Волчий Рубин - Ольга Гребнева

Механизм замка не поддавался, и Влад готов был уже высаживать дверь плечом, когда заметил, что она довольно свободно ходит внутри косяка, слегка смещаясь вперёд-назад. Парень ещё раз подёргал за ручку, чтобы увериться в своих предположениях:

— Дурак! Замок-то открыт, но засов задвинут!

Он сейчас же сменил тактику: просунув клинок в щель между дверью и притолокой, постарался приподнять запирающую деревяшку и скинуть в сторону. Попыхтев минуты три-четыре, Влад с ликованием возвёл глаза к небу, подумав о том, что Бог есть и он на его стороне. Неосвещённый коридор уходил куда-то вглубь здания.

— Вперёд! — мотнул головой Влад, уступая дорогу пленнику. Чезаре безропотно ступил в сумрачные стены. — Где тут ближайшая лестница? Нам ведь вниз надо, в подвал?

— Сейчас прямо по коридору будет столовая для прислуги, пройти через неё, потом, если я правильно помню, направо…

— Эх, темнотища-то! — Слабые отсветы луны с улицы еле-еле освещали только пару метров от порога. — Здесь факелы никто не оставил. Как непредусмотрительно!

— Коридор прямой, не заблудимся, — ответил Чезаре. — Идти недалеко.

Юноша очень надеялся, что удастся зайти за спину своему пленителю и приложить того по затылку. Однако мечтам не суждено было сбыться. Пришлось идти по тёмному коридору, указывая дорогу врагу. Чезаре внутренне проклинал себя за то, что делает, но сейчас жить хотелось просто отчаянно. Схлынул адреналин битвы, который вёл на верную смерть там, в лесу, и остался только инстинкт самосохранения. Он понимал, что, чем дальше ведёт своих противников в сердце Ватикана, тем труднее будет потом найти оправдание самому себе. Но против вооружённого, сильного и здорового Влада было бесполезно бороться в открытую, верная смерть. Значит, надо выждать момент, когда можно будет нанести неожиданный удар.

Откровенно говоря, такой вариант тоже мальчишке был не по душе. Всегда презиравшему подлые приёмчики, ему было очень неуютно от мысли, что придётся их применять самому. Жизнь заставит. Пытался утешить себя мыслью: «Против еретиков все средства хороши!», но червячок сомнения не переставал ползать в сердце.

По на удивление безлюдным помещениям (навстречу не попалось ни одного заспанного слуги, не говоря о стражниках!) Влад передвигался почти на ощупь. Мальчишка же шёл так, как будто у него прибор ночного видения включен. «Наверное, просто часто здесь бывал», — подумал Влад. До комнаты с огромным столом посередине («Видать, многочисленная здесь прислуга».) добрались без приключений. Здесь тускло коптила одинокая свеча, капая воском на столешницу: или забыли затушить, или скоро вернутся. В столовой обнаружился только один выход, кроме той двери, в которую они вошли.

— Туда? — всё-таки уточнил Влад. Мало ли, может, тут тоже какие-нибудь секретные ходы есть.

Пленник молча кивнул. В зрачках мелькнул непонятный огонёк. Если бы это произошло в другой ситуации, то Влад определил бы его как радостный, но причин для восторга у Чезаре вроде не наблюдалось.

«Вот сейчас. Он уже отворачивается». Времени на раздумье больше не оставалось. Другого шанса может не представиться. И Чезаре сделал выбор, решив, что лучше пусть его будет всю жизнь грызть совесть, чем позволить врагам добиться своей цели.

