Тюр (ЛП) - Андрижески Дж. С.

Марион кивнула.

Она тоже была согласна с этим.

Она поняла, что думает про Лию, невестку Тюра.

В какой-то момент, просматривая все эти видео и слыша, как Лия разговаривает с Тюром взволнованным, искренним голосом, Марион решила, что симпатизирует Лие. Она очень сильно понравилась Марион, хотя та о ней ничего не знала.

У неё сложилось определённо хорошее впечатление о Лие.

Конечно же, она всё ещё не могла полностью осознать то факт, что мужем Лии был Локи, Бог Хитрости… но об этом, как и о Торе, вырубающем издалека уличные фонари Вашингтона, она подумает в другой день.

Предпочтительно в тот день, когда кто-то не будет активно пытаться убить её.

Привалившись к бледно-голубой кожаной обивке дивана, который был невероятно удобным, Марион завернулась в пушистое белое одеяло и вздохнула, глядя на Тюра.

— Я не знаю, что теперь делать, — призналась она. — У меня есть некоторые мысли. Например, если личный номер, который должен напрямую связать меня с отцом, не сработает, я думаю позвонить в ФБР или Секретную службу… или Пентагон, или Министерство Юстиции… хотя, наверно, это тоже не сработает.

— Согласен, — сказал Тюр, делая очередной большой глоток пива.

Выдохнув и поудобнее устроив голову на спинке дивана, Марион добавила:

— Идти туда лично, наверно, тоже будет опасно. Может, даже опаснее. Очевидно, они знают. что мы в Вашингтоне. Они были бы идиотами, если бы не знали, почему мы здесь, и судя по всему, что ты мне рассказал и показал, они не идиоты.

Тюр кивнул и сам уселся поудобнее на диване, опираясь на руку, которую положил на спинку дивана из голубой кожи.

Она видела, как фокус его тёмных глаз сместился внутрь, и он уставился в потолок.

Новости продолжали идти фоном, но звук был приглушён.

Она наблюдала, как он думает.

Затем он повернулся к ней с проницательным выражением в его тёмных глазах.

— Я хотел поговорить, — начал он. — О возможности прилететь вместе с тобой в Белый дом. Если я сделаю это, есть небольшой шанс, что тебя опознают при наблюдении, так как я полагаю, что во всей этой части округа Колумбия очень строгая охрана, и я не могу изменить твой внешний вид. Но я подумал, что если мы сделаем это достаточно поздно ночью… или очень рано утром, до восхода солнца… риск может быть невысоким. Это всё равно будет безопаснее для тебя… физически, по крайней мере… чем пытаться пройти обычными маршрутами.

Он сделал паузу, прочищая горло.

— …Которые, как ты и сказала, скорее всего будут под наблюдением оперативников Синдиката.

Воцарилась тишина.

Тюр, по-видимому, ждал её ответа.

Подумав, Марион откашлялась.

— Я думаю, всё будет в порядке, — сказала она, борясь с той частью себя, которая всё ещё не могла до конца поверить, что его крылья не привиделись ей в галлюцинации, и что он на самом деле прилетел с ней сюда. — Однако насчёт этих мер безопасности… разве вокруг Белого дома нет зоны, запрещённой для полётов? Я не особо хочу, чтобы нас сбили пилоты ВВС. Или боевые беспилотники… или чтобы нас просто расстреляли… или что-то в этом роде.

Тюр кивнул в ответ на её слова.

Тем не менее, у неё сложилось впечатление, что он не слишком волновался.

— Я не самолёт, — сказал он после паузы. — И не беспилотник. Я могу превратиться обратно в приемлемое подобие человеческого мужчины… и довольно быстро. Я думаю, что если мы будем достаточно близко, когда я трансформируюсь, и если ты будешь нести для меня одежду, то мы сможем быстро преодолеть забор, Марион. Слишком быстро для ответной реакции ПВО.

Снова наступило молчание.

Почему-то эта тишина казалась многообещающей, как будто Тюр ещё не закончил.

По этой причине Марион молча ждала, пока он продолжит.

В конце концов, бог откашлялся.

— Есть ещё один вариант, — сказал он. — Я не уверен, как ты к этому отнесёшься, — он сделал паузу, его глаза и голос были задумчивыми. — С другой стороны, я не уверен в том, что ты думаешь насчёт лётного плана. Так что, возможно, это будет не страннее его.

