Самая страшная книга 2014-2025 - Ирина Владимировна Скидневская

напасть на Кистера, у врача не было никаких шансов. Хотя кто его знает? Быть может, не только страхом руководствовался алчный китаец, а пытался загладить вину.

Кистер сел и оперся спиной о стену. Вскоре кряхтенье послышалось совсем рядом. Над землей появилась голова Матвея, вслед за нею высоко поднялась рука с фонарем. Но не успел китаец поставить его перед собой, как тело его дернулось. Пальцы разжались, и фонарь полетел вниз.

– Ты что делаешь?! – захрипел Кистер и тут же осекся. Матвей, только что улыбавшийся, теперь удивленно смотрел на врача. В следующий миг Кистер увидел то, что заставило собрать остатки сил и броситься прочь от лаза. Скорее! Запалить шнур! От огнива полетели искры. Кресало норовило вырваться из мокрых пальцев. Крик Матвея, холодящий вопль ужаса, раздался из катакомб и через несколько секунд резко прервался. До Кистера донеслось хлюпанье, тяжело заскрипела лестница – что-то с трудом поднималось наверх. Огниво наконец вспыхнуло, и пламя тут же заплясало на фитиле, рисуя дорожку света. Искра быстро устремилась в лаз.

Теперь прочь отсюда! В дверной проем, сквозь который видна полоска леса. Кистер уткнулся в обожженную землю в десятке метров от сарая. Еще несколько шагов, чтобы укрыться за деревьями.

На мгновение стало светло как днем – так молния освещает лес в летнюю ночь. Раздался грохот. Над Кистером пролетело что-то массивное и горящее. Он закрыл голову руками. На спину посыпались комья земли.

Все затихло. Потрескивали раскиданные взрывом горящие останки сарая. Вход в катакомбы был завален.

Занималась заря. По дороге на Харбин, с трудом переставляя ноги, шел человек.

Последняя запись в дневнике Кистера

Вакцина позволит протянуть чуть дольше, поэтому есть немного времени, чтобы записать все, что произошло. Не знаю, с чем мне пришлось столкнуться там, в шахтах. Это создание не принадлежит нашему миру. Теперь все события, имевшие место в последние месяцы, складываются в единую картину.

Ходили слухи, что зимой за лесом упал метеорит, полагаю, что черный шар и был этим метеоритом. Найденный нами в притоне человек с разорванным животом был одной из первых жертв паразита. Слухи среди невежественного населения распространялись особенно быстро. Зараженные предпочитали доверяться тем, кто обещал мгновенное исцеление, а не врачам, что сажали их на карантин и не могли вылечить.

Отчаявшийся Ван Ши также надеялся на чудо. Думаю, что Матвей убедил его поехать в шахты, так же как и меня.

Сгоревший душевнобольной. Он не просто так в фанзе сидел. Он меня ждал. Видать, паразит почувствовал в моем любопытстве угрозу. А если он не хочет себя раскрывать, значит, еще слишком слаб. И давить его надо, как болезнь, в самом начале, пока весь организм не заражен!

Рисунки Ли Мэй говорят о том, что она, как и многие, знала о происходящем. Знала и боялась.

Даже сейчас я содрогаюсь, вспоминая то, что утащило Матвея в шахты. Оно – не от Господа.

Огромный черный змей, чернее самой темной ночи. Я видел, как он обвил Матвея хвостом и утянул вниз. И еще я на мгновение увидел его глаза. Пустые глаза без зрачков. Ни у одного из живых существ, обитающих в нашем мире, не может быть такого взгляда. В ту секунду я узрел далекие миры, которые вращались вокруг незнакомых светил, где мириады таких паразитов превратили разумных существ в своих носителей и рабов. Та же участь уготована нам, людям. Не только России и Китаю, но всему миру. Он размножается, паразитируя на людях. Очень надеюсь, что вся популяция заперта в шахте. Что мне удалось его остановить.

Если бы у меня было чуть больше времени, чтобы подробнее все изучить! Сейчас я только допускаю, что паразит проходит в своем развитии несколько стадий, последовательно сменяя носителя. Сначала им был тот бедняга в притоне, потом – Ван Ши, после него – чумные, которых скармливали потомству. Взрослую особь я видел лишь одну – ту, что утянула Матвея. И надеюсь, она была единственной.

Этот дневник вместе с запиской будет передан профессору Заболотному. Он примет все меры, чтобы довести информацию до императора.

Я порой думал, что вся наша работа напрасна, но теперь я отчетливо вижу, что это не так. Зло в окружающем мире принимает разные формы, будь то стихийные явления, невежество, болезни или создания, порожденные тьмой. Долг каждого человека – изо дня в день преуменьшать каждое из этих зол в меру своих сил! Надеюсь, мой долг исполнен.

