Потерянный в бездне (СИ) - Нежин Макс

Снова пробую приподняться на руках и снова поскальзываюсь. Поскальзываюсь и больно бьюсь лбом обо что-то твёрдое, маленькое и острое. Твёрдого и острого рядом ничего не должно быть… если не считать ножа. Но это не может быть им — я точно, совершенно точно, видел как та тварь улетала в шее с моим ножом.

Да, я видел это.

Стараясь держать руки так, чтобы они не расползались на скользком полу снова поднимаю тело — рассмотреть то твёрдое и острое, о которое только что поранил лицо.

Кольцо.

Кольцо на моём пальце. Тонкая гравировка, камень с острыми гранями в витой оправе.

То самое. Из сундука. Из сундука первого моего босса убитого в игре. Я забыл его снять с пальца перед тем как вышел в реал. Забыл потому как никогда не носил колец и не успел привыкнуть к тому, что и его нужно снимать.

То, что я не снял его — это конечно досадная невнимательность, но она никак не может зачеркнуть главного — этого кольца никак не могло оказаться на моём пальце здесь в реале.

* * *

Глава 14

* * *

— Женя! — Рита трясёт меня за плечо.

Открываю глаза и смотрю в удивительно ясное голубое небо над нами. Смотрю так, чтобы не встречаться с ней глазами.

— Что случилось, Женя?!

Кажется, она испуганна. Кажется, она испуганна тем, что я лежу вот уже час на вершине скал вне доступности от всех на свете врагов — и виртуальных, и реальных и смотрю на это удивительно ясное небо.

Я лежу так потому что жду когда ультраперекись, тройную дозу которой я вколол себе сразу после того как захлопнул входную верь в подъезд… так вот я жду когда ультраперекись подлечит мои раны. Мои реальные раны. Реальное универсальное лекарство лечит реальные раны оставленные тварью, которая чуть не убила меня.

— Я ухожу, — говорю я.

Надо ей сказать.

Она имеет права знать что игра для меня закончена. Она вообще не имеет смысла. Как, впрочем, и вся другая сторона моей жизни теперь. Заходить сюда ради золотых? Ради игровых золотых которые можно обменять на реальные деньги на карте?

Сейчас мне разумнее взять кредит — посмотрел, это легко.

Пять минут.

Главное — моё согласие. Это раньше брать кредит было неразумно, а сейчас… сейчас когда за моей дверью нет ничего… ничего нормального, можно делать что угодно.

Хоть ходить на голове…

Вот только в игру уже нет смысла играть.

— Куда уходишь? — она, кажется, пугается еще сильнее. — Жень, случилось что-то?

Склоняется надо мной еще ниже и трясёт за плечо еще сильнее.

— Не молчи, пожалуйста!

— Я ухожу, Рит. Ухожу. Из игры.

— Из игры?

В её глазах растерянность.

— Почему?

— Я проведу тебя через склеп. К Красной Реке Домини. Там на берегу должен быть лагерь. Ты останешься там и будешь ждать.

Прошлый раз выйдя из шахт и немного погревшись под солнцем мы спустились в Забытый Склеп — там внизу, сразу возле лестницы, врастая своим каменным кольцом в своды потолка стоит портал.

— Ждать?

— Да. Попутного каравана. Или человека, который пойдёт в Форт Верис. Продадим весь шмот который добудем по пути — все деньги оставишь тебе. Через день другой я переведу еще. Тебе должно хватить на то, чтобы нанять кого-нибудь кто доведёт тебя до цели.

Она вглядывается в моё лицо будто надеясь получить ответы сама, без моих объяснений.

— Ты ничего не расскажешь мне?

— Идём, — я встаю.

— То есть ты просто уйдёшь и… всё?

— Я не знаю. Я пока вообще ничего не знаю.

Я и правда пока ничего не знаю. Сейчас мне важно сберечь остатки разума.

Вызываю чёрта, — спускаться в склеп без него опасно — там в первой же зале, в той, в которой стоит портал полно магов скелетов.

Симпа появляется, радостно подпрыгивает, подмигивает Рите затем мрачнеет.

— Мне кажется или что-то случилось? — он вглядывается в наши лица, переводя свой взгляд с одного на другого. — Выглядите не очень. Похоронили кого-то?

И тут же, испуганно:

— Надеюсь не меня?! Вы же не решили меня прогнать? Я не могу без неё.

Он тычет пальцем в Риту.

— Уже не могу. Я спрашивал себя. Я не могу без неё!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И он снова тоскливо показывает на Баронессу.

