Тара - Елена Ларичева

Кресла, нагло принесённые эльфом из просторного коридора, позволяли устроиться вполне комфортно и обсудить дальнейшие действия. Беглая королева, по-видимому, боялась оставаться одна, и не отходила ни на шаг от своего спасителя, украдкой поглядывая на смазливого потрёпанного эльфа. Проныра Рувас устроился на коленях у её величества и требовал ласки и внимания, попутно разглядывая алчными чёрными глазками колечки на ухоженных пальцах своей опекунши.

Оказывается, Аллвада видела зверька на привязи у Вечной. Та беспощадно таскала его за собой не одну неделю, как пуделя, требовала выполнять мелкие поручения, потешалась над ним, заставляла в ноги кланяться дворцовой прислуге, сравнивала с генералом Балвено, которого недавно отправила в отставку за несговорчивость и тугодумство.

А потом Таре надоело с ним возиться, и несчастное существо получило шанс сбежать. Оно пробралось в комнату посла Фанранда, как раз перед отъездом, выгребло бумаги из кожаного чемодана, забралось туда само и затаилось. Едва посол покинул дворец, в чемодане обнаружилась нехилая дыра. Когти у Руваса - будь здоров.

Посол, было, кинулся обратно, да нажил себе неприятности. Люди и нелюди Тары уже осмотрели с пристрастием покои и с удовольствием уличили чужестранца в шпионаже, что позволило Вечной шантажом выбить ещё более выгодные торговые льготы для Кавиры.

Об утрате "любимого ручного крысёныша" она горевала недолго: минуты полторы, вслух пожалела, что не успела подарить его старшенькому королевичу "для опытов". "Должен же он переносить целесообразную жестокость!" - отметила она, немало шокировав королеву.

В разгар беседы в дверь постучали. Тихо, даже деликатно, точно не желая беспокоить соседей. Мужчины переглянулись. Ведьмак оказался быстрее эльфа, юркнул в прихожую и, вжимаясь в стену, поинтересовался:

- Кто?

- За мной госпожа посылала, - ответил звонкий женский голос с южным акцентом. - Впустите, она знает.

Приготовившись в любой момент отразить удар, Вимер отодвинул засов.

Невзрачная на вид смуглянка с упрямым золотым блеском в непропорционально больших глазах стояла на пороге: руки в боки, острый подбородок гордо поднят. Придирчивым взглядом чужачка окинула ведьмака, отчего по спине Вимера пробежали неприятные мурашки. Она без спроса протиснулась в узкое пространство между его плечом и дверью и прошествовала в номер. Ведьмак не посмел её остановить.

- Мьеранца! - образованно закудахтала королева, тут же забывая про Руваса и вставая навстречу гостье. - Долго же ты до меня добиралась!

- Как смогла, госпожа, - поклонилась южанка.

Одетая в чёрный мужской костюм, с забранными на затылке в старушечий пучок волосами, девушка была высока, непомерно худа, угловата. На вид ей было меньше двадцати, но выражение лица уже носило печать разочарования в людях.

- Детки мои как? - вцепившись в запястье Мьеранцы обеими руками, взволнованно расспрашивала королева.

- У надёжных людей, госпожа, здоровы и сыты. Я вам потом открою место. Наедине, - заверила её девушка, ни на один взмах пышных ресниц не доверяя присутствующим мужчинам. - Всё останется в тайне, госпожа, пока пожар не потухнет. А как скажете, привезу в столицу.

- Спасибо тебе, Мьеранца. Что бы я без тебя делала? - без тени неудобства благодарила гостью королева. - Держи ключи от номера, отдохни с дороги, - Аллвада вложила в тонкие пальчики колечко с двумя ключами. - Ты бы тоже себе личину начаровала! - вдруг с опаской произнесла она.

- Да кто меня, госпожа, помнит? Во дворце не принято вглядываться в лица прислуги, - отмахнулась южанка. - Пойду я, госпожа. Спасибо за заботу.

Презрительно скривив уголки губ, она искоса посмотрела на эльфа, поклонилась Аллваде и удалилась, оставив мужчин в замешательстве.

- Сдалась вам эта простолюдинка? - обиженный таким отношением, фыркнул ей вслед Сольеваль.

- Я ей жизнью обязана. Своей и своих детей, - неожиданно жестко одёрнула его королева. - И не простолюдинка она вовсе.

И, чтобы не быть голословной, а, заодно, подольше побыть под мужской защитой, её величество принялась рассказывать историю своей спасительницы. Познакомилась Аллвада, тогда уже жена наследника кавирского престола, с Мьеранцей вот как.

В мир, уставший от холода и одиночества зимы тайными, известными только ей тропами, прокрадывалась весна. Лирадрская принцесса, выданная за нелюбимого и, хуже того, неприятного ей Илварада, маялась от тоски в Тюсвири, захолустном городишке всего в дне пути от блистательной Тардрагеи. Чтобы хоть как-то отгородиться от опротивившего мужа, не сойти в могилу от кашля, непрекращающегося в сырых стенах замка, и вообще, не взвыть от безысходности, она занялась шитьём. Выбирала яркие ткани, самостоятельно обучалась кройке и шитью по книгам, осваивала вышивку. Муж смотрел на занятие снисходительно, даже присылал супруге портних, способных дать дельный совет.

Замкнутая прежде принцесса стала интересоваться городскими новостями, через модисток заказывала новые ткани и готовые наряды, порой слишком дорогие даже для будущей королевы. Но Лидв Кучерявый, батюшка ненавистного мужа, из года в год не разрешавший сыну приехать в столицу, опасаясь заговоров, был уже слишком болен и немощен, чтобы обращать на это внимание.

Как-то на балу у главы города, куда иногда выводил супругу Илварад, одна из местных аристократок порекомендовала будущей королеве свою портниху. Возможно, планы у аристократки были далекоидущими: сблизиться в принцессой, со временем самой перебраться в столицу. Но скорая смерть короля не дала возможности их воплотить.

Едва будущей королеве отошла Мьеранца, наследника вызвали в столицу хоронить батюшку и вступать в права управления страной.

Вначале южанка была диковата, замкнута, днями не выходила из отведённой ей комнатки в пристройке для прислуги. Потом осмелела, стала пробираться к королеве, обучать ту плетению кружев, беседовать с ней, иногда даже подсказывать решения, как отдалиться от Илварада. Например, притвориться несносной пустышкой и болтушкой предложила именно она. Королева, прежде не перебрасывающаяся с супругом более десятком слов в день, вначале отнеслась к идее без восторга, но стоило лишь раз опробовать метод на короле, его величество надолго забыл дорогу в спальню к Аллваде.

Тут-то и проговорилась Мьеранца о своём происхождении.

- У меня нянюшка была, точь-в-точь болтушка. Не унималась ни на минуту, трещала, прислугу изводила разговорами об одном и том же, по кругу, будто стрелка секундная в часах вертится. Тик-так, тик-так. От неё уже прятались, через два этажа её комнату обходили, иначе поймает за пуговицу - и не будет тебе спасения.