Последнее лето - твое и мое - Энн Брашерс

Алиса посмотрела вверх, на башни причудливых зданий, протянувшихся вдоль западной части Центрального парка. В разных частях мира рукотворные сооружения обычно бывают окружены высокими деревьями. В Центральном парке все наоборот — сотворенные Богом вещи окружены высокими зданиями.

Ее взгляд наткнулся на спину мужчины в зеленом пуховом жилете и коричневой шерстяной шапочке. Рядом с ним шла блондинка в остроносых туфлях. Она держала его под руку, отчего Алисе стало грустно. Она ускорила шаг. Пройдя мимо водохранилища, она сможет нырнуть в глубь парка, чтобы не так остро чувствовать свое одиночество.

Приблизившись к паре, она пришла в волнение. Ей постепенно становилось ясно, что у мужчины походка, как у Пола. И хотя она прежде не видела, чтобы Пол носил жилет и разгуливал в свете зимнего дня, Алиса начала догадываться, что сходство между этим мужчиной и Полом не ограничивается походкой. Она взглянула на руку мужчины — ту, которая не соприкасалась с рукой блондинки, — и узнала эту руку. Она узнала пальцы. Ее тело, хотя и немного чужое, готово было откликнуться на него, но она постаралась взять себя в руки. Дыхание стало прерывистым, сердце учащенно забилось.

Следует ли ей остановиться или лучше попытаться удрать? Скрыться полностью она могла бы лишь взобравшись на небольшой холмик, а это наверняка бросилось бы в глаза. Она не только не хотела, чтобы предполагаемый Пол и его подруга в остроносых туфлях увидели ее в образе сосиски, но боялась также удостовериться, что это он. Ей хотелось, чтобы оставшиеся у нее сомнения смогли убедить ее в том, что это не Пол и что у Пола нет подружки — и чтобы продолжалось это, если потребуется, многие дни и недели. Наверняка в Нью-Йорке нашлись бы мужчины с походкой Пола и его руками. Ну просто судебное расследование.

Проклиная парочку за то, что не могут от нее оторваться, Алиса почти остановилась. Прогулочный шаг характерен, пожалуй, для людей, получающих большое удовольствие от общения друг с другом. Она никогда и нигде не ходила медленно с Полом. Либо она на бегу отбивалась от него, либо мчалась, чтобы его догнать. Так что, возможно, это был вовсе не Пол.

Она уже совсем успокоилась, когда мужчина обернулся, и это был Пол. Алиса продолжала обдумывать, как из этого выпутаться, но он вдруг уставился прямо на нее.

Некоторые люди, ваши друзья с раннего детства, могли бы сделать вид, что рады встрече с вами, но Пол был не таков. Он остановился, взглянув на нее с таким выражением, будто она назвала его обидным именем.

— Алиса?

Ее так и подмывало повернуться и побежать в другую сторону.

— Привет, — сказала она.

Он пошел ей навстречу, высвобождая руку из руки женщины.

— Почему ты так одета? — спросил он.

— Потому что я здесь работаю.

— Ты работаешь в парке?

— Кошу траву и сгребаю листья, — ответила она. Зачем лгать?

— А как университет?

— Не занимаюсь.

Похоже, он был этим искренне удивлен, но не дерзнул спросить, почему. Ей он показался расстроенным и нервным, немного не в своей тарелке. За много недель, прошедших с их разрыва, его гнев, вероятно, остыл, и теперь он был холоден. Плотно сжатые губы почти не выделялись на лице. Трудно было поверить, что эти самые губы целовали ее.

— В семье все хорошо?

Помолчав, она кивнула. Как мог он не знать правды? Как могла она не сказать ему? Алиса сердилась на него за то, что не знает, и на Райли за то, что не сказала. Алиса чувствовала, что вот-вот рассыплется на куски, и, пока этого не произошло, лучше было уйти.

Пол вдруг вспомнил о своей неторопливой подружке.

— Это Моника, — отрывисто произнес он, не удосужившись даже выполнить вторую часть представления.

— Я Алиса, — сказала Алиса.

— Привет, — сказала Моника.

У нее были ярко накрашенные губы. «Чересчур яркие для поцелуев», — подумала Алиса. Не похоже было, что она часто общается с садово-парковыми работниками.

— Передавай своим привет, — сказал Пол и повернулся, чтобы уйти.

С ней он разобрался и продолжил прогулку, хотя на этот раз не держал девушку за руку.

Алиса представила себе, как Моника отпускает замечание по поводу ее комбинезона. И она представила, как Пол смеется в ответ. И как они, держась за руки, вместе идут в кафе, чтобы отпраздновать тот факт, что они никогда не надевали и не станут надевать такой комбинезон.