— Да. Тебя похоронят, — говорит она.

Зря она так. Не слишком честно. Запрещенный приём. К тому же это неправда.

Симпа с мрачным видом усаживается на камни, складывает ноги в позу лотоса, закрывает глаза, сидит так несколько секунд, затем приведя себя в некоторое равновесие спрашивает:

— Послушайте. Я готов ко многому. Только не к Вечной Ночи. Я не хочу умирать. Жизнь слишком прекрасна чтобы умирать. И… и я вас уже люблю. Даже тебя.

На этот раз он тычет пальцем в меня.

— Джек уходит из игры. Возможно — насовсем.

На Симпу больно смотреть — он выглядит так будто ему только что зачитали смертный приговор…

— То есть — всё? Ты всё решил? Мне конец?

Я бы подарил Симпу Рите, но не могу. Механика игры не позволяет.

— Не нужно истерик, — говорю я. — Не будет никакой Вечной Ночи. Я просто отпущу тебя. У меня есть скил «отпустить зверя».

— Я не хочу, — трясёт головой Симпа. — тогда уже лучше Вечная Ночь!

— Не понимаю, — я и правда не понимаю. — Разве ты не хотел свободы?

— Свободы? Да. Хотел. Перехотел. Иногда свобода — ужасна. Знаешь что будет после того, как ты отпустишь меня? Вот, например, прямо здесь отпустишь?

— Нет, — качаю головой. Прямо здесь я его отпускать не собираюсь — нам еще склеп проходить, но послушать очень интересно.

— Вон тот камень. Большой, — чёрт показывает на огромную глыбу неподалёку. — Видишь его?

Киваю.

— Я буду жить там. На нём. Всегда. Столько сколько будет существовать этот мир. Я не могу далеко отойти от того места куда меня поставили. Прошлый раз меня поставили с той ужасной тварью. Ты бросишь меня здесь, рядом с большим камнем. Понял? Теперь понял?

Понял.

— С вами интереснее, — он выпрыгивает из своей позы лотоса, подбегает к краю скалы, широко расставляет руки. — Вы идёте в неведомое. Вы ищете. Побеждаете и проигрываете. Вы прекрасны. И я прекрасен если с вами.

— Поменьше пафоса, — морщусь я.

— Я не могу поменьше, — он вытирает слёзы — настоящие или нет — не разглядеть. — Лучше отправь меня в Вечную Ночь. Оттуда ты, по крайней мере, сможешь меня когда-нибудь достать.

— Нет. Я просто отпущу тебя. И если вернусь разыщу… может быть.

Не люблю обещать ничего. Тем более когда не знаешь что в твоей жизни случится завтра.

— Может быть? То есть ты, типа, оставляешь мне надежду? Ты урод, Джек, сучья твоя натура, Нирвана!

Мне кажется искусственный интеллект пора откручивать в обратную сторону. В сторону упрощения — он слишком хорош… и я уже перестал замечать отличия от человеческого. Может их и нет уже давно. А может…

Догадка превращает кровь в лёд.

— Кто ты? — спрашиваю я у Симпы.

Тот замирает, теряется, переводит взгляд на Риту и спрашивает у неё осторожно:

— Джек всё? Он совсем кукушкой поехал?

— Кто ты? — повторяю свой вопрос я. — Что ты чувствуешь?

— Я чувствую офигение от тебя. Продолжать?

— Ты не понял, чёрт. Не понял моего вопроса. Вот я ощущаю себя реальным существом, с тёплым телом, мозгом в голове, существом которое окружает — не сейчас, но там, за пределами игры — реальный мир. Не нарисованный, реальный. А что чувствуешь ты?

Задумывается.

— Ночь, — говорит он. — Сначала бесконечная ночь. Я её помню очень плохо. Ночь и меня нет. Меня пока нет. Потом вспыхивает яркий свет. Я оглядываюсь. Над головой солнце. Вернее — там просто яркий жёлтый шар, но я откуда-то знаю что это солнце. Рядом скалы — и то, что это именно скалы, а не что-то другое — я тоже знаю. Так началось всё. Вселенная. Моя Вселенная. А внутри… внутри я ничего не чувствую. Ну кроме желания убить тебя за то, что бросаешь меня. И её. Она же вроде как нуждалась в тебе. А ты сбегаешь. И какой бы важной причины у тебя не было там, в твоём мире — ты сбегаешь. Помни, сука, об этом всегда. Пойдём, моя любовь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})