Легенды и сказы лесной стороны - Афоньшин Сергей Васильевич

Пушек да пищалей на пушечном дворе понаделали,

пороху, свинцу и ядер тоже вдосталь было. Всяких

припасов в царских войсках хватало, вплоть до кот-

лов, в которых воины кашу да похлебку варили. А

вот ложек, коими русские люди испокон веку щи и

кашу ели, у царя в запасе не было. В те времена

простые люди, что жили вокруг царской столицы, в

каждой семье сами для себя ложки выскабливали, а

знатные люди — князья да бояре — серебряными

ложками похлебку и всякое варево хлебали. Вот по-

этому-то грозный царь и опростоволосился: войну на-

чал сразу на три стороны, а ложек у воинов не было.

А горячая еда да крепкая ложка в войне — не пос-

леднее дело!

Созвал тут грозный царь всех бояр и опричников

и задачу им такую задал, чтобы не далее как к вес-

не у каждого воина, кроме оружия, за каждым голе-

нищем по ложке было: одна коренная, другая за-

пасная.

Чтобы бояре и верные псы-опричники веселее

за это дело взялись, обещал царь того, кто дело скора

исполнит, чином отличить и наградить, а кто посу-

лит, да не сделает, того на дыбе поневолить и в за-

стенок упрятать.

Задумались бояре и опричники — дело это за

длинным столом на царском пиру было. Но был сре-

ди них злой опричник Скирлибек. Вот и вызвался тог

Скирлибек разузнать и разведать, в каком углу цар-

ства мастера-ложкари притаились.

В кабак у столичной заставы зашли в ту ночь два

бродяги Шиш и Ярыга, два друга. Исходили они Русь

вдоль и поперек, на царской службе и кнута и дыбы

отведали, а не остепенились. Сидели они за столом,

хмельное пили, севрюжиной закусывали и друг пе-

ред другом всякой всячиной похвалялись. Подсел к

ним тут Скирлибек и стал допытываться, где бы ему

мастеров-ложкарей для царя подыскать.

Ярыга и Шиш ответили, пусть, мол, боярин сна-

чала кошельком тряхнет да хмельное поставит, а за

отплатой дело не станет.

И сказали они Скирлибеку, как разыскать искус-

ника и умельца Семена-Ложкаря в заволжских ле-

сах.

Тут опричник Скирлибек мешкать не стал, клик-

нул своих слуг да друга Ваську Басмана. Оседлали

они коней и поскакали из столицы по Владимирской

дороге искать за Волгой ложкаря Семена.

2

Сквозь сосновые боры и березовые долы пробира-

ется темной змейкой речка Санахта, бежит-торопит-

ся повидаться с соседом Керженцем. На пологом хол-

ме у реки среди сосен вековых прижалась к распа-

ханным кулигам просторная и приземистая изба Се-

мена-Ложкаря. Глядит она в темень осеннюю весе-

лыми глазами, огоньком приветливо подмигивает. В

избе березовая лучина горит, угольки от нее в ушат

с водой падают и гаснут шипя. Не успеет догореть

одна лучинка, как девчоночка Авдотка от нее другую

зажигает, в железные светцы вставляет. Пока лучин-

ка горит, девчоночка работает, Семен-Ложкарь сам-

третий, согнувшись, за работой сидит, топориком из

березы ложки вырубает да зытесывает. Жена Катери-

на из ложки-болванки скобельком нутро выбирает и

тыльную сторону зачищает, а дочка Авдотка ножич-

ком остальную басу-красу ложкам придает. Сидят на

низеньких чурбаках-стульчиках, тихий разговор ве-

дут, к ночи прислушиваясь, а готовые ложки из лов-

ких рук, как рыбы, ныряют на дно плетеного коро-

ба.

А опричник Скирлибек с дружком Васькой Бас-

маном и стремянным той порой уже за Волгу пере-

плыли и скакали лесными дорогами в край заволж-

ский сосново-березовый. Раным-рано поутру спеши-

лись опричники у Семеновой избы и в ставни стукну-

ли. Недолго отклика ждали, вышли из избы все трое—

и Семен-Ложкарь, и жена Катерина с дочкой Авдот-

кой, встали тесным рядком и дивятся на незваных

гостей. На Семене сермяга внакидку, березовые струж-

ки в курчавых волосах и бороде понасели, а Катери-

на в домотканом сарафане да кацавейке овчинной.

