Найденыш - Син Стэнеймор

Потом Айри вспомнила, что уже задавала себе – пусть не эти, но подобные. И каждый раз решала, что ответы даст время.

– Ладно, – сказал Март. – Твоя богиня придала мне уверенности. Думаю, все закончится удачно. Поехали назад… Или хочешь – покажу тебе окраины?

– Нет, – сказала Айри. – Только грибов-головоногов мне сейчас не хватало!

Обмочившихся гужевых уже не было: Март отпустил их.

«И они тебя послушались, – подумала Айри. – Быстро ты привыкаешь к роли наставницы…» Впрочем, наставницы не командуют сервами с помощью ментальных воздействий. Это могут лишь ведьмы, но и те не применяют таких методов. Так ведут себя лишь смертоносцы!

Поскольку гужевых осталось лишь четверо, обратная дорога заняла больше времени. И под конец Айри решила, что выдаст самца Повелительнице: все равно та прочтет правду о его способностях в мозгу ведьмы. Но… Одно дело, если это произойдет вопреки желаниям самой Айри, и совсем другое, если девушка расскажет о самце добровольно. И, кстати, существуют еще и дети, зачатые от Марта в Гнезде Бейр. Вовремя она вспомнила о них!.. Поскольку на свет наверняка появятся самцы, их надо будет определить в бычки – это избавит Повелительницу от сложностей, когда они вырастут.

Приняв решение, ведьма успокоилась. Жил мир без самцов со странностями – проживет и дальше. Хорошо, что она все-таки справилась с нарождающейся влюбленностью! Теперь главное, чтобы самец не догадался о ее намерениях. О небеса, похоже, в жизни все-таки не обойтись без лжи! Но такая ложь – во благо, она не приведет на опасную дорогу.

На подъезде к дому они стали свидетелями неприятного инцидента. На тротуаре одна из наставниц, худая девица с плоской грудью, принялась избивать уборщика – здоровенного мускулистого серва, которому самое место не возле метлы, а при оглоблях. Била она ради удовольствия, с оттяжкой. Поначалу серв терпел, потом вырвал бич и наградил наставницу таким ударом, что у той мгновенно вспухла на спине багровая полоса. Потом другая, третья… Наставница завопила. На крик поспешили воительницы. Однако они были далеко: взбесившийся самец успел бы нанести еще не один удар, а кулаком бы – так и вовсе убил несчастную.

Но он вдруг всхрапнул, выронил бич и ничком рухнул на землю.

Айри выскочила из колесницы, пощупала пульс. Уборщик был мертв.

Всхлипывающая от боли наставница принялась благодарить Айри за спасение. Та не стала объяснять, что ее заслуги в этом нет – серва убило собственное бешенство. К сожалению, сумки с лекарствами у Айри с собой не было, и поэтому она не могла оказать помощь побитой девице прямо на месте происшествия.

– Поедешь со мной. Дома у меня есть хорошая мазь.

Они забрались в колесницу. Наставница села боком, чтобы раны не соприкасались со спинкой кресла.

– У него случился удар, – пояснила ведьма Марту. – К сожалению, встречающаяся болезнь… У сервов и только что родивших женщин. Когда им приходится расставаться с детьми…

– Я знаю… – кивнул найденыш, сочувственно глядя на изуродованную спину несчастной девицы. – Вот только сообразил не сразу…

И лишь тогда ведьма поняла, что произошло с уборщиком на самом деле. Ее словно громом поразило. К счастью, присутствие наставницы избавило девушку от необходимости отвечать. Иначе бы Март услышал, как стучат у нее зубы… Тем не менее она отвернулась, глянула назад. Мертвое тело, сопровождаемое сочувственными взглядами гужевых, грузили в какую-то повозку. Приехали домой. Айри смазала пострадавшей раны и отпустила ее на все четыре стороны. Потом отправились обедать.

– Почему ты все время молчишь? – спросил Март. – Я опять вел себя неверно?.. Но ведь еще мгновение, и он убил бы ее.

– Это не давало тебе права убивать его. Происходившее вообще нас не касалось, в таких случаях разбираются воительницы и наставницы. Мы не можем быть судьями. К тому же наставница сама виновата. Она била серва не в наказание, а ради удовольствия. Кодекс разрешает нам ментальное насилие только для обеспечения собственной безопасности.

У Марта внезапно вздулись желваки на скулах.

– Да идите вы к Иблису со своим Кодексом! – с бешенством сказал он. – Я не ведьма, меня он не касается. А мужч… самец не имеет права поднимать руку на женщину.

До Айри дошло, что он ждал от нее одобрения. Увы, он так ничего и не понял…

Завершилась трапеза в молчании. Март дулся, и Айри радовалась, что между нею и самцом образовалась такая трещина. Тем проще будет завтра говорить Повелительнице правду…

После обеда время еле плелось. Самец лежал на кровати и смотрел либо в окно, либо в потолок. Айри тоже не знала, куда себя деть. Казалось, до ужина прошла неделя.

В трапезной к ней подошла Дейзи:

– Утром, сразу после завтрака, вы оба едете к Повелительнице.

«Слава Нуаде! – обрадовалась Айри. – Завтра всем моим сомнениям придет конец!..»

Но самое интересное, что рад был и Март. Казалось, его совершенно не страшит предстоящая Аудиенция. Возможно, он не до конца понимал, к чему может привести завтрашний день. А может, в этом была его очередная странность…

Спать легли, как и вчера, в одной комнате, но в остальном эта ночь ничем не была похожа на предыдущую.

Во дворец они поехали вместе с Дейзи.

Айри специально надела короткую юбочку. Во-первых, надо учиться бороться с собой. А во-вторых, все должны видеть, что она уже считает себя столичной ведьмой.

Март был совершенно спокоен. Девушка же нервничала. Она снова не знала, как поступить. Принятое вчера решение уже не казалось бесспорным. В конце концов, самец не знал Кодекса ведьм, и его насилие над сервами было вполне объяснимо. Ведь в первом случае его побудила неверием сама Айри. И уборщика он убил по понятным любой ведьме соображениям. Самец не должен нападать на женщину ни при каких обстоятельствах. Да, ведьмы никогда не вмешиваются в подобные конфликты, но Март ведь и не был ведьмой. И не Знал Кодекса!..

Вернул юную ведьму к действительности голос Дейзи:

– Большинство наставниц не наказывают сервов беспричинно. Но встречаются и такие… Одна из наших ведьм занималась этой проблемой. Она утверждает, что излишней жестокостью отличаются женщины, склонные к подчиненному положению перед самцами. Их тайные желания находятся в постоянном конфликте с общепринятыми нормами. Рано или поздно это приводит к срывам, которые проявляются в излишней жестокости по отношению к самцам. Это такой же душевный разлад, как у только что родивших женщин, вынужденных расставаться со своим ребенком.

У Айри отвисла челюсть: наставница общалась с Мартом, как с равным. Такого попросту не могло быть. Разве лишь не по собственной воле…