Полутьма (СИ) - Эл Софья

Ладонь жадно сжимает мое бедро, прижимая так близко, что я словно прилипаю к нему. Всхлип вырывается изо рта, когда я чувствую, что он тоже хочет меня.

– Мы не, – пытаюсь задействовать остатки разума, но вампир тут же обрушивается на меня.

Его губы забирают окончание фразы, жадно вбирая каждое несказанное слово. Рука на бедре сжимается сильнее, и я снова всхлипываю, когда вампир углубляет поцелуй. Исследует меня. Не оставляет и единого места во рту, куда бы не проник его язык. Безумный голод обрушивается на меня, заставляя стонать и извиваться в его руках.

Пока, осмелев, мой язык не касается его клыков.

Задыхаясь от собственного решения, что есть сил отталкиваю его, пытаясь вывернуться, но вампир держит крепко. По-моему, мои трепыхания его мало волнуют. Мозг подает сигналы тревоги, а следы возбуждения сменяются выползшим из детских ран страхом. Решение приходит в тот момент, когду рука в попытке вырваться касается кобуры. С силой вдавив дуло ПМа в косточку под подбородком вампира, я наконец вновь могу дышать.

Его руки отпускают меня медленно и неохотно, тут же поднимаясь вверх. Стараюсь не смотреть на него в попытках восстановить дыхание. Перед глазами все еще пляшут звезды, но пальцы больше не дрожат.

Горькое разочарование поселилось где-то внизу живота, но я не слушаю его.

– Что не так, Сим? – взгляд скользит к лицу вампира, а он смотрит с непониманием, – Я хочу тебя, ты – меня.

Отрицательно мотаю головой, тут же сглатывая слюну. Вампир усмехается, словно его мозги не грозятся через секунду оказаться на стене.

– Хочешь, – констатирует он факт, – я – вампир, уж это я способен почувствовать.

Медленно выдохнув, наконец чувствую, что дыхание наладилось. Нахмурившись, Сергей разглядывает мое лицо, а я прижимаю руку с ПМ сильнее.

– Schatz, убери игрушку, я не трону тебя, – поморщившись, произносит он, но я не двигаюсь, – перестань, Сим. Если ты говоришь нет, даже если твое тело утверждает обратное – я не трону тебя.

– Несколько минут назад ты считал иначе, – приподняв бровь, я не двигаюсь.

Вампир медленно закрывает глаза и делает вдох, а мне почему-то в этот момент хочется испариться. Под легкими что-то скребется, царапая ребра. Язык вампира медленно касается губ, но тут же исчезает во рту.

– Не считал, – он снова вытягивает из себя слова, – ты физически гораздо слабее меня, я не понял твоего сопротивления, – выплевывает он конец фразы и тут же открывает глаза, – а теперь убери эту дрянь.

Холод от его слов заставляет поежится сильнее. Если прохладный воздух проникал под рубашку, то этот пробирается к сердцу, опутывая его и отравляя. В носу защипало. Вот так это будет, Сима. Не понял сопротивления. Потому что он – монстр, а не человек. Судорожно сглотнув набежавший ком, я резко отвожу руку с пистолетом, тут же пряча его в кобуру.

– Так ты объяснишь?

– Да, – неожиданно для себя я поднимаю взгляд, – все очень просто, вампир. Я влюблена в тебя. Ты этого испытать не можешь. Это мерзко и отвратительно, потому что ты – убийца. Поэтому ничего не будет. Конец истории.

Не дожидаясь реакции вампира, резко разворачиваюсь на пятках и решительно отправляюсь в свою комнату, позволяя так долго державшимся внутри слезам наконец выйти наружу.

Глава 13

Пенка Пантенола всхлипнула еще раз и сдалась. Из дозатора вырвались последние капли, и я расстроенно потрясла пустой флакон. Ни шороха. Опустившись на стул, с сожалением растерла все то, что удалось выжать, по самым пораженным поверхностям. Недооценила силу солнышка. Кожа на кистях покрылась волдырями, а лицо покраснело. Снова будет слезать кусками.

Глаза слипались, и очередная доза кофе оказалась бессильной. Несмотря на то, что время шло на часы, мне необходим сон. Хотя бы часа три. Но мысли о новом поражении не давали сомкнуть веки.

Обойдя вдоль и поперек каждую отмеченную мной точку, выделив еще несколько и приподняв там каждую травинку, мы не нашли ничего. Это при том, что провели в лесу больше восьми часов. Все тело к утру ломило, а спина намекала, что ближайшую неделю я рискую провести прикованной к кровати. В итоге было решено взять небольшую передышку.

