Хроники длинноволосых королей - Сборник

Король Теодорих был неграмотен и столь груб умом, что за десять лет своего правления не смог выучить четыре буквы, чтобы подписывать эдикты. Поэтому он приказал изготовить золотую пластинку с прорезанными четырьмя буквами LEGI, то есть «прочел», и, когда он хотел подписаться, клал пластинку на грамоту и по ней водил пером, чтобы таким образом поставить свою подпись.

Закат власти короля Теодориха

И вот Теодорих, дав консульство Эвтариху, с триумфом вступил в Рим и Равенну. Этот Эвтарих был очень жесток и враждебно относился к католической вере. После этого, когда Теодорих находился в Вероне, произошла распря между христианами и иудеями Равенны, поскольку иудеи, не желая креститься, часто пускались на хитрость, «принимали крещение» и выплевывали облатки в воды реки. И вот народ, за которым не следили ни магистраты, ни король, ни Эвтарих, ни Петр, который в то время был епископом, восстал и сжег синагоги. Нечто подобное произошло и в Риме.

Иудеи тут же отправились в Верону, где находился король, и обратились к Тривану, препозиту спальни, а этот еретик, почитавший иудеев, настроил короля против христиан, и тот тут же повелел, чтобы ради предотвращения пожаров все жители Рима и Равенны отдали деньги на восстановление синагог, которые сожгли, а те, у кого ничего нет или кто откажется платить, должны подвергнуться публичному позору. Повеление было передано Эвтариху, который довел его до Каликста и епископа Петра, так что все было исполнено.

С этого дня дьявол стал под личиной человека наносить государству вред не войной, а способом правления. Так, он тут же приказал разрушить в окрестностях города Вероны часовню Святого Стефана, где находился алтарь. А еще запретил римлянам носить любое оружие, даже ножи.

В это самое время одна бедная женщина из готского племени, упав в схватках недалеко от равеннского дворца, родила четырех драконов. Люди видели, как двое из них полетели под облаками с востока на запад и кинулись в море. У двух других на двоих была одна голова. Появилась звезда с хвостом и сияла в течение пятнадцати дней. Часто происходили землетрясения.

После этого король стал постоянно притеснять римлян, как только находился повод для жалоб. Киприан, который тогда был референдарием, а затем комитом священных [щедрот] и магистром оффиций,[77] движимый жадностью, обвинил патриция Альбина в том, что тот послал императору Юстину исьмо с жалобами на его короля. Когда было устроено [разбирательство], вызвали [Альбина], отрицавшего это, и тогда патриций Боэций, который был магистром оффиций, выступил перед королем так: «Лживо обвинение Киприана. Если Альбин совершил это, то повинны я и весь сенат, лживо [обвинение], Ваше величество».

Тогда Киприан стал выступать не только против Альбина, но и против Боэция, его защитника, и привел [в подтверждение своих слов] лжесвидетелей. Но король был настроен не в пользу римлян и искал способа истребить их, кроме того, он поверил лживым свидетелям, а не сенаторам.

Тогда Альбина и Боэция взяли под стражу и заключили в баптистерии церкви. Король же призвал Евсевия, префекта города Тичино, и тайно передал Боэция в его руки. Тот поспешил убить [Боэция] на Кальвентианском поле, где тот находился под стражей, лоб его опутали струной и так мучили до тех пор, покуда у [Боэция] не вывалились глаза, — вот таким образом он скончался под пытками.

Когда же король возвратился в Равенну, он стал говорить не как радетель Божий, а как враг Его веры и забыл обо всей Его доброте и благодеяниях, которые Он оказывал, уверовал в свою десницу и даже стал считать, что его боится император Юстин; он призвал к себе в Равенну Иоанна, предстоятеля апостольского престола, и сказал ему: «Отправляйся в Константинополь к императору Юстину и скажи ему среди прочего, чтобы он восстановил отлученных в лоне католической веры».