— Кто это? — спросила Моника.

У Пола не было больше желания разговаривать. На душе стало неспокойно и тоскливо.

— Старый друг. На самом деле, ее сестра — мой друг.

— Ну и прикид у нее! — с улыбкой произнесла Моника.

— Что ты имеешь в виду?

Лицо его посуровело, и у него не было желания смягчать это выражение.

— Ничего.

Она сразу ретировалась.

— Ты что-то хотела этим сказать, — настаивал Пол, понимая, что этого делать не надо.

Он все еще злился на Алису. Зачем же ему ее защищать?

— Ничего я не хотела сказать. Правда. Забудь об этом, — сказала Моника.

Ей ясно дали понять, что заработать выигрышные очки в состязании с Алисой ей не удастся.

«Что творится с Алисой и что это за работа, требующая спецодежды?» — недоумевал он. Ему это казалось подтверждением того, что ее работа постоянно не соответствует ее квалификации. И все же он сочувствовал тому энтузиазму и той завершенности, с которой она подходила к своей жизни. У нее было свое достоинство, но в широком смысле. Оно не ограничивало ее, как других людей.

Пол взглянул на Монику, одетую со вкусом и дорого. И хотя он был сердит на Алису, но вдруг почувствовал, что хочет только женщину в темно-зеленом комбинезоне на молнии.

Глава пятнадцатая

ЭТОТ НЕОТВЯЗНЫЙ КОМПЛЕКС ВИНЫ

— Думаю, на тебе это будет выглядеть хорошо, — с оттенком безысходности предположила Алиса.

— Думаю, хорошо будет на тетушке Милдред.

— Да ладно, — сказала Алиса, быстро убирая платье.

Райли достала платье из зеленоватой лайкры.

— Что скажешь? Оно должно подойти к твоим глазам.

— Слишком блестящее. — Алиса взглянула на ценник. — К тому же стоит двести долларов.

— Ну, хорошо. Тогда вот это.

Алиса не смогла удержаться от смеха. Это было просторное ярко-красное платье в клетку, длиной примерно десять дюймов от талии до низа.

— Оно закроет половину моей задницы.

— Вот Меган его надела бы.

Алиса решила, что да. Меган дружила с ними в детстве, а ее родители были одними из лучших друзей родителей двух сестер. Однако Меган, на всех парусах ворвавшись в период полового созревания, к четырнадцати годам приобрела репутацию сельской потаскушки. К тому времени, как ей исполнилось семнадцать, Пол был единственным парнем, с которым она не переспала, а Райли с Алисой были единственными девочками, с которыми она не поссорилась. Только они и оставались ее подругами.

— Интересно, какое у нее будет свадебное платье, — задумчиво произнесла Алиса. — Как подумаешь об этом, трудно поверить, что Меган всю оставшуюся жизнь будет делать минет единственному мужчине.

Райли кивнула.

— Верно.

— Интересно, долго ли это продлится, — сказала Алиса.

— Замужество?

— Ага.

— Может, и долго. Люди меняются. Ладно, как насчет этого?

Райли сняла с вешалки потрясающее платье из переливчатого шелка бордового цвета, ниспадающее от плеч до пола.

— Красивое. Но думаю, мне будет коротковато.

На миг Райли смутилась.

— Я хотела для себя.

Алиса постаралась не выдать своего удивления.

— Правда?

— Тебе нравится?

Алиса приложила платье к фигуре сестры.

— Да. Очень нравится. Тебе надо прямо сейчас его примерить.

Не переставая удивляться, Алиса пошла за сестрой в примерочную.

Когда Джуди отправила их в универмаг «Блумингдейл» купить платья для свадебной церемонии Меган Кули, Алиса не ожидала, что они вернутся домой с двумя. Райли с детства избегана носить платья. Она предпочитала коротко стричь волосы и одеваться по-мальчишески. Лет до восьми-девяти она даже купалась в плавках. И с тех пор чаще всего находила способы не носить платьев. Когда год назад женился ее друг из NOLS Дэвид, она надела смокинг и стояла рядом с его шаферами. Алиса смеялась, рассматривая снимки, но запомнила напряженное выражение лица матери. Мать всегда искала подтверждения того, что Райли гомосексуальна и в то же время — доказательств противоположного.

— Входи, если хочешь, — сказала Райли по пути в примерочную.

Алиса была растрогана. Вот маме Райли никогда не разрешала заходить в примерочную. С тех пор, как научилась говорить слово «нет», она не позволяла Джуди себя одевать.

Алиса всегда более терпимо относилась к тому, что с ней нянчатся, но ведь она понимала, что когда-нибудь сама захочет стать матерью.