Стянув полотенце с головы, развесила его на спинке стула. Конечно, вернувшись домой и не обнаружив там руины, я вздохнула с облегчением. Оказывается, мы не так уж и сильно разнесли все. Пострадала всего лишь пара шкафов, и то только дверцы. Ну и стол, конечно, стоял на соплях и добром слове.

Потянув к себе планшет, я сильнее запахнула полы халата. Одеваться снова не хотелось, а ходить перед вампиром практически в чем мать родила желания было еще меньше. Поэтому, поторговавшись с совестью, было решено, что эта ткань достаточно плотная. Ну и, конечно, ПМ прекрасно влезал в передний карман.

Разблокировав экран, быстро нашла свои скрины с отметками. Что мы упустили? Задумчиво постучав кончиком айкоса по столу, прикусила внутреннюю сторону губы. Пока мы были в лесу, военные прочесали все дома и строения в поселке, поэтому вариант, что он остается где-то в домах, пропадал. Но и его запах в лесу хищник не обнаружил.

Шум воды в ванной прекратился минут десять назад, а я все еще не отрываясь гипнотизировала экран планшета, словно тот может дать мне ответ, где мы заблудились. Присутствие вампира ощущалось кожей, но я не стала поднимать взгляд. Лишний контакт опасен, нужно постараться как можно больше избегать их.

– Ты уверен в том, что увидел? – закусив кончик языка, я еще раз пробежала взглядом по изображению.

– Ты уверена, что поняла все верно? – запах моего же шампуня внезапно глушит, вызывая улыбку.

Отлично, Сима. Тебя умиляет, что клыкастая тварь мылилась твоим шампунем. В верном направлении иду. Ровно на распятие снова. Вампир же, полностью игнорируя мой вопрос, щелкнул выключателем, добавляя бьющего по глазам света. Но и кто здесь, спрашивается, создание ночи? Сижу со слезящимися глазами и полным носом соплей в попытках спрятаться от раздражающей лампочки, а ему хоть бы что.

Мог хотя бы рубашку надеть. Вампир облокотился на стул, проверяя его целостность, и, видимо, довольный результатом, присел, рукой проводя по мокрым русым волосам. Даже сейчас невозможно было не заметить, насколько он привлекателен. Дело было даже не в том, что вампир сидел в одних джинсах. Аура вокруг него. Вот что, видимо, притягивало наивных дурочек вроде меня раньше.

– Нет, – честно отвечаю я, отводя взгляд, – нужно учитывать, что мой разум изменен.

Как бы ни хотелось признавать, но это правда. А сегодня я решилась на непредвзятость. Так что, как бы больно ни было, но алкоголь, антидепрессанты, транквилизаторы, последствия внушения, 47-я и посттравматическое состояние не могли оставить мозг без изменений. Я военный, но и ученый. Так что если этого не озвучу вслух я – никто не озвучит.

– Мы не можем сомневаться, schatz, – в голосе проскальзывает сожаление, но на этот раз я не одергиваю его в попытках казаться человеком.

Потому что он тоже устал. За последние двое суток вампир вряд ли нормально питался, а привычка подстраиваться под человека за один день не исчезнет. Это снова не значит, что я жалею его. Просто еще один факт.

– Если мы не будем уверены в собственных силах, – вампир неопределенно пожимает плечами, но я понимаю, что он хочет сказать.

– Мы его поймаем, – спокойно говорю я, блокируя экран, – в этом я не сомневаюсь. Просто это действительно нужно учитывать.

– Твое тело пыталось обратиться, – медленно произносит вампир, а я широко зеваю, не заботясь прикрыть рот рукой, – думаю, что самых страшных изменений тебе все же удалось избежать.

– Скажи это моему психотерапевту, – отложив планшет, медленно поднимаюсь со стула, зевая снова.

Глаза слипались окончательно. Сейчас мне было глубоко плевать, где собирается спать вампир. Добраться до кровати все же стоило первой. Поэтому, оперевшись на стол и послав подальше ноющую боль в спине, цепляясь за все твердо-стоящие поверхности, решительно похромала в комнату. Конечно, удалиться эффектно с высоко поднятой головой и боевым взглядом я была сейчас не способна. Надеюсь, мою решительность прекрасно видно и по шаркающей по полу ноге.