Папа Иоанн ответил ему так: «Я отправляюсь без промедления. Однако этого не могу пообещать тебе, в других же делах, которые ты мне поручаешь, с Божьей помощью преуспею». Король в гневе приказал построить корабль и посадить туда вместе с ним других епископов, а именно Экклезия Равеннского, Евсевия из Фаэнцы, Сабина из Капуи и двух других, а также сенаторов Теодора, Импортуна, Ага-пита и другого Агапита. Но Бог, который не покинул радетелей Его веры, благополучно доставил их [к императору]. Когда Иоанн прибыл к императору, тот встретил его, словно святого Петра, и касательно его посольства пообещал, что будет выполнено все, за исключением того, что воссоединяющиеся с католической верой не могут оставаться арианами. Пока это происходило, Симмах, глава сената, на дочери которого был женат патриций Боэций, был доставлен из Рима в Равенну. Король, опасаясь, как бы кто-нибудь, жалея о роде, не восстал против его власти, обвинил Симмаха в преступлении и приказал убить. И вот Папа Иоанн вернулся от Юстина. Теодорих принял его с неудовольствием и объявил ему о своей немилости. Через несколько дней он [то есть Папа] скончался, и люди [в день похорон] пошли перед его телом. Вдруг один из одержимых демонами упал, но, когда ложе с телом Папы поравнялось с ним, человек поднялся в здравии и возглавил похоронную процессию. Увидев это, народ и сенаторы принялись рвать его одежду на реликвии, так при всеобщей радости тело Иоанна было доставлено к городским вратам.

И вот Симмах, схоластик иудейский, по повелению уже не короля, но тирана, в четверг, 26 августа, в седьмые индикты[78] приказал консулу Олибрию, чтобы с наступлением субботы ариане напали на католические храмы. Но Бог не допустил, чтобы радетели Его веры оказались притесняемы неверными, и приговорил Теодориха к участи Ария, отца этой ереси. Он заболел дизентерией и в течение трех дней ослаб, а в тот день, когда хотел напасть на церкви, потерял и королевство, и жизнь свою. Перед тем как скончаться, он поставил на царство своего внука Аталариха. Еще при жизни Теодорих построил себе гробницу из квадратного камня, творение весьма удивительное, и нашел огромный камень, которым все закрывалось сверху.

Смерть короля Теодориха

Всего Теодорих правил в Италии тридцать два года, и его королевство простиралось от пределов Паннонии до реки Рейна, от Тирренского моря до Альп и Дуная. Он простил повсеместно один модий из тех, что уплачивали как государственную подать, а поэтому говорили: «Король Теодорих полностью возвратил людям налоги за год». [Вышел] императорский декрет, в соответствии с которым нельзя было просить о большем впредь. Он приказал восстановить все города, которые находились в его владениях, и украсить их с удивительным искусством. Он повелел построить три великолепных дворца — в Равенне, Вероне и Павии, которую также называют Тичино. Его королевство достигло процветания, с сопредельными народами был заключен мир. Бургундский король Сигимунд даже женился на дочери Теодориха.

После того как Теодорих приговорил к смерти ни в чем не повинного Римского Папу, апостольного мужа Иоанна, а также без всякой видимой причины повелел отрубить голову патрицию Симмаху, нев Божий обрушился на него, и [король] был убит своим братом Гизерихом. В книге «Диалогов» святого Григория утверждается, что некий священник видел, как понтифик и патриций тащили связанного Теодориха на Сицилию в огнедышащее жерло.

Еще один защитник Римской церкви, которой я служу по Божьей воле, Юлиан, умерший почти семь лет назад, часто приходил ко мне в то время, когда я еще жил в монастыре, и по привычке говорил со мной о полезном для души. Однажды он поведал мне следующее. «Во времена короля Теодориха отец свекра моего поплыл на Сицилию, чтобы наблюдать за сбором податей, и уже возвращался обратно в Италию. Его корабль прибило к острову Липари. Там в одиночестве обитал весьма почтенный человек, и вот, пока матросы чинили корабельные снасти, отец моего свекра, вместе со спутниками конечно, отправился к Божьему человеку, чтобы тот за них помолился. Встретив их, человек Божий среди всего прочего спросил: „Знаешь ли ты, что умер король Теодорих?“ Но они ответили тотчас: „Нет, когда мы отплыли, он был жив, и ничего такого мы о нем до сих пор не слышали“. Слуга Божий поведал им следующее: „Ныне он мертв, вчера днем в девятом часу я видел его, ободранного и полураздетого, со связанными руками, и Папа Иоанн вместе с патрицием Симмахом вели его, и он был сброшен в жерло вулкана, находящегося неподалеку“. Услышав это, они тщательно записали день и час, а возвратившись в Италию, узнали, что король Теодорих умер точно в указанное слугой Божьим время». И поскольку он убил Папу Иоанна в тюрьме, унижая его, а патриция Симмаха умертвил железом, то справедливо, что именно ими он был сброшен в огонь, ибо в [земной] жизни несправедливо осудил их.