Северная Ведьма - Анастасия Иванова

– Андрюх, нормально все? – спросил он.

Климов понемногу приходил в себя после пережитого ужаса. Сон был настолько реален, что Климов по-настоящему ощутил удушье и, проснувшись, никак не мог отдышаться.

– Остановимся? – снова спросил Толстый и начал сбрасывать скорость.

– Не, поехали, – замотал головой Климов. – Приснилось просто… Дрянь всякая.

– Ты чуть из машины не вывалился, – сказал Толстый. – Я думал, ты сейчас лобовое стекло башкой вышибешь. Чего снилось-то?

Но Климову совсем не хотелось вспоминать, как он тонул в гнилой болотной воде.

– Да ничего особенного, нормально, – с кривоватой усмешкой сказал он. – Наверное, с непривычки спать сидя привиделось.

– Верняк, – закивал огромной головой Толстый. – Я где-то читал, что кошмары снятся только когда неудобно спишь, – и он пустился в длинное рассуждение о физиологии сна.

Климов автоматически поддакивал, но совсем не слушал Толстого. Он наслаждался ночной дорогой, обществом старого друга, разглядывал редкие звезды на небе, которые можно было разглядеть в боковое стекло, слушал ровный гул мотора и ощущал такую расслабленность, как будто только что действительно пережил настоящую угрозу для собственной жизни.

В Череповец друзья въехали за полночь. В гостинице портье, которого Климов попросил уведомить заранее об их позднем приезде, зевая, выдал ключи от номера и начал объяснять, как пройти и где утром позавтракать.

– Я в курсе, был недавно, – прервал его Климов. – Спасибо большое.

– К вашим услугам, – устало улыбнулся паренек и уставился красными глазами в телевизор, подвешенный напротив стойки ресепшн. Телевизор что-то бубнил, иногда запинаясь об записанный хоровой смех. Друзья поднялись в номер и скинули наконец ботинки и куртки.

– Что там у них в минибаре? – заинтересовался Толстый.

– Зачем тебе? – спросил Климов.

– Как зачем? Выпить за приезд, – ответил Толстый и разочарованно хмыкнул. – По одному малюсенькому пивасику всего лишь. И один пакет сухариков на закусь.

– Предлагаю выпить завтра, у твоих друзей, когда мы закончим все мои дела, – предложил Климов. – Не хочу с тяжелой головой просыпаться. Мало ли что там на болоте будет… – Его передернуло от воспоминания о недавнем сне в машине.

– Эх, ладно, фиг с тобой, – сказал Толстый, с сожалением захлопывая дверцу холодильника. – Завтра так завтра.

Климов уснул быстро и крепко, будто провалился в зияющую темноту. Утром, когда зазвонил будильник, сразу сел на кровати с ощущением бодрости, хотя спал всего часов пять. На соседней кровати храпел Толстый. Климов умылся, вернулся в комнату и растолкал приятеля.

– Черт, я не выспался, – недовольно забубнил Толстый, растирая лицо. – Нельзя еще немного поспать?

– Нельзя, – коротко сказал Климов. – Пошли завтракать, а потом надо связаться с этой Таисией.

Трубка запиликала, и Климов с удивлением увидел звонок с ее номера. «Мысли она читает, что ли?» – с неприятным холодком в животе подумал он.

– Здравствуйте, – суховато поздоровалась Таисия. – Вы приехали?

– Да, я на месте, – ответил Климов, от неожиданности забыв поздороваться.

– Очень хорошо, – голос в трубке стал немного помягче. – Вы помните, где находится Ковалевка?

– Рад бы забыть, – криво ухмыльнулся Климов, глядя на Толстого. Тот сидел на кровати и по-прежнему тер руками лицо, пытаясь проснуться. Климов отодвинул трубку от лица, пнул Толстого и, показывая на мобильник, одними губами произнес «Таисия!». Толстый удивленно поднял брови и уставился на Климова.

– Чтобы успеть к полудню, надо встретиться приблизительно в одиннадцать в Старом Шеломово. Буду ждать вас прямо на платформе. -сказала Таисия. – Дойдем не торопясь и подготовимся.

– Что-то необходимо принести с собой? – спросил Климов.

– Что вы имеете ввиду? – не поняла Таисия.

– Ну, к примеру, дохлых полевых мышей или жабьи лапки, – попытался пошутить Климов. Но Таисия шутки не оценила.

– Не стоит смеяться там, где вы ничего не смыслите, – грубовато отрезала она.– Это гораздо серьезнее и опаснее, чем вам кажется.

– Извините, я просто нервничаю, – сказал Климов.

– Понятно, – ответила Таисия. Металлические нотки в ее голосе не исчезли, по-видимому, она не собиралась сочувствовать Климову. – Прошу вас быть серьезнее. Если нервничаете – выпейте что-то успокоительное. И приезжайте налегке.

– Понял, до встречи, – сказал Климов и отключил трубу.

– Что говорит? – с интересом смотрел на Климова Толстый.

– Надо быть в одиннадцать в Старом Шеломово, – ответил Климов, в задумчивости ероша рукой волосы. Толстый по-прежнему вопросительно смотрел на него. – Это рядом с Ковалевкой. Ближайшая железнодорожная станция, куда электрички приезжают.

– Ясно, – сказал Толстый. – А на машине туда можно проехать?

– Черт его знает, – пожал плечами Климов. – Это ты лучше у навигатора своего спроси.

– Точно, – отозвался Толстый, потом взял с прикроватной тумбы наручные часы, посмотрел на время и сделался серьезным. – Времени не так много, а нам надо подкрепиться.

– Я тоже как-то не очень расположен общаться с нечистью натощак, – сказал Климов. – Умывайся махом и пошли завтракать.

День выдался как на заказ: тихий, солнечный и теплый. Пока Толстый кружил по улицам, направляясь к загородному шоссе, Климов смотрел в окно автомобиля на город, который запомнил серым и тоскливым. Зацветающие яблони и черемухи по бокам дорог и во дворах, яркие клумбы с острыми бутонами тюльпанов, зеленые газоны придали улицам праздничный вид. Даже промзона, которую они проехали, выезжая из города, выглядела почти уютной.

– Осенью здесь было погано, – сказал Климов. – А теперь – почти Сочи.

– Весна! – улыбнулся Толстый. – Весной даже помойки цветут.

Город остался позади, друзья проехали кладбище, густо заросшее кустарником, и дорога запетляла между дачных обществ, разделенных небольшими лесными массивами.

– Скоро будем на месте, – сказал Толстый, сверяясь с навигатором.

Машину подбрасывало на ухабах проселочной дороги, колеса скользили на непросохшей еще после сошедшего снега черной, жирной земле.

– Ну и дорожки тут, – ворчал Толстый. – Интересно, они знают о существовании грейдера?

– Может, и знают, – отозвался Климов. – Но, наверное, не верят в его чудодейственные свойства и не пользуются.

– Похоже на то, – кивнул Толстый и заложил крутой вираж влево. Автомобиль взревел, задние колеса чуть занесло, но опытный Толстый удержал машину на дороге. – Кэмел-трофи! – воскликнул он.

– Вон станция! – крикнул Климов, указывая вперед сводной рукой. Другой он крепко держался за ручку над дверью, повиснув на ремне безопасности.