрь.

Что ж, пострадавшим здесь было лишь смятое одеяло. Аделина Портер выглядела же просто отлично. Глаза светились жизнью, здоровый румянец грел ее щеки, мягкая полуулыбка озаряла лицо. По ней и не скажешь, что вчера девушка была практически трупом.

Заметив меня, уголки ее губ опустились, а взгляд стал чересчур враждебным.

— Выйди из палаты, Эвелин Воланд, — холодно отрезала девушка.

От ее тона мне стало не по себе. Хм, вчера Аделина была менее дерзкой. Может, мне стоило напомнить ей благодаря кому она все еще жизнеспособна?

— Я ненадолго.

Решительно подойдя к ней, я схватила ее за руку.

— Что ты делаешь? — прошипела она, выкручивая запястье из моей хватки.

— Перестань! — приказала я и постаралась сосредоточиться на ее зрачках, однако девушка постоянно крутилась, от чего мне не удавалось проникнуть в голову Аделины.

— Сэмми, помоги мне, — взмолилась я, стараясь унять несносную жрицу.

Парень предусмотрительно затворил дверь и подошел ко мне.

Аделина в это время дрыгалась и прыгала с места на место. Я всем своим телом придавила ее к кровати, а Сэмми схватил ладонями голову девушки, разместив подушечки больших пальцев на висках.

Блондинка все еще продолжала сопротивляться, но с каждой секундой становилась спокойнее и смиреннее.

Когда Аделина в конец расслабилась, а ее взгляд был устремлен прямо перед собой, я без особых усилий проникла к ней в голову.

Мысли девушки несколько отличались от тех, что я видела прежде. Впервые меня посетила мысль, что они, вполне возможно, у всех разные. Здесь они все были черно-белые.

Вот вчерашний вечер. Четыре девушки стоят у лестницы, весело щебеча о чем-то. Затем некто, я не смогла разобрать по голосу, позвал подружек обратно в зал, веля Аделине ждать здесь.

Девушки в красивых платьях поспешили наверх, оставляя моего «двойника» в одиночестве.

Вскоре, из-за тени деревьев появилась я! Тихо подкравшись к жрице сзади, я зажала ей рот и воткнула кинжал в живот.

Выскользнув из сознания девушки, я с ужасом пролепетала:

— Там все лишено цвета. Что-то не так.

Нахмурившись, Сэмми повернул лицо Аделины так, чтобы мы оба смогли увидеть ее воспоминания.

Теперь мы вместе с Сэмми наблюдали за черно-белой картинкой моего «нарушения» снова и снова.

Примерно после третьего раза замкнутого круга Сэмми это надоело и он, схватив меня за запястья, начал читать заклинания. Слов я не знала, поэтому просто стояла вслушиваясь в его монотонный голос.

Постепенно цвета начали возвращаться, а туман рассеиваться. Мысли Аделины стали сбиваться и путаться, как изображения в старых телевизорах.

Сэмми продолжал шептать непонятные мне слова, а я в это время наблюдала как правда начинает проясняться. Опять девушки возвращались на бал, однако на этот раз из стороны появилась не я, а человек в черном балахоне в тем самым ножом в руках.

Незнакомец бесшумно подошел к