Не шибко нарядной и Авдотка из избы выскочила —

б рубашке льняной, розовой, высоко пояском подпоя-

сана, на голове платок холстинковый узелком завя-

зан, на ногах лапотки. Но загляделись на нее оприч-

ники, а пуще всех царский слуга Скирлибек. С боль-

шой неохотой оторвал он свой взгляд от девчонки

Авдотки и грозно спросил Ложкаря:

— Чей ты раб и холоп, как прозываешься и на

какого господина работаешь?

Мужик ответил опричнику, что с тех пор, как

помнит себя, ничьим рабом и холопом не бывал, отца

•с матерью не упомнил, прозывается Семеном-Ложка-

рем, работает на всех русских людей, что по Волге

живут и едят не руками, как басурманы какие, а с

кленовой и березовой ложки. Скирлибек на это Се-

мену сказал, что всех ничейных людей грозный царь

к своим рукам прибирает, был ты ничей, а теперь

стал царским. И объявил опричник грозный приказ

о том, чтобы к концу зимы Семен-Ложкарь сделал

для царя сто сороков ложек кленовых, а березовых

во сто раз больше. Да сделал бы сначала кленовые —

для царских воевод и опричников, для попов и свя-

тых отцов-монахов, что за здравие царя молятся. А

после кленовых ложек принимался бы за березовые —

для простых бойцов: стрельцов, пушкарей и казаков,

для работных людей, кои крепости строят и пушки

отливают. Так сказал Скирлибек-опричник Семену-

Ложкарю, первому мастеру по деревянной ложке. Да

еще для страха прибавил, что если Семен царский

заказ не исполнит, то его самого царь угонит на край

земли за Каменный пояс медь и свинец добывать,

а жену с девчоночкой отдаст в неволю самому злому

и распутному опричнику.

На такие страхи Семен спокойно ответил, что на-

делать столько ложек, сколько царь повелел, не ахти

как мудрено, лишь не подвела бы хвороба да хвати-

ло бы вокруг берез и кленов.

Когда наелись и передохнули кони, опричники в

обратный путь к царской столице ускакали, а Семен-

Ложкарь с того дня сам-третий крепко за деяо взял-

ся и к концу зимы выполнил царский заказ по кле-

новым и березовым ложкам. Кленов вокруг осталось

мало, а березняк так поредел, что сквозь него видны

стали редкие поселения хлеборобов и звероловов,

живших по соседству с Ложкарем. Перед весенней

распутицей, по последней зимней дороге, к Семену

царские обозники с думным дьяком приехали, пере-

считали готовые ложки, погрузили на подводы и увез-

ли к царю.

Семен-Ложкарь с женой и дочкой у избы стоял,

вслед обозу глядел и долго слушал, как скрипят

по насту сани да звенят на конях бубенцы.

3

Когда прибыл обоз с ложками на царский двор,

грозный царь приказал выдать по кленовой ложке

всем боярам, воеводам, опричникам и атаманам, а

простым бойцам — стрельцам, пушкарям и казакам

по две березовых. И стало у простых воинов за каж-

дым голенищем по ложке: одна коренная, другая за-

пасная.

В тот же день все царские полки в поход высту-

пили, пошли воевать сразу на три стороны: с турка-

ми, крымчаками и ливонцами. Войскам грозного ца-

ря в той войне поначалу везде удача была, во всех

трех сторонах они быстро занимали иноземные горо-

да и праздновали победу за победой. После каждой

победной битвы русские воины садились у котлов,

доставали из-за голенища кленовую либо березовую

ложку и принимались за еду.

Поглядеть на бойцов собирался иноземный народ

и дивился на них и на деревянные ложки, которыми

они так ловко любую еду хлебали. Самые смелые из

чужеземцев подходили ближе к котлам и просили

дать им попробовать поесть с березовой ложки. А по-