Короли вечерних улиц.Наследник - Georgina Wilson

- Да, нет. – ухмыльнулся мужчина. – Его воспитание было полностью на плечах Валентина. – при упоминании имени отца я прерывисто вздохнула.

- Я рада, что отец воспитал меня иначе. Я бы просто не вынесла быть такой же ветреной и эгоистичной как ваш внучок! – фыркнула я.

- Ветряный? - Возможно. Эгоистичный? -  Нет. – печально улыбнулся вампир. – Он бы не женился на тебе, если бы не знал, что его отказ от этого брака будет причиной гибели вампиров нашего клана.

- Ну, ладно. – я равнодушно пожала плечами. – Тогда мне будет очень интересно узнать, что же вы скажите в его защиту по поводу того, что произошло только что. Я помню, что вы сказали о своих способностях.

- Лика, ты знаешь, кто убил твоего отца? – сменил тему Савелий.

- Вы что, не можете просто ответить на мой вопрос? Зачем вы ворошите только начинающую заживать рану? – в сердцах воскликнула я.

- Девочка, я пытаюсь, но ты не позволяешь мне объяснить! – резко ответил Савелий. Я бросила смелый взгляд на него. Когда Савелий начинал злиться, вокруг него медленно начинала скапливаться какая-то неведомая мне сила. Что бы это могло быть? Неважно. Но все-таки смотреть на это было страшно. Словно прирученный им зверек, что-то темное, воздушное и подобное темному, едва заметному облаку, ложилось у него в ногах и начинало окутывать все его тело. Сам он начинал напоминать Дракулу из снятых людьми фильмов. Увидеть такого на экране – смех, да и только, но в жизни… Короче, мне стало не по себе. А еще эти черные радужки глаз, внимательно изучающие тебя и волосы, которые удачно завершали образ «еще одно слово и я за себя не ручаюсь».

- Нет. Я не знаю, кто убил моего отца.  Впрочем, не знаю и кто убил мою маму. – выдохнула я.

- Твою  мать тоже убили? – в черных, как ночь, глазах Савелия зажегся огонек удивления. Я только кивнула. – Когда это произошло?

- Давно. – я закрыла глаза не в силах сдержать ту боль,  которая всегда появлялась в моей груди, когда я вспоминала о маме. Детские травмы намного болезненней, чем те, что мы получаем, когда вырастаем. – Мне было 5.

- Ты хочешь сказать, что Валентин не выяснил, кто убил его любимую? Он ведь любил ее?

- Ее звали Надежда. Да. Он любил ее, и я уверена, он сделал все, что мог, чтобы найти убийцу.

- Но?

- Но не нашел. Преступники словно исчезли, испарились. Ничто не могло навести людей отца на верный путь. Никаких следов. – пояснила я.

- Плохо искал, значит. – отрезал Савелий. Я попыталась возразить, но он остановил меня жестом. Нарваться на дедулю моего мужа в плохом настроении не очень хотелось. – Так ты теперь сирота? Совсем одна? – я снова кивнула. – И у тебя нет никаких родственников по матери?

- Нет. Только по отцу. – усмехнулась я.

- Тебе нужно было сразу сказать Дмитрию или мне о том, что твою мать тоже убили. Возможно, эти два убийства связаны между собой. – задумался он. – Ни о какой фиктивной свадьбе и речи идти не может. Даже если ваш брак с Дмитрием не удастся, мы позаботимся о тебе. Я даю тебе слово. – мда. Слово Старого Князя – это нерушимая клятва. Никогда не думала, что он так просто пообещает что-то незнакомой девчонке. – Ты не незнакомая девчонка. – тут же ответил на мои мысленные сомнения Савелий. – Ты дочь моего сына. В тебе течет его кровь. Отныне ты часть нашей семьи, и фамилия, которую ты носишь после заключения фиктивного брака с Дмитрием, не просто приложение к выполненному условию завещания, а имя, которое должно быть твоим по праву! – твердо сказал мужчина.

- У меня нет слов. – чуть слышно прошептала я, борясь со слезами, которые нежданно-негаданно навернулись на глаза. Мужчина подошел ко мне и заключил меня в успокаивающие объятия.

- Ты справишься с этим. Ты справишься со всем, Анжелика. Ты из нашего рода, рода Соколовых. Мы всегда проходили через любые испытания, уготовленные нам самой судьбой, с высоко поднятой головой. Ты тоже сумеешь. Я знаю это. – я не была в этом уверена, но все равно позволила маленькой частичке надежды проблеснуть в моем сознании. В это время Савелий взял меня за руку и куда-то повел. Я не разбирала дороги, потому что все еще пыталась смахнуть слезы, вызванные словами деда Дмитрия.

Мы зашли в какую-то комнату. Мужчина быстро усадил меня на стул, а сам сел напротив.

- Я привел тебя сюда, чтобы рассказать об убийстве твоего отца. Ты обязана знать это. – мягко сказал он. – Моя жена Элеонора, мать Валентина, решила сегодня навестить своего внука. Она ужасно переживала и, что скрывать, до сих пор ужасно переживает из-за смерти сына. Но сегодня она решила приехать и пожелать вам с Дмитрием всего самого наилучшего, а так как она, в отличие от тебя знает, что такое пресса, она сказала, что будет через 2 часа после начала приема. – я посмотрела на часы, которые висели на стене этой комнаты. Начало одиннадцатого. Как быстро летит время!

- Особенно для таких влюбленных девушек как ты, милая. – послышался высокий женский голос у меня за спиной. Я резко обернулась. В гостиную (а эта комната действительно напоминала мне гостиную, но только какую-то маленькую и слишком уютную для такого особняка) вошла потрясающе красивая женщина лет 30. Должно быть, это и есть Элеонора. Я не смогла сдержать мысленный поток восхищения этой красавицей. Она была высокой и стройной, в каждом ее движении скользила неуловимая грация, кожа молочного оттенка загадочно переливалась на свету, а копна густых каштановых волос мягкими прядями опускалась на спину и плечи. Ее лицо было идеально пропорциональным: аристократичные черты, прямой нос, маленький подбородок, тонкие, выразительные брови. Невозможно было оторвать взгляд от этой величественной особы. Только большие карие глаза выдавали ее внутреннее состояние. В них застыла  нестерпимая боль потери. Смотреть в них было просто невыносимо. – Я Элеонора.

- Очень приятно. – кивнула я. – Анжелика.

- Милый, ты уже рассказал ей о Лидии? – Савелий  устало провел ладонью по лицу.

- Еще нет.

- Так даже лучше. – печально улыбнулась она. – Похоже, я вовремя.

- Лика, ты давно должна была узнать о том, кто убил нашего сына. Очень жаль, что мы никак тебя не подготовили к такому разговору, но, скорее всего, это ничего бы не изменило. – с каменным лицом начал Савелий. – Лидия, мать Дмитрия, никогда не любила твоего отца, но ты ведь знаешь это, не так ли? – я кивнула. – Более того, она его ненавидела. Никто и предположить не мог, что эта ненависть может перерасти в нечто большее. – мужчина остановился. Видимо, ему действительно трудно говорить об этом – отметила про себя я.

– Должно быть, Лидия с самого начала их совместной жизни с Валентином решила отделаться от него. И долго думать о том, какой способ выбрать для этого, она не стала, а может и думала, но ты уже знаешь, чем все это закончилось. – договорила за мужа Элеонора.