Ты и Я переписаны - Чип Понс

Она обнимает меня за плечи. —А что именно ты чувствуешь?

Я не хочу признаваться в этом. Потому что как жалко будет признаться, что

прошлой ночью я впервые почувствовал что-то большее. Что это был

первый раз, когда я захотел чего-то большего от кого-то другого. То, чего я

всегда больше всего желала в этом мире — любви, стабильности, страсти

— все это стало казаться таким близким, как только Грэм прикоснулся ко

мне. И если я потеряю это? Не знаю, смогу ли я пережить это снова.

—Не знаю, Клэр… всё с Грэмом как-то усиливается, — говорю я тихо, наклоняясь к ней. —Я просто чувствую, что то, что у меня с ним, — это

что-то важное. Как какой-то момент, который слишком хорош, чтобы быть

правдой, и который всегда заканчивается полным разбиванием сердца.

—Грэм не такой… о, вспомни солнце, вот и лучик! — говорит Клэр, плавно переводя разговор, когда сам Грэм, в своем элегантном угольном

костюме, появляется в нашем отделе с руками в карманах.

—Доброе утро, Грэм… как приятно снова вас видеть. И в этот раз ещё и в

одежде!

Я сдерживаю желание аккуратно потянуть её гладкий хвостик. Как бы мне

ни нравилось видеть, как он снова надевает свою одежду с прошлой ночи, его волосы растрёпаны, и он выглядит как мужчина, который улыбается, проходя через “позорное возвращение”, но когда я вижу его снова в

идеально выглаженной рабочей рубашке, моё сердце пропускает удар.

—Доброе утро, Клэр. —О, вот и вернулся Грэм в свой рабочий стиль. Его

тон спешный, явно он хочет сразу перейти к делу. —Можешь связаться с

твоим контактным лицом в агентстве Howell Literary? Кажется, у нас

возникли проблемы с контрактами нескольких авторов, и мне нужно

быстро разобраться с этим.

—Займусь!— Клэр слезает с моего стола и направляется обратно к своему, явно услышав обеспокоенность в голосе Грэма.

—Спасибо… Доброе утро, Уилл, — говорит он с едва заметной улыбкой, прежде чем быстро развернуться и направиться к своему столу.

—Эм, да… доброе утро, э—э, сэр! — кричу я ему вслед и тут же начинаю

ненавидеть себя. Сэр? Серьезно?

Не могу быть уверен, потому что он повернут спиной ко мне, но мне

кажется, что Грэм смеется надо мной, когда он заходит в свой кабинет. Нет, он точно смеется надо мной.

Поворачиваясь к Клэр, абсолютно опозоренный, я чувствую, как моё лицо

становится ярко-красным.

—О, мой маленький жучок, — говорит она самым материнским и

одновременно насмешливым тоном. —Тебе точно нужно научиться

собираться с мыслями в офисе теперь, когда ты видел его полностью

голым.

Вряд ли мне удастся собрать себя в кучу. Думаю, я могу с уверенностью

предположить, что Грэм получил удовольствие прошлой ночью — не раз.

Но имеет ли это значение? Если честно, он фактически мой босс, и я не

знаю, хотим ли мы оба, чтобы это как-то переплелось с работой. К тому же

Клэр уже говорила мне, что этот мужчина полностью отдан своей работе.

Очевидно. Если быть честным с собой, я не вижу, чтобы он хотел от меня

чего-то большего, чем случайную ночь.

—Ты сама говорила, Клэр, — говорю я, стараясь вернуть своё внимание к

работе перед собой. —Он весь в бизнесе.

Но есть очень маленькая часть меня, которая надеется — молится — что я

ошибаюсь. Потому что если существует хоть малейший шанс на что-то

большее с Грэмом, я готов рискнуть.

К счастью, оставшиеся часы моего рабочего дня сливаются друг с другом, и я не могу сказать, что происходило в офисе. Все мои мысли поглощены

сомнениями, пересекли ли мы с Грэмом какую-то воображаемую черту

или же прошлая ночь — просто трагический случай с одной ночью. За

исключением нашего ужасного столкновения с “сэром”этим утром, пути

Грэма и мои редко пересекались сегодня — и это отлично сказывается на

моей саморазрушающей тревоге, кстати — а когда они и пересекались, все, что я хотел, это либо вплести руки в его волосы и целовать его часами, либо заставить его ответить, нравлюсь ли я ему... или нравлюсь ли ему по-настоящему.

Знаешь, как маленький ребенок.

Лана прислала несколько правок к главе, над которой мы долго работали, и

я провел оставшуюся часть дня, читая их на предмет плавности и

согласованности, прежде чем завершить день. Забавно, но несмотря на все

первоначальные трудности в нашем рабочем взаимодействии, с Ланой у

нас быстро выработался свой собственный ритм. Такой, который не похож

на отношения с кем-либо еще, но в то же время настолько знакомый.

Может быть, это потому, что я так глубоко переживаю те главы, которые

она мне отправляет, или, возможно, просто у неё такая успокаивающая

личность. В любом случае, после каждого разговора с Ланой я чувствую, что знаю её гораздо дольше, чем на самом деле. Возможно, мы соулмэйты.

—Ты не поверишь, какой день у меня был, — его усталый голос вырывает

меня из параграфа, который я читал уже в который раз, заставляя моё

сердце подпрыгнуть. Грэм входит в нашу теперь пустую часть офиса, его

улыбка становится всё шире с каждым шагом, и как только он оказывается

на расстоянии вытянутой руки, все сомнения и неуверенность, возникшие

после прошлой ночи, почти исчезают. Пока что.

Не испытывая ни малейшего колебания, несмотря на то, что мы не совсем

одни в офисе, он целует меня в щеку. Ожог от его щетины согревает

каждую клеточку моей кожи, и я не могу скрыть улыбку, которую это

вызывает. Задержавшись на мгновение, я чувствую и слышу, как он

выдыхает, избавляясь от напряжения, которое, наверное, тянул за собой

весь день. —Привет, красавчик... как же я ненавижу, что я так мало видел

тебя сегодня.

—Я... я думала, может быть, ты..., — я смотрю вниз, но Грэм не глуп. Я

уверен, что то, что я пытаюсь сказать, написано у меня на лице. Он берёт

мою руку, крепко сжимая её в своей. Самый простой жест, но именно он

держит меня на плаву, пока мы не сделаем этот шаг вместе. —Ты хочешь

уйти отсюда и поужинать?

Встретив его тёплый взгляд и озорную улыбку, я встаю, не отпуская его

руки. Чувство облегчения, настолько сильное и желанное, что оно едва не

вызывает слёзы, накрывает меня. Я знаю, что я могу быть нелепым, особенно когда погружаюсь в свои мысли, но за последние несколько лет я

старался перестать наказывать себя за то,