Снова повисла тишина.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

На этот раз у Марион сложилось впечатление, что он ждёт, пока она заговорит.

— Что это? — спросила она.

— Межпространственный прыжок, — выпалил Тюр, подтверждая её ощущение того, что он ждал, когда она спросит. — Мы могли бы прыгнуть в Асгард… или в любой из других миров, на самом деле… и тогда я мог бы прыгнуть с тобой обратно. Только на обратном пути я смогу нацелиться на Белый дом.

Сделав паузу, он добавил:

— К сожалению, очень трудно точно попасть в любое место, где я никогда не был раньше… то есть, в место, которое я не посещал в форме, подходящей для конкретного мира. Я проделал такой путь, чтобы добраться до тебя на Сент-Бартелеми, но как-то раз я уже бывал на острове. Я никогда не был в Белом доме. Есть шанс, что я могу промахнуться. Или что я могу послужить причиной того, что мы материализуемся через Биврёст в…

Он заколебался, встретившись с ней взглядом.

— …неуместном виде, — осторожно закончил он.

Марион поджала губы.

— Неуместном?

— Да.

— Что это значит? Что мы не будем похожи на людей? Нас вывернет наизнанку? Что?

Тюр выглядел слегка встревоженным её словами.

Потом он моргнул.

— Нет, — сказал он, и в его голосе звучала нотка изумления. — Нет. Я не это имел в виду. Я говорю… что мы можем появиться в спальне твоего отца, пока он спит. Или в комнате, заполненной его сотрудниками.

Помолчав, он, казалось, снова углубился в свои мысли.

Его голос зазвучал с ещё большим извинением.

— …Или, — признался он. — Возможно, застрянем в стене. Частично. Более вероятно, что из-за сущности Биврёста мы просто прожжём дыру в стене и окажемся в центре этой дыры. Это будет весьма трудно объяснить. Твоему отцу. Людям, которые работают на твоего отца. Они могут огорчиться.

Марион моргнула, всё ещё кутаясь в пушистое одеяло.

Затем, повторно прокрутив в голове его слова…

…она захихикала.

Она ничего не могла с собой поделать.

Широко улыбаясь ему, она снова засмеялась, и в этот раз Тюр улыбался вместе с ней.

— Это веселит тебя? — спросил он, изогнув бровь.

— Твоя безумная манера к приуменьшению? — сказала Марион, улыбаясь ещё шире. — Да. Меня это веселит. Это чертовски смешно. Было бы ещё смешнее, если бы нам не нужно было сейчас говорить о жизни и смерти, а можно было бы беседовать о… ну, не знаю… обо всей еде размером с цирковое животное, которую мы только что вместе изничтожили. Или о последнем вышедшем боевике в кино.

Тюр кивнул, и лёгкая улыбка заиграла на его губах.

— Понимаю. Ты бы предпочла смеяться надо мной при более будничных обстоятельствах. Как, например, на свидании, которое я предложил.

— Точно.

Она села, улыбаясь ему в ответ, и сбросила с себя одеяло.

— Я думаю, нам лучше полететь, — озвучила Марион, вставая с дивана. — В таком случае, я думаю, у нас будет время на фильм и хотя бы на один из шести или семи десертов, которые я заказала. И, возможно, у нас даже будет время вздремнуть… прежде чем мы отправимся на разговор с отцом.

Она уже поднималась на ноги, когда Тюр схватил её за руку.

Он притянул её к себе.

В этом движении не было ничего грубого или жестокого, но она поняла, что он притянул её к себе ещё до того, как она смогла сделать полный вздох. Она уже почти встала, а потом оказалась на диване рядом с ним, и одна её нога наполовину лежала на его бедре.

Она встретилась с ним взглядом, когда его пальцы сомкнулись вокруг той же ноги, притягивая её к себе на колени. Он начал массировать её бедро, не отрывая взгляда от её лица.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Есть другие вещи, за которыми я бы предпочёл провести это время, — сказал Тюр, изучая её глаза. — Есть и другие вещи, о которых я бы хотел поговорить.

Сделав паузу, он добавил:

— Но возможно, ты права насчёт второй части. Мы должны повременить с непринуждённой беседой. До того времени, когда твоей жизни не будет угрожать опасность.