Академия магии - Кэролайн Стивермер

— Вот эта комната налево.

Вздохнув, Фэрис протянула ей сверток.

— Отнесите эту одежду. Пожалуйста.

Мадам Виллет улыбнулась.

— Нет.

Фэрис увидела обычную для лазарета комнату: чисто побеленное помещение с одним окном, пустое, если не считать узкой железной кровати. Под темным одеялом Тириан казался меньше ростом, чем она его помнила. Его растрепанные волосы резко выделялись на белой подушке. Он следил за ней, не сводя взгляда, но не произнес ни слова. Фэрис положила сверток ему в ноги и стала пятиться, пока не почувствовала лопатками дверь.

— Вашу одежду нашли, — сказала она без всякой необходимости. Ее голос звучал почти нормально, поэтому она прибавила: — Вы хорошо себя чувствуете?

— Да. — Казалось, ему больно говорить. — Спасибо.

— Мне сказали, что вы хотели меня видеть.

— Да. — Он напряженно смотрел на нее.

Тишина наполнила комнату. Казалось, Тириан этого не замечал. Он неотрывно смотрел в глаза Фэрис.

Фэрис повернулась и открыла дверь.

— Тогда я вернусь через несколько минут. Вам нужно одеться. — Его пристальный взгляд ее смущал: было в нем что-то странно детское, что не имело отношения к тому человеку, которого она ожидала увидеть.

К ее облегчению, он кивнул.

— Я подожду в коридоре. Позовите, когда будете готовы к разговору.

Когда он крикнул: «Ваша светлость!», Фэрис вернулась. На этот раз Тириан сидел на кровати, полностью одетый. Он заканчивал шнуровать ботинок, когда она вошла. Фэрис не видела его лица, но сгорбленные плечи указывали на смущение. Или на чувство вины.

— Я должен сказать вам три вещи. — Тириан говорил тихим голосом, не поднимая взгляда от ботинок. — Во-первых, я прошу прощения. У меня нет веского оправдания, кроме того, что она так молода. Так же молода, как и вы, ваша светлость. Я ее недооценил. Мне очень жаль.

Фэрис нахмурилась. Ей показалось, что Тириан говорит с трудом, как человек, страдающий от боли.

— С вами точно все в порядке?

По-прежнему не глядя на нее, Тириан продолжал:

— Во-вторых, спасибо, что разрушили чары. Вас я тоже недооценил. Пока вы меня не освободили, я думал, что останусь в ее власти навсегда. — Он помолчал. — Когда я согласился стать вашим телохранителем, то поклялся, что уберегу вас от любой беды. Вместо этого вам пришлось спасать меня. А третье — это моя отставка.

— Вот как!

Теперь Фэрис поняла, что он испытывал мучительный стыд. Она устало подумала о том, как справилась бы с этой ситуацией Джейн. После нескольких секунд раздумья она подошла и встала рядом с ним у кровати.

— Мне очень жаль. Меня так и подмывает наговорить вам всяких красивых слов и попытаться разубедить вас, но я не стану. Знаете, как это обычно говорится: я вас не нанимала, поэтому не могу принять вашу отставку… — Она подняла ладонь, предупреждая его возражения. — Нет. И вы не допустили, чтобы со мной случилась беда. Но я не буду с вами спорить, потому что прекрасно понимаю: магии с вас уже хватит.

Тириан встал.

— Спасибо.

И он медленно пошел к двери.

Фэрис не двинулась с места.

— Только, по-моему, будет очень жаль, если окажется, что во власти Менари Паганель помешать вам выполнять ваши обязанности.

Тириан повернулся и посмотрел на нее, плотно сжав губы.

— Очень жаль, что она вообще имеет какую-то власть, но это так. Действительно, имеет.

— Я предупреждена. И буду ее остерегаться. Хотя, — осторожно прибавила Фэрис, — сомневаюсь, что наши пути снова пересекутся. Менари, вероятно, исключат. А я должна покинуть Гринло. Мой дядя только что прислал Рида, чтобы увезти меня обратно в Галазон.

Глаза Тириана открылись шире.

— Рида? Дрейтона Рида?

— Ну, да, — Фэрис казалась удивленной. — Вы его знаете?

— Кто еще вместе с ним?

— Никто.

— Ваш дядя прислал его в одиночку сопровождать вас?

Фэрис кивнула.

— Тогда ваш дядя — глупец, и Рид тоже. — Тириан нахмурился и несколько мгновений смотрел в пол. Потом перевел на Фэрис взгляд, полный внезапной решимости. — Я отменяю свою отставку и поеду вместе с вами в Галазон. Я обязан это сделать.

Испытывая облегчение, Фэрис широко улыбнулась ему.

— Так вы знакомы с Ридом?

— Да. Не хочу его порочить, но у него гораздо меньше опыта в подобных вещах, чем у меня. Он не должен в одиночку нести ответственность за вашу безопасность.

Фэрис внимательно посмотрела на него.

— От имени моего дяди я принимаю вашу отставку. Теперь я сама вас нанимаю. — Она протянула руку Тириану. К ее изумлению, он склонился перед ней в придворном поклоне.

— Приказывайте, ваша светлость. — Тириан улыбнулся герцогине, и она обнаружила, что улыбается ему в ответ.

— Декан собирается разобраться в моих отношениях с Менари. Мне сказали, что, когда расследование закончится, я должна покинуть Гринло. Декан попросила меня нанести кому-то визит в Париже. — Фэрис слегка нахмурилась, но продолжала почти без паузы: — После этого мы поедем домой, в Галазон.

— С превеликим удовольствием, ваша светлость.

Тириан открыл дверь. За ней стояла мадам Виллет, занеся руку, чтобы постучать. Он вежливо поздоровался с ней.

— Декан послала за вами обоими. Она уже говорила с Менари и готова расспросить Тириана.

— Хорошо, — ответила Фэрис. — Время необычайно важно.

В половине третьего мадам Виллет впустила Тириана в кабинет декана и оставила Фэрис под присмотром Джейн. Герцогиня устало молчала, следуя за подругой-наставницей под косыми лучами зимнего солнца в большой зал.

— Мы должны ждать здесь, — тихо сказала Джейн.

Фэрис оглянулась на кружево многочисленных окон, разноцветный потолок и сложный узор из плиток на полу.

— Наверное, в этом есть какой-то смысл. Здесь я начинала.

— Декан допрашивала меня, словно я стала свидетельницей убийства. Это не простое разбирательство ссоры между студентками. Это настоящий трибунал. Что ты натворила?

Фэрис вздохнула.

— Ты там была и все видела. Я вышла из себя. Как ты думаешь, может, нам поискать где-нибудь стул?

— Мы должны оставаться здесь.

— Почему?

— Потому что иначе ты навлечешь на меня неприятности. — Джейн попыталась рассмеяться. Это ей не удалось, она выглядела встревоженной.

— О, перестань. Я не спала всю ночь. Я так давно не ела, что уже никогда не наемся. Меня допрашивала декан, и еще будет допрашивать. По крайней мере, позволь мне сесть. Мне нужно беречь силы.

— Я говорю серьезно, Фэрис. Мы должны оставаться здесь. Мне очень жаль, что здесь негде сесть, но ничего не могу поделать.