«Ух ты, даже не заперта», — подивился Влад. Положительные эмоции ещё не успели оформиться, а чувство опасности заверещало резаным поросёнком. Парень резко отпрянул в сторону от дверного проёма. Хорошо, что по старой привычке, оставшейся, по-видимому, из прошлой биографии, стоял не напротив входа, а ближе к притолоке. Арбалетный болт разминулся с телом буквально на сантиметры. Одновременно, не успел парень сообразить, как ему повезло, на затылок обрушился оглушающий удар. Перед глазами вспыхнули разноцветные пятна, пол качнулся под ногами, но Влад рефлекторно двинул локтём назад, врезаясь во что-то мягкое, развернулся и, по-прежнему ничего не видя из-за мельтешащих искр, ударил туда, где должно располагаться лицо противника.

Дверь с негромким стуком захлопнулась. В ушах морским прибоем шумел пульс, но зрение прояснилось. Чезаре валялся на полу без сознания.

— Идиот малолетний, — прошипел Влад, растирая виски. Теперь головная боль обеспечена на всю ночь, если не на несколько дней. — Сам я тоже хорош. Видел же, что он мне нарочно бдительность усыпляет, а всё равно спиной повернулся.

Парень порылся в вещмешке, вытащил остаток верёвки, снова скрутил пленнику запястья. А заодно нашёл аспирин и выпил пару таблеток в надежде заглушить молоточки, стучащие по черепу. Видя, что Чезаре приходит в себя, сказал:

— Ну и какого чёрта ты это сделал?

Мальчишка хлюпнул сочащейся из разбитого носа кровью и задал встречный вопрос:

— А тебе доводилось когда-нибудь предавать своих?

— Не помню, — честно ответил Влад.

— На моём месте ты поступил бы так же!

— Про дорогу к лестнице соврал, небось?

Чезаре угрюмо молчал, тем самым только подтверждая предположение Влада.

— И ловушка наверняка не последняя? — вопрос был скорее риторическим.

Негромкие шаги раздались с той стороны, откуда они пришли. Влад наложил стрелу на тетиву, приготовившись встретить врага, прицелился точно в дверной проём, и появившаяся на пороге человеческая фигура мешком рухнула на пол. Мужчина в простой одежде, очевидно, слуга. Признаков жизни не подаёт, наповал. Парень вновь потянулся к колчану, вдоль хищно блестящего наконечника взглянул в лицо пленнику:

— А ты что сделал бы на моём месте? — выдержал паузу, безуспешно дожидаясь, что Чезаре отведёт глаза.

— Ненавижу… Сколько ещё людей должно погибнуть, чтобы твоя ведьма жила?

— Вставай.

Влад спрятал стрелу обратно, захватил свечу со стола и подтолкнул мальчишку к выходу:

— Открывай.

Чезаре не пошевелился.

— Ловушка многозарядная? — хмыкнул Влад. — Я прав? Можешь не отвечать, и так ясно.

Отодвинул пленного в сторону, ткнул лицом к стене.

— Дёрнешься, шею сверну.

Влад медленно потянул дверь на себя, закрываясь ей от выстрела. Болт свистнул мимо и воткнулся в косяк противоположной двери. «Ничего себе, — присвистнул парень про себя. — Вот это арбалет там установлен. Баллиста целая…» Он подождал немного, ничего не происходило. Адреналиновый холодок крался вдоль позвоночника, покалывая остренькими коготками.

— Знаешь, думаю, первым пойдёшь ты, Чезаре.

Свечу Влад сунул в руки пленному, кинжал блеснул в опасной близости от горла мальчишки. Прикрываясь лучником, как живым щитом, он вышел в новый коридор. Вдали слева горел чадящий факел, справа было темно. Стены кое-где закрывались гобеленами со сценами из Священной истории. Влад напряг слух, но ничего не смог расслышать.

— Так в какую сторону лестница?

— Налево.

Подсвечник в руках Чезаре ходил ходуном, горячие капли воска время от времени падали на пальцы, но мальчишка словно не замечал этого. Слабый огонёк колебался, грозясь вот-вот погаснуть.

— Вперёд, — Влад толкнул пленника в спину, и тот вынужден был сделать первый шаг в такой