Поддайся соблазну - Мара Фокс

Рокси покачала головой.

— Прости, но сейчас не самый подходящий момент.

Джуниор пожал плечами.

— Вообще-то я приехал, чтобы посмотреть, скучаешь ты по Люку или нет. Я думал, что ты его забыла на следующий день. Был уверен, что вокруг тебя толпа ухажеров, которые тебя веселят, но выглядишь ты… не очень.

Рокси выпрямилась.

— Нормально я выгляжу.

— Значит, ты скучаешь по нему?

— Я не скучаю.

Джуниор печально вздохнул. Посмотрел по сторонам, будто не решаясь ей о чем-то сказать.

— Зато он скучает по тебе. Тоскует. Никто не хочет общаться с ним, потому что он только рычит на всех.

Рокси крепко схватила дверную ручку.

Я не буду это слушать. Сейчас делаю шаг назад и захлопываю дверь перед носом у этого поганца.

— Извини, но у меня много дел.

— Конечно, — кивнул в ответ Джуниор. — Тебе же, роскошной богатой дамочке, надо собираться в закрытый клуб. У старика Люка из маленького городишки нет никаких шансов.

— Люк не старик!

— Но ведет себя, как будто ему сто лет и он в маразме. Я могу понять, почему ты от него отбрыкиваешься.

Рокси не могла понять, была ли насмешка в его тоне настоящей или поддельной.

— Какой у тебя любимый предмет? Сценическое искусство?

Джуниора это ни капли не смутило.

— Сельскохозяйственная техника. Ладно, я больше не буду обвинять тебя в том, что из-за тебя Люк превратился в злобного ворчливого старика. Должен признать, что он был гораздо приятнее, когда катал тебя по окрестностям и радовался, как подросток, несмотря на то, что это плохо влияло на его репутацию в городе.

Рокси вспомнила тот день, когда она с Джуниором привезла бутерброды работавшим на пожаре.

Как Люк обрадовался и выпил чаю за ее здоровье.

Как потом они стояли вдвоем, без одежды, освещенные светом звезд.

Выражение ее лица изменилось. Казалось, что после долгого перерыва она впервые пытается — и пока еще не может — улыбнуться.

Но действительность стерла намечавшуюся улыбку.

— То, что ты раньше говорил, — правда. Люк слишком хорош для меня. Мы живем в совершенно разных мирах.

Джуниор спокойно прошел мимо нее в дом. Он огляделся и, махнув рукой в сторону, медленно произнес:

— Да, теперь я вижу. Для тебя главное — деньги.

Какой диванчик! Он, наверное, антикварный. Дорого стоит? Где покупали?

Рокси с трудом сдержалась, чтобы не дать этому мальчишке подзатыльник.

— Да, у вас, у богатых, свои запросы, — продолжал Джуниор. — Вы не успокоитесь, пока не откопаете какую-нибудь фишку.

Ну-ну. Пусть побухтит. Все равно ему скоро уходить.

— Я-то думал, ты хоть что-то чувствуешь к Люку. Тон был обвинительный.

Рокси еще крепче сжала дверную ручку. Она бы с удовольствием придушила этого пацана.

— А ты не думай. Просто езжай себе домой и все.

С чего это ты вдруг решил, что можешь оценивать, какое отношение моя интрижка в Редвинге имеет к настоящей любви?

— Просто я наивный очень.

Рокси рассматривала плитку, устилавшую пол прихожей.

— Настоящей любви не существует. Между людьми иногда возникает притяжение. Это законы биологии. Это приходит и уходит. Бывает, что двое живут в очень похожих мирах, и тогда это называют любовью. Но это не всем дано пережить.

Джуниор осторожно присел на край дивана.

— Я видел, как вы смотрели друг на друга тогда, на пожаре. Ты совершаешь большую ошибку, и он от этого очень страдает.

— С какой стати ты заявляешься в мой дом, чтобы рассказать мне о том, что Люк страдает из-за меня? — Рокси с шумом захлопнула дверь. Очень жаль, но Джуниор был по эту сторону. — Какое мне дело до этого?

— Ты врешь. Хотя врать не умеешь.

— Джуниор, уезжай. Ты все равно не поймешь, что произошло между Люком и мной. Ты слишком юн и неопытен.

Джуниор покачал головой.

— Нет. Между вами было что-то очень важное.

Просто, выходит, я слишком наивен, если думал, что это может много значить для тебя.

— Это был просто секс. — Рокси провела кончиком пряди волос по щеке.

— Тогда почему вы танцевали в ресторане? Почему всю ночь провели на высохшей речке? Это непохоже на ночь в «Ритце». — Джуниор, вдруг смутившись, опустил голову.

— Об этом, что, знают все жители Редвинга? У вас нет ничего святого! — возмутилась Рокси. — Вот поэтому между нами ничего не могло быть. Слишком много людей непрерывно следят за тобой. Шагу нельзя ступить незамеченным.

Джуниор прошелся по комнате и присел на край ее дубового кофейного столика, как будто у себя дома.

— Ну да, в Редвинге все знают, где у кого и какие бородавки. Это естественно, когда живешь в таком маленьком городе.

Роксана скрестила руки на груди.

— У меня бородавок больше, чем у кого бы то ни было. И я не хочу их никому демонстрировать.

Джуниор игнорировал ее замечание.

— Все видят, как Люк запал на тебя.

Рокси вдруг почувствовала, что ей не хватает воздуха.

— Он любит тебя. Весь город переживает за человека, который любит тебя. Ты должна вернуться.

— Это нечестно, Джуниор, — крикнула Рокси. — Я .не могу вернуться.

Он устало посмотрел на нее.

— Сколько раз ты это уже говорила? Может быть ты успокоишься наконец и придешь в себя? Ты отдала все долги. В западном Техасе есть местечко, где ты сможешь жить нормальной жизнью. Может, не очень легкой, но зато рядом с тобой будет удивительный человек.

Джуниор поднялся и направился к двери. В его действиях не было никакой наигранности, и Рокси засомневалась. Как он сумел понять все это? Ведь он был еще ребенком, пацаном. А Роксана была взрослым человеком. Да, черт возьми, она, а не этот парень. Хлопнула входная дверь, и Рокси опустилась на подушки и расплакалась.

Постепенно успокоившись, она смогла взять себя в руки, но последние слова Джуниора не шли у нее из головы. Она почти физически ощущала душевную боль. Ей нужен был Люк. Ей необходимо было выпить чего-нибудь крепкого. Но если она хоть немного выпьет, то, скорей всего, на этом она не остановится.

Ну и черт с ним! Что угодно, только пусть эта боль уйдет.

Стоило Роксане перешагнуть порог бара, как сотни воспоминаний вернулись к ней, встретили на пороге, нашептывая, что здесь ей станет легче. Скоро она сможет забыть о Люке, заблудиться в алкогольном тумане, растворяющем вину и боль.

Люк страдает?

Ну и что? Он бы еще больше страдал без своей работы.

Рокси мечтала оставить память о своих бедах за этой дверью. Всего лишь немного пива, только чтобы груз ее памяти стал немного легче.

Я смогу остановиться. Я знаю, что смогу выпить немного и уйти.

Мне хватило сил оставить Люка — для его же пользы. Значит, мне хватит сил остановиться после одного бокала пива.