Подари мне мечту - Бренда Джойс

На ярко-синем небе не было ни облачка. Хотя солнце припекало вовсю, щеки приятно холодил легкий ветерок. Дорога, по, которой они приехали сюда, оставалась совершенно пустынной насколько хватало глаз, и это несколько нервировало Касс. Сразу за замком открывался потрясающий вид на рощу вековых испанских сосен. Касс постепенно начинала постигать суровое очарование здешних мест. Жаль, что это путешествие связано со столь печальными обстоятельствами. Она непременно выберется сюда еще раз, в более спокойной обстановке. Касс начала делать снимки.

— Тетя Касс! Можно мы пойдем в замок? — спросила Алиса.

— Погодите, я с вами! — Касс накинула на плечо ремень от камеры.

— Со мной все в порядке, сеньора, — солидно заверил ее Эдуардо.

Касс твердо пообещала Антонио, что будет предельно осторожна. Однако в глазах у мальчика светилась такая надежда, и он так ловко передвигался между камней, несмотря на свои костыли, что Касс стало ясно: этот ребенок так же нуждается в играх со сверстниками, как и любой другой. Она не решилась задавать нескромные вопросы, но, судя по всему, Эдуардо перенес в детстве полиомиелит. Какая жалость!

— Ну так и быть! — уступила она внезапному порыву. Под ее внимательным взглядом дети осторожно двинулись по мостику, перекинутому через канаву, окружавшую руины. Интересно, заглядывала ли сюда в свое время Изабель?

Изабель… Мать Антонио твердо верит в то, что ее призрак обитает в «Каса де суэньос». А может, она считает, что Изабель преследует весь род де ла Барка? И тетка твердила о том, что Изабель вернулась. Если сейчас это последствия тяжелой пневмонии и бреда, то с какой стати она упоминала об Изабель в своем старом дневнике?

Касс произвела в уме нехитрые расчеты. Антонио было четыре года, когда погиб его отец. Теперь ему тридцать восемь. Стало быть, Эдуардо погиб в 1966 году.

И последние записи в дневнике Кэтрин помечены 1966 годом!

Обрывки полученной здесь информации складывались в весьма неприятную картину. Этак недолго докопаться и до того, что Эдуардо попал под машину в июле 1966 года. Касс уже и сама не знала, к худу или к добру она отказалась совать нос в чужой дневник. Честно говоря, она просто испугалась тех признаний, что могла там вычитать.

Но кто даст гарантию, что там написана правда, а не плоды больного воображения ее тетки, потрясенной несчастным случаем?

Глядя на руины замка, покинутого обитателями еще в четырнадцатом веке, Касс размышляла о том, что здесь вполне могла бы гнездиться парочка призраков. Такие вещи были не редкостью у нее на родине. И к тому же это объяснило бы неприятные ощущения, порождаемые самим домом.

Да, старый особняк выглядит мрачным и запущенным, но не более того. И нечего ломать голову над бессвязными предсказаниями ее больной тетки. Точка!

Тем временем дети оказались перед полукруглой аркой, служившей входом в ближнюю башню, и вдруг исчезли прямо у нее на глазах! Буквально растворились среди пыльных развалин.

Касс стало не по себе. И дернуло же ее отпустить их без присмотра! Если с Эдуардо что-то случится, Антонио в жизни ей не простит, да и она сама тоже. «Дура! Дура!» — кричало все у нее внутри. Конечно, эти страхи не могли иметь ничего общего с какими-то там призраками! Эдуардо в два счета может оступиться — и что тогда будет?

Подхватив корзину и одеяла, Касс помчалась через ров и тут же увидела детей, стоявших под сводами просторного зала. Слава Богу! Теперь она глаз с них не спустит!

Немного, успокоившись, Касс позволила себе оглядеться. Перед ней на растрескавшемся полу лежали обломки какой-то колонны. Но тут ей бросилось в, глаза, что Алиса и Эдуардо как-то странно притихли.

— Ребята! Как дела?

Дети словно не слышали ее, уставившись на пролом в дальней стене. Касс встревожилась. Дети обернулись, бледные и взволнованные.

— Что случилось? — Касс метнулась вперед.

— Тетя Касс, там кто-то есть! — прошептала Алиса.

Касс остановилась, машинально прижав к себе детей, но не увидела в проломе ничего, кроме сосновых стволов. Да и кто мог бродить в этой пустыне, когда до ближайшей деревни не меньше двадцати минут езды, а машин на дороге не видно? А вдруг здесь и правда ошибается какой-нибудь бродяга, а она одна с двумя беспомощными детьми? Только этого не хватало!

— Я никого не вижу! Вы уверены, что не ошиблись?

Дети дружно кивнули.

— Кто-то очень быстро прошел под этими деревьями, — сказал Эдуардо. — Как будто она не хотела, чтобы мы ее заметили.

— А мне показалось, что там был мужчина, — возразила Алиса. — Такой низенький и толстый.

— У меня очень хорошие глаза, — сообщил Эдуардо.

— Братцы, а вы, часом, не придумали это? — Касс так никого и не увидела, но все еще дрожала от страха. — Разве нормальный человек потащится в такую даль без машины?

Дети переглянулись.

— Крестьяне из деревни часто ездят на велосипедах, — пояснил Эдуардо. — И много ходят по горам.

— Ну, кто бы это ни был, он давно скрылся в голубой дали! — Касс постаралась взять себя в руки. — Пойдем осматривать замок? Или сначала подкрепимся, а экскурсию устроим потом?

— Подкрепимся! — выпалила Алиса и смущенно улыбнулась Эдуардо.

— Подкрепимся! — повторил Эдуардо, улыбаясь Касс.

Вот так дела! Если она не ошибается, ее племянница неравнодушна к юному сыну Антонио! Задумчиво улыбаясь, Касс занялась приготовлениями к пикнику. Но вскоре ей стало не до детских влюбленностей. Она то и дело оглядывалась на неподвижные сосны, но ничего не заметила.

«Успокойся! — убеждала она себя. — Успокойся и наслаждайся миром и покоем! Потому как в доме у тебя не будет ни того, ни другого!»

Дети с аппетитом набросились на свежий хлеб, копченую свинину, холодную ветчину, колбасу и несколько сортов чудесного сыра. Позабыв о недавних страхах, они весело, болтали о своих делах. А Касс снова оглянулась на пролом в стене. Никого. Дети наверняка ошиблись. Но тогда откуда этот липкий, тошнотворный страх? Почему она не может отделаться от неясной тревоги? Касс вскочила.

Над их головами вился огромный ястреб. Касс полюбовалась его вольным полетом и взялась за камеру.

— Я сделаю снимки, а поем потом.

Дети, увлеченно обсуждавшие какого-то телегероя, почти не обратили на нее внимания, и Касс без помех засняла все, что, хотела, в самых различных ракурсах.

Наконец она вернулась к детям, очень довольная.

— Теперь мы можем посмотреть замок, сеньора? — с надеждой спросил Эдуардо.

— Конечно, — заверила его Касс, стараясь не оглядываться. Ведь все равно в развалинах никого нет и быть не может!

Судя по всему, Антонио едва дождался, когда они вернутся. Первым делом он посмотрел на сына и лишь потом, с заметным облегчением улыбнулся остальным.