Хризалида - RinoZ

Я могу прочувствовать его! Он идёт! О нет! онетонетонетонетонетонетонетнетонетонетонеееееееееееееЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕААААААРРРРРРРРРРРРР!

ФЛАББАДАББАФЛААЗЗЗЗЗЗЗЗ!!!!

Ещё более худшая, чем когда-либо прежде, мутация распространяется по всему моему телу, по ногам, по железам, по костяному покрытию вдоль внутренней стороны панциря, везде! Зуд, который я не могу расчесать, такой сильный, что я не могу его выдержать! Это агония!!!

Я вмиг перевернулся на спину, неспособный удержать своё тело, и задёргался, будто на электрическом стуле.

ФЛАЗЗА!

КРАЗЗА!

ФТАГН!

БРОФЛОФЛАФОФФ!

И он продолжается. И продолжается. И продолжааааается.

Да когда же ты ЗАВЕРШССССЯ!

......

Со временем он уходит. Моё тело завершило исполнение какой бы то нибыло магии, когда чистейшая сущность Биомассы заполняла мою систему, до глупого бурными темпами перестраивая тело и заново формируя клетки.

Если задуматься, то в этом есть определённый смысл, что присутствует такое сильное ощущение, в конце концов меняется сама структура тела. Я просто не могу понять, почему это не беспокоит никого, кроме меня!

Я потратил солидное количество Биомассы, триста тридцать очков, и вытерпел худший зуд в моей муравьиной жизни, однако я его пережил. Был проделан большой шаг в достижении состояния полностью улучшенного предэволюционного муравья.

И пусть я разобрался с этим, всё равно остаётся целая куча вещей, от количества которых у меня кружится голова. Очевидно, что нужда охоты будет реализована, набирание уровней у навыков с помощью методов, которые мы обсуждали с Бейном, небольшая помощь людям, приготовления к новому поколению. Слишком много дел!

Первым делом я решил поиграться с двадцатью личинками в комнате по пути к вершине улья. Когда я туда пришёл, маленькие личинки всё ещё ползали туда-сюда, набивая себя едой, полученной в прошедшей битве. Некоторые из малышей такие полные, что выглядят, будто бледные баскетбольные мячи, и я не могу прекратить катать их и щекотать своими антеннами, пока они дёргаются, чтобы сбежать из под моей хватки. Милотааа!

Ну хватит сюсюкаться с личинками. Пора проверить Королеву.

Давайте посмотрим, смогу ли я использовать свою новую железу убеждающих феромонов, чтобы заставить её изменить своё мнение касательно превосходного ядра. Ведь наверняка же она сможет увидеть ценность увеличения её собственных сил?

ХЛЫСТЬ!

НЕА!

Потирая голову своими антеннами, я сбегаю от очевидно раздражённой матери в свою собственную комнату. Новое усовершенствование внутреннего покрытия панциря показывает свою ценность, боли от этого удара меньше, чем обычно, благодаря тому, что энергия рассеялась из-за внутреннего слоя. Приятно, когда задуманное работает, как надо!

Гвехехехех.

Не знаю, что мне делать с этим превосходным ядром... Я могу попытаться поглотить его по частям? Это вообще возможно? Полагаю, мы это выясним...

Я подошёл к своему любимому смертельному мячу бесконечной тьмы, чтобы увидеть, что она погрузилась в эволюционный транс. Она должно быть закончила перебирать все меню, пока я игрался со своими, и теперь переживает эволюционное развитие.

У меня появляется острая боль в груди, когда я думаю, как она боролась с этими меню. Я знаю, как ей это не нравится, однако я чувствую себя несчастным от того, что мои питомцы до такой степени полагаются на меня. Я хочу, чтобы они были способны позаботиться о себе и быть независимыми.

Может причина моего неудобства по отношению к зависимости Кринис от меня в том, что я попросту не привык, чтобы кто-то полагался на меня, или ценил мой вклад. Единственные существа, которых я могу придумать, и которые действительно нуждались во мне в моей человеческой жизни, были мои питомцы муравьи. Вот вероятно почему я стольким многим желал пожертвовать ради них...

Так или иначе!

Это то, о чём можно подумать на досуге! Она сумела прорваться и я с нетерпением жду того момента, когда взгляну, какой она будет. Новый и улучшенный Убийственный Мяч! Хотя возможно, только лишь возможно, что в следующий раз я помогу ей с меню.

Глава 250. Древний зуд

Где-то в лесном пространстве лежала хищница. Старая и неумолимая, она сотнями лет охотилась в этих туннелях. Как много существ погибло между этими челюстями? А как много было разорвано этими когтями? Это число слишком большое, чтобы иметь определённое значение. Оно неисчислимое.

В первое время, воспоминания о котором смутные и размытые, она охотилась с таким усердием, с такой яростью. Никто не мог спастись, попав в её лапы, никто не мог сбежать от её палящего дыхания. Многие пытались, могучие звери, старые короли, жирные и ленивые звери, довольные от управления своими крохотными участками, выходящие лишь для того, чтобы набить себе брюхо.

Они все были выслежены, вытащены из своих гнёзд и съедены, став топливом для вечного огня. Хищница становилась сильнее, могучее. Поначалу она наслаждалась этой силой, ища всё более сильную добычу, более великий вызов для себя, спускаясь всё глубже.

Но та, кто известна, как Гарралош, выросла слишком сильной и слишком быстро. Когда пришёл зов, Гарралош по началу не поняла, что это было. Это был исход, триумф! Её долгие годы борьбы, одинокой охоты, наконец принесли самые большие плоды! Признание могущества, бездонной силы, взращенных перебитыми телами павших врагов.

Довольно скоро пришёл он. Не раньше, чем прибыло оповещение, её начало тянуть. Спускаться, спускаться, спускаться, спускаться! Каждый день, каждый час, каждую секунду тянул зов. Бесконечный зуд, который требовал, чтобы его расчесали.

Вначале это устраивало. Гарралош хотела спуститься, хотела найти предназначенное ей место рядом с равными в центре этого мира. Однако когда она попыталась добраться туда ... преграды, помехи, ограждения. Не важно, куда она шла, по какой дороге, они всегда были там, отгоняя Гарралош назад. Ограждения, через которые она не могла прорваться, защита, которая не поддавалась её атаке, воины, которые не страшились её клыков.

Они сражались, так много раз. Гарралош убивала их, пировала над ними, однако никогда не могла прорваться, всегда вынужденная отступать.

А тяга. Она росла с каждым прошедшим мгновением, настойчиво дёргая до самого естества души. Спускаться, спускаться, спускаться. СПУСК, СПУСК, СПУСК!

Следом шло отчаяние, затем ярость. Сжигающая мир, палящая душу ярость. И всё же прорваться не выходило, Гарралош не могла пробиться через солдат в чёрном. Они выслеживали, нападали и преследовали великую охотницу каждый раз, как она приближалась к их границам. Они выставили вокруг неё клетку и не важно, насколько отчаянной она становилась, зверь не мог сбежать из неё.

Затем пришло безумие.

Гарралош немного передвинула своё массивное тело, заставив затрещать несколько деревьев, ломающихся об чешуйки. Это её раздражало, думать