Ириска и Звезда Забвения - Вадим Панов

– Больше я ничего не видел.

– И не слышал, – пискнул из-за стены Джузеппе.

– И не слышал, – повторила Полика.

– И не слышал, – подтвердил силач.

– Ты уходишь.

– Я ухожу…

– Уходи.

– Пошёл вон! – завопил толстяк. И счастливо запрыгал по камере: – Пошёл вон! Вон отсюда! Вон!!

Кияшко вышел. Ключ в замке повернулся, в коридоре послышались удаляющиеся шаги, затем со скрипом открылась дверь, и силач покинул фургон.

– Что это было? – тихо спросила ошарашенная девочка, нервно теребя браслет.

– Ты колдовала, – ответил развесёлый, словно объевшийся сметаны кот, Кавальери. – Поздравляю. Ты заколдовала нашего стража.

– Но я ничего не помню! Ни одного заклинания!

– Не нужно помнить – ты всё равно фея. Ты забыла тексты, но в тебе осталась сила, причём такая сила, что ты сумела выполнить волшебное Плетение из простой травы… Эх! – Джузеппе мечтательно прикрыл глаза. – Если б только у тебя оказались настоящие Коралловые нити! В этом случае мы смогли бы освободить мой цирк.

– Каким образом?

– Не важно, ведь их у нас нет. – Кавальери перестал радоваться и собрался с мыслями, став необыкновенно деловым. – Итак, дорогая, мы знаем, что твой браслет позволяет управлять врагами. Даже таким тупым врагом, как Кияшка… Позови его, прикажи открыть наши камеры, и мы сбежим. Думаю, воинам Закатного Рубежа будет интересно знать, что вытворяет Захариус…

– Мы не сбежим, – медленно ответила Полика, продолжая задумчиво разглядывать браслет. – Какого цвета бывают Коралловые нити?

– Разного, – машинально ответил Джузеппе. – А почему ты спрашиваешь? И почему мы не сбежим? Что происходит?

– На моей кофте рисунок вышит, а не напечатан, – с улыбкой сообщила девочка. – Я думаю, он вышит Коралловыми нитями. На всякий случай.

– Я всегда верил в твою предусмотрительность! – провозгласил толстяк. – Ты – умница!

– Я расплету рисунок и составлю из нитей замечательные волшебные браслеты. – Полика провела рукой по кофточке и тихонько прошептала: – Держись, Ириска, я сделаю всё, чтобы тебе помочь.

Глава XVII

в которой Ириска и Полундра едут во Френцу, а по дороге узнают, что у них гораздо больше друзей, чем они думали

– Не хочу вас пугать, девочки, но все говорят, что начинаются трудные времена, – протянул старый возница и легонько хлопнул вожжами по крупу неспешной кобылки. Кобылка повернула голову, укоризненно посмотрела на старика, но шаг не прибавила, видимо, решив, что хозяин ошибся. – Нас ждёт чуть ли не война.

– С Плесенью? – уточнила Рыча.

– С ней, – подтвердил возница.

– И что, нельзя войны избежать?

– Можно, конечно, но для этого феи должны действовать сообща, а они ругаются. – Старик вздохнул. – Все войны с Плесенью случались, когда феи меж собой ругались. Когда Дворы вместе – они сильны, а когда порознь – тут даже Непревзойдённые ничего не сделают.

– То есть феи виноваты в войнах? – удивилась Ириска.

– Не феи, а их неуживчивость, – поправил девочку возница. – Рано или поздно Дворы начинают ругаться, вредить друг другу, а Плесень только и ждёт, когда повелительницы цветов начнут завидовать перевёртышам, перевёртыши – летающим, а все вместе – Непревзойдённым. А когда девочки начинают ссориться – всегда приходит Плесень. Так говорил мой отец, а ему – его отец.

– Ваш отец был умным человеком, – негромко произнесла Рыча.

– Знаю, – улыбнулся старик. – Ему так говорил дед, а я так говорю сыну.

Девочки встретили повозку примерно на середине горы, когда прошли тропинкой дикий склон и вышли на узкую дорогу, что серпантином спускалась к Френце. Старик фермер из маленькой горной деревушки вёз на рынок сыр и охотно согласился подбросить до города «двух сбившихся с дороги путешественниц» – именно так представилась ему Полундра. Не спросил, почему у «путешественниц» нет ни рюкзаков, ни вообще каких-нибудь вещей, кивнул, указывая на повозку: «Садитесь», и завёл разговор обо всём на свете.

Звали возницу Папаша Чиско, и болтуном он оказался первостатейным.

Поговорили о погоде, о том, что местные волшебницы редко насылали дожди этим летом, из-за чего пришлось тратиться на полив; о том, что запряжённая повозка хоть и медленнее автомобиля, зато надёжнее и привычнее, а машина вообще больше смахивает на колдовскую штучку, чем на творение рук человеческих; ещё помянул недобрым словом герцога Маланского, чьи владения располагались к северу от свободных земель Френцы и который в последнее время вёл себя вызывающе.

