Из Тени (Dragon Age) - Krilena

как? Безумец думал. Повторять свой подвиг он не собирался. Из-за выжигающего магию действия блокаторов мужчина не повторил судьбу магистра Нихалиаса лишь исключительно благодаря своему большему магическому резерву и поспешно наколдованному барьеру, который хоть его и не спас, но какую-то часть удара на себя принял. Если он ещё раз попробует обратиться к Тени, то последствия будут катастрофическими — сгорят остатки резерва. А третий раз, если он будет совсем безрассуден, — так вообще станет фатальным.

Как и предполагалось, собственная магия ему недоступна, а магию крови ему не дадут применить. Значит, ситуация всё-таки безвыходная…

Но Безумец не собирался это признавать. Если уж решение не найдётся, то так и быть, придётся быть безрассудным и обращаться к Тени. Смерть магистра не страшила, а скорее являлась для него крайним нежелательным, но просто очередным решением. Он был готов буквально на всё, лишь бы не становиться экзотической зверушкой на поводке архонта.

И идея пришла. Идея, которая поможет ему живым и свободным покинуть эту встречу, однако ему всё равно придётся побыть безрассудным: Безумец решил воспользоваться Якорем.

Мужчина не был полностью отрезан от Тени, как раз потому что у него была метка, имеющая прямую связь с недремлющим миром. Струю чистейшей, первородной энергии невозможно перекрыть её порождениями, которыми и являются любые заклинания магов. Значит, в теории носителю метки можно черпать энергию из Тени фактически напрямую, в обход Завесы и, следовательно, любых блокаторов. Тем более он сновидец, «видит» все эти магические процессы, а не просто инстинктивно обращается к источнику магии.

Но это красиво звучит только в теории и если бы Якорь был посохом-катализатором. Но на практике Якорь — это нестабильный артефакт, который не любит соседство с чужеродной энергию своего носителя, поэтому он либо отгораживает собственную энергию и засыпает, либо бушует и начинает подминать под себя носителя — не зря зелёные линии расползаются по руке всё выше.

Пусть Безумец тренировался работать с Якорем, но «работать» это всё же громко сказано. Со времён первых попыток на озере Каленхад прогресс не особо-то ушёл далеко. Помня, какие разрушения способна сотворить метка, мужчина попросту опасался экспериментировать. Но вмешаться в процессы Якоря и перенаправить их себе на пользу он мог уверенно, а это уже неплохое подспорье. Да, Безумец решил пойти на весьма себе безумный риск — экспериментировать на ходу. Но едва ли у него был выбор. И если не попробует он, то экспериментировать уже будут над ним.

Снова закрыв глаза, сновидец сосредоточился и полностью абстрагировался от происходящего. Не было раздражителей, что делают ему больно и испытывают на прочность его гордость, пользуясь его слабостью, не было и Тени — остался только он один на один с Якорем.

Когда его магическая сущность, не покидая тела, чтобы не спровоцировать блокаторы, двинулась в сторону Якоря, тот тут же ответил отторжением. Магия сновидца потеряла стабильность — сейчас в Тени от его силы разило жаром испепеляющего пожара, также неспокойна была метка, поэтому обмануть её уже не получится и взять над ней верх путём маскирования своей сущности — тоже. Значит, нужно действовать настойчивее.

В ответ на действия мага Якорь стал сопротивляться ещё больше, концентрировать вокруг себя всё больше магии Тени, из-за чего боль в руке обострилась, а сам он начал светиться ярче.

«Тебе не нравится быть под контролем того, кто способен манипулировать только магией, имеющей смысл и форму. Но если ты не позволишь мне придать тебе смысл, то вскоре это сделают другие. Чувствуешь, что моя магия заперта во мне и не может вернуться в Тень к бессмыслию? Тоже сделают и с тобой, вновь загонят в металлический саркофаг.»

Тень не имеет разум в понимании жителей нормального мира. Но можно ли говорить, что она неразумна? У Тени, этого необъятного нечто, что закрыто за Завесой, есть нрав, есть правила, есть понятия справедливости и мести. Она утянет в свои смертельные пучины любого глупца, кто возомнит из себя великого и всемогущего укротителя дремлющего мира. Но она откроется тем, кто проявит терпение и уважение, согласится поддаться её безвременному ритму и дождаться ответов.

Такое же сознание, непостижимое уму обычных людей, могло быть и у Якоря. Это бы объяснило, почему ему, подобно Тени, не нравится быть под властью чужеродной осмысленной природы и он эту природу в лице своего носителя пытается искоренить. Значило ли это, что слова, сказанные магистром в порыве эмоций, были поняты, или, наоборот, противоречило — неизвестно. Возможно, слова как основной способ общения для жителей недремлющего мира ничего не значили для чужеродной сущности, и ей были важны мысли мага, которые сформировали эти слова. Возможно, ему понятны лишь эмоции…

А возможно, всё это бессмысленно и лишь издержка исконного людского стремления к антропоморфизму, то есть перенесению человеческого образа, черт, качеств на окружающих существ, предметов или явлений, которые этими свойствами изначально не обладают и обладать никак не могут. И на самом деле нет у Тени никакого сознания, и у Якоря — тем более, и они просто обычное стихийное явление, как тот же огонь, что горит, пока есть что сжигать.

Но этот уровень размышлений уже удел философов.

А сейчас, так или иначе, действия мужчины спровоцировали метку. В один момент незримая борьба двух чужеродных друг другу естеств в теле одного смертного мага перешла на новый уровень. Якорь вспыхнул, озарив мир ещё большим ярким светом и громким пугающим треском, а к Безумцу вернулась та боль, которая была с ним в первый день его пробуждения в новом мире. Сновидец оскалился, сжал руку в кулак и прижал её к себе в инстинктивной надежде, что так боль ослабнет. Правда, сжать в кулак у него не получилось, поскольку пальцы не слушались и, словно онемевшие, едва ли согнулись. Но зато его руку никто не перехватил, не заставил и дальше держать навесу. Кажется, там, в реальности, треск и вспышка метки заставили архонта отойти на безопасное расстояние. Ослабла даже хватка стоящих за спиной гвардейцев. Солдаты не могли также отойти от источника какой-то непонятной магии, но, очевидно, очень хотели.

Сейчас Якорь окончательно пробудился и был занят не отталкиванием энергии носителя, а накоплением своей собственной. Хотя, может, это было и не накопление, а скорее расширение прямого незримого тоннеля между ним и Тенью, благодаря чему зелёная энергия всё больше проникала в недремлющий мир… Всё может быть. Кто ж способен по-настоящему разобраться в процессах этой аномалии?

Как бы то ни было, происходящее сейчас с Якорем было на руку носителю. Обычно