Князь Сибирский. Том 1 (СИ) - Антон Кун

— Еще бы! — явно разделяя мое отношение к заводу, произнес Олег. — Это тебе не Тольятинские и не Ульяновские поделки. Если у нас сделали, то считай на века. А этот знак, — Олег ткнул в молнию, — все еще означает, что этот старичок даст фору любой из новинок.

— Почему? — я уже не мог остановиться. Техника для меня была каким-то фетишем. Всегда.

Дома, когда я смог себе позволить немного пошиковать, я собрал небольшую коллекцию всяческих автомобилей и мотоциклов. Ну, это мои друзья ее так называли. Я же относился к ней не как к коллекции, а как к своему автопарку. Там не было раритетов, разве что Ниссан Скайлайн в тридцать третьем кузове затесался, как воплощение реализованной мечты молодости, а так вполне современная техника. Но особой гордостью всегда была Хонда Валькирия Руна. Эх! Воспоминания нагнали на меня ностальгическое настроение, а мне сейчас стоило собраться.

— Почему? — переспросил Олег. — Да потому что тогда все делали с запасом и не только прочности, но и мощности. Кристалл, что устанавливается в эту машину способен ненадолго запитать энергией целый город, а в этом вездеходе может выдать непомерную мощность в одно мгновение, а если расходовать с умом, то его хватит на сотню лет. Потому-то такие машины и стоят целое состояние. Сейчас технологии продвинулись и в технику стали ставить все более слабые кристаллы. КПД преобразования энергии сейчас гораздо выше, но вот завод в Миасе все так же упорно ставит дорогие и мощные кристаллы с запасом на сотню лет. У них и мотоциклы такие же.

При этих словах у меня потекли слюни. Я пообещал себе, что как только смогу, найду двухколесное произведение этого завода и куплю его себе. Не знаю, где на нем буду ездить, но он у меня обязательно будет. В конце концов, не на снегоходах же они по городу передвигаются. Наверняка тут и дороги есть. Если перефразировать классика, то раз такая техника делается, то это кому-нибудь нужно.

Я подтер слюни, хлопнул ладонью по боку надежной машины, она отозвалась одобрительным гулом, и пошел в ангар, предварительно набрав в грудь побольше воздуха.

Кристаллы, украденные у Мироновых, мы нашли в шкафу переделанном под не слишком надежный сейф. Пара ударов монтажной монтировкой, но красивый и дорогой замок даже не поцарапался, зато отвалились наскоро приваренные дужки. Так и не поддавшийся нашему варварскому вмешательству, замок с грохотом упал на лежащий на полу металлический поддон, отодранный совсем недавно от стенки шкафа. На звук в ангар заскочила Олеся, но быстро убедившись, что у нас все в порядке выскочила наружу.

Кроме кристаллов, что я, по праву нашедшего клад, решил оставить себе, честно отделив долю Олегу за помощь, в сейфе лежали деньги. Немного по количеству, но от того, что Олег присвистнул, видимо сумма была приличная. Хотя, со слов своего подельника по взлому сейфов и перераспределению украденных богатств, кристаллы стоили гораздо больше. Но их еще нужно было сбыть, а деньги они и в Африке деньги.

Оружие оказалось припрятанным в другом шкафу, а точнее даже в нескольких. Все, что нашли мы перенесли в вездеход и сложили в салон.

Одежды оказалось немного, но мы смогли сменить серые зековские бушлаты на обычную городскую, как сказал Олег, одежду.

У теперь уже нашего «старичка» не было будки, как у транспорта княгини. Зато за спиной водителя располагалось три ряда посадочных мест по четыре кресла в ряд с проходом посередине. При желании можно было перевозить четырнадцать человек включая водителя.

Пять найденных винтовок и один пистолет, что был у местного представителя оборонительных сил, мы прикрепили за водительским рядом. Туда же добавили четыре винтовки, что привезли с собой.

Я распахнул задние дверцы вездехода и нещадно выкорчевал оттуда ряд сидений. Машина стала менее пассажировместительной, зато появилось место для двух снегоходов. Этих красавцев, пусть и без знаков «кристалл внутри» я не собирался оставлять просто так. Не хватало, чтобы они еще достались кому-нибудь нахаляву.

Олег полез за управление вездеходом. Я не противился. Все равно пока не умел с ним обращаться.

Корпус нашего монстра тихо и как-то уютно завибрировал, словно ожил. Раздался тихий гул, напоминающий, что где-то внутри этой машины скрыта огромная мощь и мы, преодолев небольшой завал полуметровой высоты на выезде, выкатили под вечерние лучи садящегося солнца.

Княжна уже подмерзла, потому что исполняла какой-то странный ритуальный танец на снегу. Бродила по кругу, то и дело подскакивая на месте, потирала руки и растирала щеки. Наши арестанты тихо сидели на оторванной у входа подложке или чем там был покрыт пол ангара, кроме ошметков.

Оставить этих ребят здесь было моим первоначальным планом и теперь настало самое время его осуществить.

Пока Олег найтовал всё загруженное нами барахло, мы с княгиней, все еще морщившей носик, прошли внутрь и занялись поиском средств связи. Небольшая коробочка нашлась в самом углу, и Олеся сразу опознала в ней «телефон». Не знаю, но в моем мире это выглядело иначе. Питающий кристалл был крохотный. Даже меньше той иголки, что мы с умником отрыли во льду. Но княжна сказала, что это мощная станция. Отлично! Значит сможет дозвониться до своих в «Смольном» или на каторге.

«Смольный» долго не отвечал, но наконец что-то произошло, и раздался недовольный голос. Олесе пришлось минут пять доказывать ему, что мы не верблюды, а самая что ни на есть настоящая наследная княжна Олеся Миронова, которую уже успели объявить пропавшей. Плохо вы, детки, звали Снегурочку, раз она к вам не пришла.

Наконец все формальности были улажены и сообщения о найденной пиратской базе переданы кому следует. На предложение дождаться отряда спасения, княжна ответил отказом, мол сама за себя может постоять. Я невольно усмехнулся при этих словах, а Олеся зыркнула на меня так, будто я ей во время речи змею на шею повесил.

В общем все вопросы с передачей пленённых нами пиратов были улажены. Арестанты, к которым я уже стал привыкать, переведены в теплый и вонючий ангар, привязаны к кольцам на секциях стен в разных углах строения.

Мы погрузились в вездеход и после небольшой полемики, куда же все-таки стоит отправиться, ожидаемо погребли к Новой Москве. Салехард оказался в проигрыше, как самая что ни на есть жопа-мира.

Я разместился на первом пассажирском ряду сидений, развалившись по-барски. Олеся порывалась было сесть подальше от меня к окну, но я привлек ее к себя приобняв за плечи. Сопротивлялась она не долго. В итоге сама привалилась ко мне и едва заметно улыбнулась. Может думала,