«Говорят, у него поселилась ведьма из Плесени, но точно никто не знает…»

А потом разговор плавно, сам собой, перешёл на фей.

– Вы слышали, что случилось в Щебетании Серебряных Ручьёв?

– Да, – чуть помолчав, кивнула Полундра.

Сначала хотела солгать, но передумала, решила, что в обмане не будет смысла.

– Я до сих пор не могу поверить, что они напали на поляну фей, – добавила Ириска.

– Герольды городского головы говорят, что циркачи защищались, – обронил Папаша Чиско, бросив на неё внимательный взгляд. – Сказали, что феям не понравилось их желание встать лагерем возле Щебетания и они стали использовать против циркачей магию.

– Ложь! – хором выкрикнули девочки.

– Вы там были?

– Нет, – опомнилась Рыча. – Но мы твёрдо знаем, что это невозможно.

Они не хотели признаваться, что были в Ручьях, не желая вызывать подозрения случайного попутчика. Ведь девочки не знали, можно ли ему верить.

– Раньше было невозможно, – уточнил старик. – Сейчас феи враждуют между собой, а плохое настроение всех делает агрессивными.

– Нет!

– А герольды сказали, что враждуют. И срывают злость на окружающих.

– Нет.

– А герольды говорят так, – повторил Папаша Чиско.

– Герольды лгут.

– Откуда вы знаете?

Хитрый крестьянин хотел подловить попутчиц, хотел услышать, что они были в Серебряных Ручьях, но девочки сдержались.

Однако кошмарная ложь, которую распространяли циркачи Удомо о случившемся, крепко их расстроила. Девочки замолчали, и какое-то время повозка катилась по дороге лишь под звуки леса да негромкий перестук лошадиных копыт.

– Всё не так, – тихо сказала рыжая. – Но и всё не так, как бывало обычно. Феи не нападали на циркачей, но вы правы: сейчас Дворы не так дружны, как раньше.

– Почему?

– Феи забыли, какими хитрыми и беспощадными могут быть тёмные, и стали относиться к ним так же легкомысленно, как до войны, – неожиданно произнесла Ириска.

– Плесень такого не прощает, – негромко произнёс возница.

– Плесень такого не прощает, – подтвердила Рыча.

– Эх… – Папаша Чиско вздохнул, хотел сказать что-то ещё, но не успел: заболтавшись, они не заметили, как подъехали к посту стражи на опушке, и опомнились, лишь когда один из воинов взял кобылку под уздцы.

– Стой! Проверка документов! – И потрепал всхрапнувшую лошадь по морде.

– Проклятие, – прошептала Полундра.

Тихо прошептала, но старик услышал.

– В Прелести спрашивают документы? – удивилась Ириска. До сих пор ей казалось, что в волшебном мире не может быть ни паспортов, ни пропусков.

– Сиди и молчи, – прошипела рыжая, лихорадочно пытаясь что-нибудь придумать.

Но «что-нибудь» не понадобилось.

Папаша Чиско показал стражнику потертую книжечку паспорта, после чего небрежно махнул рукой на опешивших девочек:

– Они со мной. А для документов малы ещё.

– Кто они тебе? – поинтересовался главный стражник, жестом отправляя помощника прочь.

– Внучки. Везу город показать.

– В первый раз?

– Ага.

– То есть они у тебя совсем дикие? – Начальник поста в упор посмотрел на белокурую Ириску, внешне совсем не похожую на черноволосых местных жительниц. Да и рыжая Полундра, честно говоря, не выглядела девочкой из маленькой горной деревушки. И обе они не походили на старого Чиско. – Никогда во Френце не были?

– Так ведь места у нас глухие, выбираемся редко. – Возница умильно улыбнулся. – А вы кого ловите, добрый господин? Неужто разбойников?

– И разбойников тоже, – задумчиво ответил стражник, продолжая пристально разглядывать Ириску. – Ты, пока по лесу ехал, никого не видел?

– Так вы скажите, кого я должен был видеть, и я сразу отвечу, кого видел, – продолжил улыбаться Папаша. – Потому что если вы не скажете, кого ищете, то я даже не знаю, кого я должен был видеть, чтобы вам правильно ответить о том, кого я видел, а кого нет.

Несколько секунд начальник поста обдумывал длинный и не совсем понятный ответ старика, после чего вздохнул и уточнил:

– Говорят, по нашим горам бегает Непревзойдённая с краденым Страусом под мышкой.

– С Диким Страусом?

– Ага.

– Они ведь небось кусаются?

– Или щиплются.

– И ещё говорят, что они буйные.

– Да уж, не без этого, – усмехнулся стражник. И повторил: – Не видел, значит?