Николай Кистер, 4 апреля 1911 года

Александр Подольский

Демьяновы фильмы

Дворняги бесновались у входа в подъезд. Грязные шкуры, ободранные уши, злобные морды… Они огрызались и гавкали, прыгали друг на друга и пристраивались сверху, косились на прохожих и жрали

(человеческие останки)

что-то со ступенек. В общем, занимались своими обычными делами.

Я ненавидел собак. Псины любой породы напоминали о бешеном сенбернаре Стивена Кинга и случае из детства, когда на пустыре меня окружила стайка плешивых тварей. Они не нападали, но щелкали зубами на расстоянии кулака, рычали и не давали сдвинуться с места. Обливаясь потом, слезами и не только ими, я простоял столбом минут двадцать, пока свору не спугнул местный дед с палкой и матюгами.

На первом этаже жила двинутая тетка, которая подкармливала собак. Организовала целую дворовую кухню у подъезда, вот они и ходили сюда, точно в столовую. Псин постоянно гоняли, никому такое соседство не нравилось, но сейчас рядом никого не было. О том, чтобы прорваться мимо, не шло и речи. Есть куда более приятные способы покончить с собой. В таких ситуациях выручали родители, но они до вечера на работе. Оставалось одно – ждать. Желательно не выставляя свою слабость напоказ.

– Шавки поганые, – буркнул я, набрасывая капюшон и застегивая куртку.

На смс Катя ответила с опозданием. «Извини, замучилась на парах. Да и не хочу никуда идти в такую погоду». Проситься в гости я не стал – последнее время мы не слишком ладили. Запихнул телефон в карман и двинул в сторону торгового центра с любимым кинотеатром.

Вообще-то поход в «Синемаксимум» для безработного студента, тем более с девушкой, – удовольствие недешевое. Да и бессмысленное, когда все можно бесплатно скачать в Интернете. Однако новые ужастики я никогда не пропускал, не мог отказать себе в удовольствии очередной раз слиться с волшебной темнотой кинозала. А сейчас и фильм крутили подходящий. Как гласила реклама, «Первый отечественный зомби-хоррор».

Кинотеатр врастал в последний этаж ТРЦ «Подмосковье» и состоял из четырех небольших залов, вытянутых друг за дружкой в линию. В первом показывали похождения очередного супергероя, во втором – мелодраму о лесбиянках, ну а зомби ждали в третьем. Площадка у четвертого зала была огорожена громадными рекламными щитами с изображениями кайдзю – его закрыли на ремонт месяц назад. За своеобразным забором света практически не было. Этот мрачный уголок в ярком и шумном торговом центре походил на заколоченный досками чулан. И как в любом чулане, здесь жил Бука.

Он вышел из темноты между Годзиллой и Мотрой. Мелкий старикашка с седой, зачесанной назад гривой, открывающей россыпь пигментных пятен на лбу. На чисто выбритом лице – глубокие вертикальные морщины, будто шрамы от ударов плетью. Пиджак с заплатками на локтях, мятые брюки, ботинки с засохшей грязью. Он быстро прошаркал до касс, умыкнул ручку со стойки и вернулся в свое царство тьмы. Этот странный персонаж не походил ни на строителя, ни на администратора, ни на уборщика – больше всего он напоминал помесь лепрекона и Хранителя склепа. Я оглянулся на оживленное фойе, на людей и шагнул вслед за ним в узкий проем между щитами.

Стробоскопом в темноте мигала настольная лампа, а сам стол жирным слоем покрывали листы бумаги. В углу прятался завернутый в полиэтилен диван, рядом – пара сломанных кинотеатральных кресел. Старика нигде не было. Я дернул ручки обеих дверей в зал, но те не пошевелились. Бука слинял. Внимание привлекли постеры на стенах. Раньше тут висела реклама новинок, а теперь афиши несуществующих фильмов. Маньяк в хоккейной маске против хеллоуинского убийцы, ксеноморф на борту «Тысячелетнего сокола», старина Лектер в одной камере с Энди Дюфрейном… Сделано было круто, профессионально – не подкопаешься. Особенно удался Эш, с безумной физиономией отпиливающий себе ногу в узнаваемой комнате с трупом на полу. Изображения были такими реальными, так будоражили воображение, что хотелось прямо сейчас отдать все деньги

(и почку)

за билет на один из этих фильмов. Хотя бы один! Но снимали их в другом, идеальном мире, меня же ждали два часа ужаса от российских киноделов.